{^}

Когда время придёт... ты ляжешь вместе со мной? Я лягу вместе с тобой. Темнота, глушащая тишина и прерывистое дыхание. Это всё, что может сейчас осознавать Август. Всё, на что его мозгу ещё хватает сил. И Маша рядом с ним. Её тепло по-прежнему самая ценная вещь в его жизни. Даже уже, вероятно, в подходящей к концу. Как они до этого дошли? Очень просто. Просто решили вдвоём задержать наркоторговцев, а теперь оказались здесь — в каком-то подвале без вентиляции и доступа кислороду. А теперь они тут, уже второй день. Они ещё вчера подсчитали, сколько времени им потребуется, чтобы здесь умереть. В общем-то не так много. Каких-то три дня, хотя скорее всего оба умрут уже сегодня, просто от отравления углекислым газом. И всё. К сожалению, другого не дано. Их ищет вся полиция — что уж там, весь город. Точнее, не их, а способ их оттуда вытащить. Кто бы ни были эти наркоторговцы, умений в создании палок в колёса полиции у них было предостаточно. Несколько замков с загадками, которые сейчас и пытались разгадать Гром, Дубин и добрая часть полиции. —Как-то это... не по-геройски что ли... —Маша говорила тихо, буквально шептала. —Машенька, какое геройство? Да мы тут не выживем даже, если нас не вытащат отсюда за следующий час-два. Хольт уже не выдерживал, но мозг уже слишком отрубался, чтобы вообще о чём-то думать. Последнее, что он хотел — спорить с Марией. Это было сейчас не к месту, да и поссориться перед смертью было бы просто ужасным концом даже для их недолгой истории. —Машенька, я тебя люблю. Это всё, что ты должна знать. И больше ничего. У Архиповой не было уже сил ни плакать, ни нервничать. Хоть она и чувствовала себя лучше мужчины, но всё равно состояние не позволяло творить что-то в таком духе. —Я тебя тоже... И тишина с темнотой снова накрывают маленькую комнатку. Уже через пелену окончательно вырубившегося рассудка Маша понимает, что люк открылся. Знакомый голос Димы мелькает уже совсем приглушённо. Единственное, что она чувствует — отсутствие дыхания под собой. Одна единственная слеза и Мария даёт себе провалиться в небытие. Всё равно сил уже не осталось. *** Больничная палата встретила её пробуждение белыми стенами и голосами врачей. Они говорили о чём-то, явно про Машу, но она не понимала ещё ни слова. Потом к ней подошла медсестра. Её голос уже звучал гораздо чётче, но она и говорила куда медленнее. —Мария Андреевна, вы как? Мы вас еле вытащили, вся больница сбежалась. Архипова тяжело выдохнула. Свежий воздух из открытого окна сейчас придавал сил и вселял тихое спокойствие. —Н-нормально.. —голос дрожал и был тихим. Но это нормально. —Я.. мы.. Внезапно в памяти прорезались последние несколько секунд перед отключкой. —Что с Августом? Медсестра поджала губы, что явно не обещало ничего хорошего. —Мария Андреевна, он всё ещё в реанимации, но у него шансов куда меньше. И так проблемы со здоровьем, ещё и отравление куда сильнее. Вам нельзя волноваться, вам нужно ещё поспать. Всё остальное прошло в прострации. Хольт? Без шансов? Да он же всегда живее всех живых. Он на одном из заданий две пули в лёгкое пережил, а тут такое. В прочем, долго нервничать ей и правда не дали. Снотворное подействовало быстро, и когда Маша снова пришла в себя, она уже чувствовала себя, можно сказать, полностью здоровой. Вопрос об Августе она задавала ещё несколько раз, но все отказывались отвечать или пожимали плечами. И это неведение было самым ужасным чувством в жизни Марии. Почему ей ничего не говорят? Она имеет полное право знать. Через неделю в больнице она уже готова была выть. Ни то от неизвестности происходящего с Хольтом, ни то от давления на мозг белых пустых стен, ни то от скуки. В прочем, одна из этих проблем решилась достаточно быстро. В больничную палату осторожно заглянула сначала знакомая белая макушка, потом очки, а потом уже и вся голова Дубина, ожидавшего разрешения, чтобы войти. —Проходи, Дим, не стой. —Спасибо! Мария Андреевна, вы как? Вы там всех так испугали, мы уж думали, вас не откачают. Я вот ваши вещи принёс, меня Фёдор Иванович попросил. И пару книжек вам взял, а то в больнице просто так тухнуть явно не очень интересно. Всё вышеперечисленное оказалось на тумбочке около кровати. —Спасибо тебе, Дим. —Мария кивнула головой в знак благодарности. —Слушай.. а ты не знаешь, что с Августом? Дима удивлённо заморгал глазами. —Да.. откачали ж вроде. Это он мне звонил, говорил, где ваши вещи и так далее.. ему, конечно, больше чем вам досталось, и он тут ещё долго пробудет, но всё с ним хорошо. Вроде. Маша сползла по подушкам в лежачее положение. —Хорошо. Значит всё будет хо-ро-шо.. Время придёт, мы окажемся рядом. Не торопись, всё своим чередом. Тебе так далеко до заката... А я здесь полежу. Я тебя подожду.