Часть 28

      С тех пор, как мы стали жителями этого мира – мира людей и технического прогресса, прошёл почти месяц. Мы практически полностью адаптировались к жизни в нём: купили полный набор одежды и средств по уходу за собой, научились покупать продукты в супермаркетах, рассчитывать, сколько нам нужно денег, чтобы не брать с собой несколько пачек валюты…       Можно сказать, многое изменилось. Мы учились понимать здешнюю речь, которую называли слэнгом, узнали, что продолговатый предмет, которым управляется чудный ящик, называется – пультом, а сам чудный ящик – телевизором. Правда, Гендрик так и не согласился расстаться со своими названиями технических средств, так что, знание истинных названий предметов не давали нам ровным счётом ничего.       Пожалуй, самые большие трудности находили нас на кухне: слишком здешняя кухонная техника отличалась от привычной мне, а уж тем более Гендрику. Особые вопросы вызывал непонятный ящичек, с лампочкой внутри и тарелкой, что стоял на одной из кухонных тумбочек. Фрэнки, я уверен, знала, как это называется и для чего используется, но сказать нам не могла, потому что не помнила об этом. Её болезнь забвения никуда не исчезла…       Я лежал в своей спальне и что-то медленно выводил на листах бумаги чёрным карандашом. Карлион мирно посапывал на моём плече: послеобеденный сон был для него занятием нечастым, но, бесспорно, любимым.       После нанесения очередной линии на белизну листа, я отложил карандаш и потянулся, после чего глубоко вздохнул и принюхался – мне вновь показался этот странный запах…       Аккуратно, чтобы не потревожить Карлиона, я встал и направился на кухню. По мере приближения меня к ней, запах становился всё отчетливее и отчётливее. Добравшись до комнаты, я приоткрыл дверь и мне в лицо ударил запах, природу которого мне, наконец, удалось понять, и облако дыма.       - Кар! – возмутился внезапно разбуженный Карлион, падая на пол.       - Гендрик! – крикнул я, врываясь на кухню.       - Всё под контролем! – крикнул друг, силуэт которого я даже не мог разглядеть в завесе дыма.       - Что произошло? – я, вслепую, кинулся к окну, открывая его и хватая ртом воздух.       - Я готовил.       - Я тебя не вижу… - я закашлялся. – Выйди из комнаты, ты же надышишься дымом!       - И что мне будет? – я не видел друга, но был уверен, что тот сложил руки на груди.       - Ты… - было непривычно и страшно думать о таком. – Ты можешь пострадать.       - Что здесь происходит?! – в дверях появилась, разбуженная шумом, Фрэнки.       - Я готовил. – повторил эльф для девушки. – Но у меня что-то пошло не так… Грёбанная печь!       Девушка тоже закашлялась и бросилась к окну.       - Где огнетушители? – спросила она.       Не сговариваясь, мы с Гендриком пожали плечами.       - А это что? – спросил друг.       - То, чем можно потушить огонь, дубина!       - Я – Дуриан! – поправил я девушку.       - Я не тебе!        Фрэнки выбежала из комнаты и, судя по направленности звука, что-то искала в ванной комнате.       - У нас всего одно ведро! Отойдите с дороги! – девушка вернулась с ведром полным воды и вылила воду в огонь. – Может быть, поможете?!       Отмерев, я взял из рук девушки ведро и побежал в ванную. Набрав воды, я вернулся и тоже попытался потушить огонь. Девушка снова где-то скрылась. Когда она вернулась, она, каким-то большим отрезом ткани, стала сбивать огонь, я продолжал бегать с ведром туда-сюда.       - Всё… - я поставил очередное ведро с водой, что не пригодилось, и сел прямо на пол. – Как такое случилось? – обратился я к другу, но тот меня проигнорировал.       - Это мой плащ??! – завыл сиреной эльф.       - Да. – спокойно ответила девушка. – Ничего другого мне под руку не попалось.       Гендрик покачал головой.       - Не девушка – мечта! И жизнь спасёт и глаза порадует! Я так обязан тебе сейчас! Но… и ты должна мне, за плащ.       - Получается, мы в расчёте? – спросила Фрэнки.       - Нет. – улыбнулся эльф. – Одно не обнуляет другое, нам всё ещё нужно расплатиться друг с другом. – он сделал шаг в сторону девушки.       Фрэнки, спокойно и медленно, встала, взяла ведро, стоящее около меня, поставила стул и взгромоздилась на него, после чего вылила всю воду на голову Гендрика и так же спокойно слезла и вернулась в исходную точку.       Ещё пару секунд после вынужденного душа эльф продолжал улыбаться, но вскоре улыбка сменилась непониманием в глазах.       - Что это было?       - Остынь. – ответила Фрэнки эльфу. – Перегрелся около огня видно.       После этих слов девушка встала и ушла, а к нам зашёл Карлион.       - Я даже не буду ни о чём спрашивать… - сказал ворон, после чего развернулся и пошёл обратно.       - Чего он так? – спросил эльф.       - Наверное, ему не понравилось, что ты чуть не сжёг наш дом.       - Я же не специально. – пожал плечами эльф. – Но мой плащ!... – он взял в руки обугленную ткань, поднося её к лицу и чуть не плача. – За что??!!       - Гендрик, это же всего лишь плащ… - постарался я успокоить друга. – Главное, что всё хорошо закончилось… - я положил ему руку на плечо, но он дёрнул им, сбрасывая мою ладонь.       - Это не просто плащ! Это – мой плащ! – кричал эльф.       Я опешил от такого странного поведения, а мой друг, сжимая в руках остатки ткани, быстро скрылся в глубине квартиры. После недолгих раздумий, я отправился за ним, найдя его в спальне.       - Ты чего так? – осторожно открыв дверь, спросил я.       - Ничего. – он сидел широко раздвинув ноги и теребя в руках остатки плаща. – Где Фрэнки?       - Мне кажется, она пошла в свою комнату.       - Хорошо. – он отложил плащ и встал, проходя мимо меня.       - Так, всё же, почему ты так расстроился? Неужели какая-то вещь стоит таких переживаний?       - Я не расстроился. И нет – не стоит. Просто, - он скомкал ткань в руках, - это была очень важная и памятная для меня вещь. Но ведь теперь это уже не важно? – он посмотрел на меня. – Её больше нет. На. – он протянул мне ткань. – Пусти его на тряпки, мало ли, я потоп устрою, так вытирать будем. – он улыбнулся.       - Ты… Ты не хочешь его сохранить? Это… Это память о твоём брате? – это первое, что пришло мне в голову.       - И о нём тоже. Это память обо всей моей семье и о себе том, кем я не стал, о том, кто бы не разочаровал их. – я сглотнул и медленно осел.       - Ты… Ты их разочаровал? Чем ты мог разочаровать их? Они же твоя семья? Они будут любить тебя всегда!       - Может быть, любить и будут, но никогда об этом не скажут, а, иногда, это так важно слышать.       Друг вышел, а я снова уткнулся лицом в свои ладони, пораженный жестокостью мира и его несправедливостью. За этот месяц я узнал больше вещей ужасных, чем за всю свою недолгую жизнь.       - Чего ты плачешь? – в комнату зашла Фрэнки и поспешила сесть рядом и обнять меня.       - Это не я… Это Гендрик…       - Он обидел тебя?       - Нет…       - Гендрик! – заорала девушка. – Иди сюда, немедленно!       Через пару секунд в дверном проёме появился эльф:       - О! А я как раз тебя искал!       - Зачем ты довёл парня до слёз?       - Что? – Гендрик неподдельно удивился. – Дуриан, ты чего плачешь?       - Из-за тебя!       - Из-за меня?       - Да!       - Стойте, нет… - я хотел что-то возразить, но Фрэнки снова прижала меня к своей груди, закрывая мне рот ладонью.       - Дуриан, если я тебя чем-то обидел – прости меня, я не хотел.       - Я… Я… - задыхался я собственными словами. – Ты ни в чём не виноват, просто, то, что ты сказал, так грустно.       - Не разговаривай с ним. – сказала Фрэнки Гендрику. – И, вообще, лучше не разговаривай, всё равно, ничего дельного не скажешь.       - Зря ты так. – спокойно ответил эльф.       - Ты в порядке уже? – проигнорировав Гендрика, спросила Фрэнки меня.       - Да… - я сел, поднимая глаза на друга. – Гендрик, я… - эльф махнул рукой, перебивая меня.       - Не извиняйся, всё в порядке. – друг подошёл, протягивая мне руку и помогая встать.       После меня, он протянул руку Фрэнки, но та, проигнорировав его, встала самостоятельно: сперва на четвереньки, отчего штаны её слегка сползли, обнажая больше тела, чем положено, затем, на ноги и, отряхнув ладони, покинула комнату.       - Пойду… - после некоторого молчания начал я. – Уберу на кухне.       - Я к тебе чуть позже присоединюсь. – ответил друг, пропадая в коридоре.