Глава 32

      - Но почему нет?       - Ты меня бесишь!       - Не аргумент.       - Я тебя ненавижу!       - Тоже так себе причина.       Отрывок этого разговора я услышал, проходя мимо спальни Гендрика. Вмешиваться я не стал, и не успел я далеко отойти, как передо мной возник Льюис.       - Я пойду, прогуляюсь?       - Конечно, - я был несколько удивлён тем, что он просит у меня разрешения, - ты же свободный человек. – он усмехнулся.       - Твой оптимизм приятен, но я не человек. И выйти я не могу без твоего разрешения, ты – мой хозяин, до конца твоих дней.       - Хорошо… Иди, я разрешаю.       - Спасибо. Посмотрю, может быть, ещё клиентов найду, чем больше душ, тем быстрее закончится моя работа в этом амплуа.       Демон направился к двери, но я успел его догнать у самого выхода.       - И сколько тебе нужно… - как же это ужасно. – Привести душ, чтобы обрести свободу?       - Три тысячи. Пока я привёл только шестьсот шестьдесят. – он задумался и добавил. – Говорят, после шестьсот шестьдесят шестого дело начинает намного быстрее идти… Так я пойду?       - Да. Можешь не возвращаться, я не заставляю тебя быть рядом.       - Нет, так не пойдёт. – покачал головой он и открыл дверь. – До конца – это до последнего вдоха. Вот, остановиться твоё сердце, тогда и попрощаемся. – на этих словах он вышел и тихо прикрыл за собой дверь.       - У меня от него мурашки по телу. – поёжился Гендрик, подошедший сзади.       - А у меня, вообще, перья начали от стресса выпадать. – поддакнул Карлион.       - Бросьте, не такой уж он и плохой. Просто, ему не повезло… Ему же тоже тяжело? Он не свободен. У него нет выбора, что ему делать…       - А у тебя он был? – спросил Карлион.       - Нет… - я опустил глаза и снова поднял их. – Но я же смог разорвать этот круг, смог уйти.       - Ты не ушёл, - покачал головой Карлион, - ты – сбежал.       - Не придирайся к словам! – прикрикнул Гендрик на ворона. – Дуриан – молодец! Другой бы, на его месте, не подумал бы о морали и всём таком и морочил бы мужу голову до конца жизни, в женском обличии! А Дуриан честный! Он не утаивал! Ведь так?       - Просто, я не додумался повязать пояс под всю одежду…       Друг обнял меня крепко и шепнул на ухо:       - А вот об этом лучше никому не говори. Пусть лучше думают, что ты герой, чем, что ты – дебил.       - Но это же будет обманом? – также шёпотом ответил я.       - Совесть не позволит соврать?       - Нет. Просто, я не вижу смысла обманывать, недоговаривать… Я такой, какой я есть. Зачем мне пытаться казаться кем-то другим?       Я обнял друга сильнее и уткнулся носом ему в плечо, после чего, отпустил, отступая на шаг.       - Или я слишком плох, чтобы быть собой?       - Тебя же не стыдиться вся семья, не умалчивают о твоём существовании? Ты – любимый ребёнок и гордость семьи!       - Гордость семьи? Мальчик в семье ведьм, что может быть хуже? - мы оба рассмеялись.       - А сына клептомана не хочешь? По-моему, тоже, так себе ребёночек.       - Ты клептоман? – удивился я.       - Да, беру там всякие безделушки… и не совсем безделушки, без спроса. Ничего не могу с собой поделать.       - Я думал, эльфа не болеют.       - Так это не болезнь, а особенность.       - Но ты ничего не взял до сих пор ни у кого из нас.       - Так мы живём вместе. Я из своего дома никогда не беру.       - Гендрик, разве, это так плохо, чтобы стыдиться тебя? По-моему, взять какую-то мелочь не страшно.       - Не страшно… Но мелочь бывает драгоценной, а те, у кого я её взял, враги.       - И что с тобой делали за это?       - Меня выгоняли из селения нашего, на перевоспитание и осмысление своего поведения, так сказать. Вот, последний раз как раз из-за этого выгнали. Потому я по лесу и бродил.       - Выгонять человека из дома за такую мелочь…       - Ну… Глава нашего селения предлагал, когда мне было пятнадцать лет и я стащил у ведьмаков фамильный кубок, отдать меня им на самосуд.       - Что это значит?       - Закрыть на меня глаза и позволить им меня убить.       - Какой ужас!       - Успокойся. Папа мой вступился за меня и не позволил им сделать этого.       - У тебя хороший отец.       - Да… Наверное, он любит меня чуть сильнее, чем стыдиться.       - А я никогда не видел своего отца. У нас это не принято.       - Мой бы отец очень обрадовался таким законам.       - Не придумывай! Он любит тебя! Это просто не может быть не так!       - Любит… Любит… Знаешь, иногда, просто любви недостаточно.       - А что может быть больше любви?       - Поступки, основанные на ней.       - Но он же не дал тебя в обиду?       - Это другое, Дуриан… У вас – ведьм, всё слишком просто, чтобы ты мог меня понять.       - Отчего же просто? – вклинился в разговор Карлион.       - У вас нет любви. А когда нет любви, то и проблем с её отсутствием и недостатком не возникает.       - Но ведь мои родители любят меня? – возразил я. – Как это у нас нет любви?       - Ваша любовь основана на долге, а наша на чувстве.       - Как это?       - Вот, скажи, среди вас возможно такое, чтобы брат убил брата?       - Нет… Нет… У ведьм всегда один ребёнок… - я путался в словах.       - Ладно, у вас возможно такое, чтобы муж убил свою жену?       - Н…нет…       - Потому что вы не чувствуете любви. Вы знаете, что она должна быть и точка. А любовь, когда она основана на чувствах, может ослепить, может свести с ума и довести до страшного. Она может обернуться ненавистью. Она может всё: может спасти и может погубить. Но только, если ты чувствуешь это, а не думаешь, что чувствуешь.       - А как чувствуется любовь?       - Когда рядом объект твоего чувства, в тебе кровь теплее становиться. Знаешь, даже говорят, что любовь согреет, даже в самый лютый мороз.       - Кровь теплеет… - повторил Карлион. – Это уже болезнь. Кровь должна быть стандартной температуры, не больше, не меньше.       - А что есть любовь, если не болезнь? – эльф посмотрел на Карлиона, но не стал ждать ответа. – И что есть любовь, если не лекарство? Она – яд и она же – амброзия. Но проще, поверь, - Гендрик нахмурился, - не любить.       - А если я уже люблю?       - Тогда – ноги в руки и добейся её!       - А если она далеко?       - А если ты не попытаешься? – ответил вопросом на вопрос эльф.       Мимо нас прошла Фрэнки. Гендрик расстегнул ворот рубашки и обмахнулся рукой, словно ему вдруг стало жарко.       - Твоя птица съела мой салат.       Фрэнки вернулась к нам и была явно раздражена.       - Птице нужны были витамины. – спокойно ответил Карлион.       - Приготовить тебе салат? – спросил Гендрик девушку.       - Не надо, отравишь ещё. Я видела, что было с Дурианом после твоего снадобья.       - Так я же тебе не зелье готовить буду! – Гендрик подскочил и подошёл к девушке. – Не волнуйся, я вкусно готовлю.       Друг лучезарно улыбался и стоял, слегка наклонившись к девушке, так как она была сильно ниже его ростом.       - Ладно… - нехотя согласилась Фрэнки. – Только продукты сначала купи. Эти последние были.       - Хорошо! Дуриан, - обратился ко мне друг, - деньги!       Я вздохнул и занёс руку:       - Пусть в моей ладони появятся…