Глава 4. Ты фанатка?

      Примерно в семь часов вечера я стояла в очереди у входа на арену, где должен был состояться долгожданный концерт 30 Seconds to Mars. Утром я пообщалась с Амели, попросила ее написать смс-ку Юджину, зарядила всю технику, набралась сил и, полная эмоций, направилась к Humo Arena. Вот я в очереди. Сердце колотилось от волнения и ожидания. Вокруг меня собирались поклонники, многие из которых были одеты в футболки с логотипом группы, с яркими плакатами в руках. Кто-то сделал маникюр с символами марсов.       Здесь было много фанатов из России, так что я практически ничего не понимала, что они говорят. Да и в самом Узбекистане многие говорят на русском. Мне ближе даже узбекский, там слышу закомые словечки из фарси. Я улыбнулась, вспомнив, как сама когда-то была частью такой же дружной компании, но с тех пор жизнь немного отвела меня от этого мира.       Когда двери арены наконец открылись, толпа рванула вперёд, и я почувствовала, что вот, исполнение моей мечты уже здесь, на расстоянии вытянутой руки. Я знала, что этот вечер запомнится мне надолго, и не только из-за концерта. Просто знала.       Так, Катрин, меньше размышлений, тебе нужно к назначенному времени подойти к входу в сектор А203, а где же найти этот сектор, боже, помогите… Почему никто не говорит на английском. С горем пополам я узнала, куда мне нужно пройти, благо, кто-то из эшелона знает английский, хотя бы базовый. Хвала всем богам Марса.       Уже около входа в сектор меня встретил кто-то из крюшников и отвел в бэкстейдж, потому что концерт задерживали из-за проблем с оборудованием (оно на границе простояло всю ночь). И чтобы мы не умерли в толпе эшелона, нас, фотографов-видеографов-журналистов, заботливо разместили в одной из комнаток бэкстейджа, где даже организовали небольшой фуршет. За это время я познакомилась с милой девушкой Наргизой, она из Узбекистана, но часто путешествует, фотограф. Пообщалась с Анастасией из Москвы, тоже фотограф, эшелон, мечтала поснимать концерт марсов. Был тут и мужчина, работающий на какие-то узбекские новости, я так и не поняла, что за издание. Мимо постоянно проходили какие-то люди, было видно, что все суетятся, что-то идет не по плану. Неожиданно в нашу комнатку заглядывает женская голова, осматривает нас и указывает на меня, говорит: «Ты» (прям как будто из какого-то фильма, но не могу вспомнить конкретно, с фильмами у меня туго — смотрю и сразу же забываю). Я встала и направилась за этой девушкой, попутно оглянувшись на Наргизу и Анастасию с выражением лица типа «я не понимаю, что им от меня нужно».       — Говоришь по-английски? — спросила меня девушка, пока мы куда-то шли по длинным коридорам.       — Да, я из Америки, меня зовут Катрин, — ответила я.       — Окей, Кейт, смотри, времени мало, нужно отснять несколько кадров с бэкстейджа, а потом пару постановочных кадров группы, оплошать нельзя, — быстро протараторила эта девушка, имя которой я даже не знаю, — но не общаться с артистами, не фоткаться, не просить автограф, ничего.       — Хорошо.       В этот момент девушка оглядела меня с ног до головы, сосредоточив взгляд на футболке, и добавила:       — Ты фанатка?       — Можно и так сказать.       — Жаль.       Жаль? Почему жаль? Когда мы дошли до бэкстейджа, нас встретилась бурлящая энергия всей команды. Люди суетились, проверяя инструменты и оборудование.       — Жди тут, — сообщила мне девушка, — у тебя буквально пара минут, чтоб сделать хорошие кадры. Ребята будут готовы через несколько минут.       Я кивнула. Все же я немного волновалась, ведь когда-то я восхищалась творчеством братьев Лето — их музыка всегда была частью моей жизни. Через несколько минут (хотя по ощущениям все 10) ко мне подошли Джаред и Шеннон Лето. Лето младший был в... боже, это что за тряпки? Синие треники, платье-сеточка и синий плащ, на голове были черные очки, похожие на горнолыжные. Слава богу, что внизу хотя бы белые классические кроссовки. Шеннон был в молочных шортах и белой футболке с дырками… На руках были белые напульсники с какой-то желтой картинкой, а на ногах высокие белые носки и бежевые кеды. Мысленно меня перекосило от сочетания молочного и бежевого, у Джареда хотя бы просто черно-синий образ, пусть и странный.       — Аллоооо, ты разговаривать умеешь? — Шеннон помахал рукой у меня перед лицом.       — Да очередная фанатка, видишь же, — ответил ему брат, указав на мою футболку.       — А, да, меня зовут Катрин, простите, давайте начнем.       — Ок, Кэтлин, побыстрее, — сказал Джаред.       — Катрин.       — Мне все равно.       Мило. Ничего больше не скажешь. Мы отсняли пару портретных кадров у белой стены, подошли к лестнице, ведущей на сцену, сделали несколько фотографий там (как совместных, так и по-отдельности). Потом Лето просто испарились, не сказав ни слова. Эээ, а мне что делать дальше?       Я стояла около выхода на сцену, пытаясь поймать хоть кого-то из команды марсов, чтобы узнать, куда мне пройти, но все меня игнорировали. Оно и ясно, концерт задерживают на сорок минут уже. Я решила попытаться вернуться в ту комнатку, где мы сидели с остальными представителями прессы, но… тут столько коридоров, что свихнуться можно! Надо было разбрасывать хлебные крошки. Поняв, что надо бросить затею найти путь обратно, я вернулась уже на то место, где меня оставили братья Лето. Ну вот, не поминай черта всуе, вспомнишь солнце — вот и лучик, ну или любая другая интерпретация этого выражения, которая вам по душе.       — Эй, отойди, не мешай! — злобно проговорил Джаред Лето, немного оттолкнув меня и, как ураган, пронесясь вперед по коридору.       — Кейт? — неожиданно послышалось позади меня, пока я смотрела вслед убегающему Лето.       — Оливия? — я обернулась и не могла поверить совим глазам.       — Я не знаю, что ты тут делаешь, но времени нет, пошли со мной, — сказала мне девушка и ринулась в ту же сторону, куда несколькими секундами ранее убежал Джаред.       Ничего не понимая, но осознавая, что выбора у меня особо и нет, я направилась за ней. Хоть какое-то знакомое лицо. Получается, она работает на марсов? Или на самого Джареда Лето? Я терялась в догадках, которых в моей голове становилось все больше и больше, причем расли они в геометрической прогрессии.       — Джей, пожалуйста, остановись и послушай меня, — чуть ли не кричала Оли, пытаясь догнать музыканта. Кстати о музыкантах, а где Шеннон?       Неожиданно Джаред останавливается, оборачивается, а Оливия буквально впечатывается в его тело, а я — уже в ее, в результате чего мы все падаем на мужчину. Ну не такая у нас реакция, чтобы затормозить. Я сразу же поднялась и промямлила: «Простите», но, казалось, ситуацию уже не спасти, потому что Лето буквально вскипал от злости, а его венка под глазом была видна все отчетливее и отчетливее.       — Я просил тебя проследить только за одной вещью! Одной! Ты и тут умудрилась облажаться! По полной программе, Ол, по полной! — кричал Джаред на девушку, у которой глаза уже были на мокром месте, но неожиданно он оглянулся в мою сторону, — ты кто?       Мда, мистер, с памятью у вас явно проблемы, таблеточки попить не пробовали? В вашем возрасте уже пора. Вслух я этого не сказала, конечно же. Надеюсь.       — Я снимала недавно тебя и Шеннона, — я хотела объяснить, но разве кому-то было интересно?       — Ясно, — прервал меня Джаред, а потом посмотрел в испуганные глаза Оливии, которая еле сдерживалась, чтобы не заплакать.       — Джей, я… — начала девушка.       — Тшш, Олива, все, — мужчина провел ладонью по щеке девушки, а потом прижал ее к себе, — прости, вспылил.       Вспылил? Да ты чуть не разнес тут всю арену, наверняка твой ор был слышен и в Лос-Анджелесе. Вот это у вас меняется настроение, мистер Лето, похлеще, чем у девушек в период ПМС. Кстати, это вообще нормально, что я тут стою? А нормально, что Джаред так успокаивает девушку из Marc Crew? Или ассистентку? Тут я увидела, как Лето поцеловал Оливию в лоб, что-то прошептал и пошел в обратную сторону, кинув на меня злобный взгляд. Мой мозг взорвался. Она не просто ассистентка?       — Я знаю, что ты хочешь объяснения.       — Ну, было бы неплохо, а то я уже миллион теорий настроила в голове.       — Пойдем в гримерку, я все объясню, а ты пока расскажи, что ты тут делаешь.       Я рассказала, что какая-то девушка забрала меня от всех остальных фотографов-видеографов-журналистов, провела лабиринтами к гримерками и сцене, дала задание поснимать ребят и расстроилась, что я их слушаю.       — А, это Шейла, все понятно. Она сегодня на взводе — отвечает за медиа-составляющую тура, наш фотограф заболел в самый последний момент, а Лето вынь да положь фотографа и фотографии с бэкстейджа.       — К слову о нем…       — Я работаю ассистенткой группы, иногда и лично у Джареда, как сейчас, его личная ассистентка Тет в отпуске.       — Просто ассистенткой? — спросила я, как бы намекая на тот поцелуй в лоб.       — Ну мы еще и вроде как встречаемся, — смущенно ответила Оливия с улыбкой на лице и счастливыми глазами.       — С этим чудовищем??? — я не могла принять тот факт, что Лето грубо разговаривал со мной, убежал, будто у него пропеллер в заднице, накричал на Оливию и снова нагрубил мне.       — Он не всегда такой, правда, просто на взводе сейчас.       Что-то слабо верится, если честно. Остальное время до концерта мы провели вместе, обсуждая, в основном, конечно же, марсов. Оказалось, что у Оливии была та самая одна задача, которую она не выполнила, а остальной вечер был свободен. Она рассказала мне, как познакомилась с Лето младшим, попала к нему на работу, стала проводить все больше времени с ним и вот, они влюбились друг в друга до беспамятства, словно подростки.       Девушка посвятила меня и в новые условия съемки для фотографов — можно снимать весь концерт из фотопита, кроме нескольких песен, можно свободно перемещаться по залу. Чем было вызвано такое резкое изменение условий, непонятно. Ну и ладно, не особо-то и хотелось, главное, что можно вдоволь наснимать качественный контент.       Ближе к девяти вечера Оливия отвела меня в зал, показала вход в фотопит, настрого приказала охраннику везде меня пускать и пообещала прийти за мной после концерта, чтобы вместе поехать на афтерпати.       Сам концерт прошел волшебно. Мне казалось, что у меня получилось сделать интересные кадры — например, я поймала Джареда, когда вокруг него сыпались конфетти, или вот Шеннон, готовящийся сделать большой «бам» на барабанах двумя руками (я не разбираюсь в ударных). Поснимала и толпу в первых рядах, девочки попросили мои контакты, чтобы потом им было легче найти фотографии.       На первой песне, которой как всегда была Up in the air (могли бы и что-то другое придумать), вылетел Джаред, как обычно, покружился и взорвал весь зал своей энергией. Как человек, закончивший музыкальную школу на классу скрипки и имеющий хоть какой-то слух, заявляю, что нафальшивил он тут знатно. Но по моим наблюдениям, на первой песне у него такое часто бывает — особенно на одном из вертов, вроде бы в рамках Carnivores Tour, там же был их сотый концерт? Или трехсотый. Могу ошибаться. Помню, как на своем первом выступлении на сцене с микрофоном (а не скрипкой) у меня микрофон был на стойке, но рука на микрофоне, в результате чего в комплекте с выступлением шли еще и судороги. Нога жила своей жизнью, что-то там отплясывая, голос дрожал, да и налажала я там, где совсем не ожидала. Многим, правда, понравилось мое выступление, но не мне. Я-то знаю, как я могу, на занятиях в сотню раз лучше было.       После первой песни Лето мило поприветствовал публику, улыбнулся и сказал, что рад видеть здесь эшелон, что им вообще нравится «эта часть мира». Такой душка, будто не орал только что в гримерке на свою девушку.       На песне Hurricane Джаред, как обычно, радовал всю женскую часть эшелона, девушки буквально смотрели только на его руки и виднеющийся из-под сетки торс. Иногда становится немного жаль Шеннона — ему ведь не достается такого внимания, хотя он точно не менее горячий мужчина, чем его брат. Но, наверное, те, кто кладет глаз и мысленно выходит замуж практически каждая.       Да что уж таить, раньше и мне больше всего нравился Джаред. Мы с Амели уже давно поделили братьев Лето — ей достается старший, а мне — младший. Вот, кто-то делит винкс и чародеек, а мы — марсов. А сейчас, хм, было сложно. Шеннон — действительно сексуальный красавчик, но мое подростковое восхищающееся сердце навеки отдано Джареду.       Как только прозвучали последние ноты Closer to the edge, Джаред поблагодарил всех, Шеннон кинул в толпу свои палочки — и они скрылись за сценой. Охранники принялись выводить толпу фанатов со сцены, а я покорно ждала Оливию около выхода из фотопита. Но прошло десять минут, пятнадцать — никто не подходил. Охранник уже недовольно на меня косился, да и мне было неловко так задерживать его. Поклонники группы еще фоткались на фоне сцены, с кучей конфетти в руках, кто-то вот с барабанной палочкой, а кто-то с плакатом. Решив, что ждать девушку бессмысленно, она наверняка занята каикми-то делами, ну или в очередной раз чудовище Лето накинулось на нее, я написала смс «не буду отвлекать, пойду в отель» и покинула арену. Что ж, Катрин, твоя мечта исполнена — в твоем портфолио теперь снимки группы, которая была и остается твоей подростковой любовью. Что бы сейчас случилось с той 12-летней Кейт? Да она бы в обморок грохнулась!       Уже в отеле мне пришло сообщение от Оливии — «прости, что не встретила тебя, не успела написать, обрушилась лавина истерики Джея, сама понимаешь». Да, понимаю, Лето-истеричка разбушевался, как я и говорила.       Ладно, Катрин, марсы марсами, но что мы делать-то завтра будем? Билет в Иран мы так и не купили, надо хоть посмотреть рейсы. С этими мыслями я открыла ноутбук и принялась просматривать предложения авиакомпаний. Прямых рейсов, конечно же, не было, но я нашла с пересадкой в уже известном мне аэропорту — в Стамбуле, да и сама пересадка не очень длительная, удобно. Я купила билет на завтрашнюю ночь (календарно послезавтра) и со спокойной душой легла спать.       Мною было принято решение выспаться перед очередным изматывающим перелетом, так что проснулась я только в час дня. Мысленно расстроившись, что времени на обзор Ташкента у меня немного, я решила в целом бросить эту затею — успеть все, везде и сразу. Перекинув фотографии с концерта на ноутбук и импортировав удачные снимки в нужную мне программу, я быстренько обработала пару красивых кадров и выложила их в инстаграм. После приняла душ, посетила панорамный ресторан в отеле и вышла ненадолго погулять. Как раз самое пекло закончилось, можно спокойно жить, а не умирать под палящим солнцем. Я, конечно, люблю тепло и ясную погоду, но не сильно жаркую. Тогда я начинаю ныть и меня уже не остановить.       К вечеру я нагулялась по современному Ташкенту, прикупила несколько сувениров для Амели, мамы и Юджина, поснимала на пленочную камеру вечерний город и пошла в отель собирать вещи. В аэропорт я приехала вовремя, даже, наверное, слишком рано, но тем и лучше. Спокойно сидела около гейта в ожидании начала посадки на рейс до Стамбула, отсматривала фотографии с концерта и обрабатывала лучшие. Кстати, надо бы и бэкстейдж обработать. Так и провела я время в самолете — обработка меня очень затягивает, все пять часов я неотрывно смотрела в экран ноутбука, двигая различные ползунки туда-сюда.       Вот и уже знакомый аэропорт, я сразу же направилась в кафе, где попробовала невкусный сырный пирог и вкусный турецкий кофе. Совершать своих ошибок я не стала, поэтому на этот раз взяла только напиток. Я загрузила все фотографии на облачный диск и отправила Кайле, которая меня координировала с самого начала. Ну и Оливии, почему бы нет, через нее точно снимки дойдут до братьев Лето. Ну до одного так точно.       Я сидела с открытым ноутбуком, любуясь сделанными кадрами — они мне правда нравились, получилось неплохо. Параллельно, правда, я вспоминала свои подростковые годы, да и что греха таить — любовалась телом Шеннона. Приятная ностальгия вперемешку с новыми впечатлениями.       — Кейт! - внезапно раздался сзади полный радости голос, а на меня нахлынуло ощущенре дежавю, - я присяду?