Глава 1. Наказать!

До Красного замка они добрались без приключений, и Рейнира успела немного успокоиться, развеяться и даже получить удовольствие от прогулки. Но у потайной лестницы Деймон сорвал с неё шапку — снова — и с улыбкой откланялся.        — Принцесса.        И тут же удрал.        Рейнира лишь беспомощно смотрела ему вслед, чувствуя закипающую ярость. Она до последнего момента не верила, что Деймон действительно это сделает — пойдёт после неё к шлюхам! Он ведь мог всего лишь поддразнить её намёком на это. Но вместо этого Деймон...        — Надо как можно скорее разбудить отца, — решила она вслух. — Пусть сорвёт ему планы.        Алчный маленький дракон внутри неё не желал делиться дядей вообще ни с кем, и потому она поспешила вверх по каменной лестнице, а затем и по переходам замка: сначала — по тайным, скрытым в полумраке, а затем и, выбравшись в свою комнату и из неё, по вполне светлым от факелов в королевское крыло. Ошарашенный сир Кристон попытался было её догнать, но Рейнира даже не оглянулась на его оклик. Ей не хотелось тратить время.        В итоге совсем скоро она подбежала к дверям в покои отца и кулаками заколотила в них.         — Мне нужно тебя видеть, отец! Открой скорее! Это очень важно!        — Принцесса, что вы делаете? — поражённо воскликнул один из двух стражей.        — Не сейчас, сир Гаррольд, — отмахнулась она. — Отец, открой мне! Это Рейнира!        — Сир Кристон, вам известно, что стряслось у принцессы?        — Не имею понятия, лорд-командующий. Она просто выбежала из комнат и вот так побежала сюда. До того в них было тихо.        — Отец, пожалуйста!        Двери резко распахнулись. За ними возник заспанный Визерис в длинной белой рубахе.        — Что тут за шум?        — Слава богам, отец! — радостно выдохнула Рейнира. — Ты ведь мне поможешь? Поможешь же?! — она умоляюще заглянула ему в глаза.        — Чем тебе помочь, дочка?        Рейнира открыла рот, но замешкалась, оглянулась на трёх рыцарей и попросила:        — Об этом лучше поговорить без посторонних глаз.        Визерис с подозрением покосился на тех же стражников, но кивнул:        — Ладно, как скажешь. Входи.        Он отступил в сторону, открывая путь, и Рейнира шустро этим воспользовалась. Она с волнением потирала ладони всё то время, пока Визерис запирал двери и затем ещё и поворошил дрова в камине, чтобы стало светлее. Начиналось самое сложное.        — Итак, что я могу для тебя сделать, Рейнира? — осведомился он, затем нахмурился: — И почему ты в таком виде?        — Вот об этом я и хочу тебе рассказать, но сначала тебе лучше сесть.        Он нахмурился ещё сильнее.        — Отец, я прошу, сядь! — взмолилась она. — И клянусь, ты узнаешь всё!        Ей было важно заставить его сесть, чем увеличить путь до двери. В любой момент он мог в ярости отдать приказ своим рыцарям что-то сделать с Деймоном. Если же для этого ему придётся сначала встать, у неё появится больше шансов его остановить.        К облегчению Рейниры, Визерис в итоге её послушался, грузно сел в одно кресло и приглашающе махнул рукой на второе. Она быстро заняла его.        — Итак, — со значением произнёс он.        — Это всё Деймон.        — Я знал! — тут же взревел Визерис и попытался встать, но Рейнира, сильно наклонившись вперёд, накрыла его руки на подлокотниках своими, удерживая на месте.        — Нет, я прошу, дай я сначала расскажу! А потом сделаешь с ним, что захочешь.        На несколько тревожных мгновений ей показалось, что остановить отца попросту не хватит сил. Но, вероятно, прерванный сон всё же сыграл свою роль, да ещё и отец болезненно отдёрнул покалеченную руку.        — Ох, прости, — тут же повинилась Рейнира. — Я её задела? Прости меня.        — Ничего, — отозвался Визерис, но с подлокотников кисти всё же убрал себе на колени. — Не переживай из-за этого. Расскажи лучше, что там на этот раз натворил мой брат?        — Он вывел меня на прогулку в ночной город, — Визерис застыл. — Нет, поначалу это было даже неплохо, — торопливо продолжила Рейнира. — Он выдал мне эту одежду, чтобы я не выделялась из толпы. И была ещё шапка, чтобы прятать волосы, но она... но её...        — Почему он вообще это сделал, Рейнира? И почему на это согласилась ты?!        — О, ну, потому что он вот так понял мои слова... Я днём пожаловалась ему, что задыхаюсь среди всех этих лордов, меня угнетает постоянная жизнь во дворце, и он, видимо, решил показать мне другую. Более… свободную. Весёлую даже, — она улыбнулась. — Мы видели жонглёров, канатоходцев, разных артистов. Пили вино и… веселились со всеми.        — Пока звучит не так ужасно, как я думал.        — Это пока. Всё было действительно не так ужасно, пока Деймон не привёл меня в бордель.        Визерис сильно напрягся.        — Что?        — Представь себе, — сильно выпрямила спину и задрала нос Рейнира. — Меня, принцессу, он, совершенно не предупредив, привёл туда и…        — И что? — нетерпеливо спросил Визерис.        — И начал целовать.        — Великие боги!        — Да, целовать и не только.        — Я убью его. На этот раз он зашёл слишком далеко. Надругаться над моей же дочерью!        Он снова предпринял попытку встать, но Рейнира вскочила первой и надавила ему на плечи, не давая подняться.        — Нет, отец, он не надругался! Дело не в этом!        Тот застыл.        — А в чём тогда?        — Деймон действительно меня целовал и… И трогал. И даже снял с меня штаны, — Визерис скрипнул зубами. — Вот только после этого он попросту взял и ушёл! — прокричала Рейнира. — Оставил меня там одну, с расстёгнутой рубашкой и спущенными штанами, забрал мою шапку и ушёл! Меня такой увидели все!        Замерев, Визерис моргнул и крепко наморщил лоб.        — То есть он не…        — Он не трахал меня, если ты об этом. Но лучше бы он это сделал, чтобы я не чувствовала себя настолько глупо.        Рейнира увидела, как отец заметно расслабился и обмяк на спинку кресла. Кажется, его изрядно успокоила весть о том, что Деймон дал волю рукам и губам, но не члену. Он даже немного повеселел, а вот это в её планы не входило. Ей нужна была его злость.        Она отступила на шаг от него, почти вплотную ко второму креслу, но садиться не стала.        — Деймон заставил меня идти через весь город вот в таком виде, с открытыми волосами, по которым меня может узнать любой. Идти из борделя, где меня тоже видели! Он разрушил мою репутацию. Уже завтра об этом узнают все семь королевств, и он должен ответить за это!        — Не сомневайся, он ответит. Утром я изгоню его и…        — Нет, отец, нет! — всплеснула руками она. — Это вообще не наказание для него! С ним надо совершенно по-другому!        — И как, позволь спросить?        — Ровно наоборот. Смотри! — она шагнула к Визерису и опустилась на колени прямо на пол, благо что без обычного платья это было очень легко сделать: — Что больше всего ценит Деймон? Свою свободу. Делать, что вздумается, летать, куда захочется. Ты его изгоняешь — его это только веселит! Он потом развлекается неизвестно где и возвращается сюда, как ни в чём не бывало!        Визерис на это помолчал. Потом неохотно кивнул.        — И?        — Я предлагаю лишить его этой свободы.        — Запереть его в Чёрных камерах? Рейнира, это всё-таки…        — Нет, нет, не в камерах, ещё лучше! — помотала головой Рейнира. — Тебе надо женить его на мне.        У Визериса отвисла челюсть. Он издал смешок.        — Что?        — Вернее так: приказать ему жениться на мне. Он не рискнёт нарушить приказ своего короля.        — Что ты… Рейнира, что это за…        — Ты только представь! — торопливо перебила она его. — Деймон женится на мне и оказывается навсегда привязан к Красному замку. Привязан к нам, его семье. Он не сможет больше просто взять и улететь, куда вздумается, потому что в этом случае я отыщу его на своей Сиракс и заставлю сюда вернуться. Лорды всех семи королевств будут помогать мне, наследнице, в этом деле, и, если понадобится, они сами его скрутят, а я верну его в столицу привязанным к седлу своего дракона.        Рейнира сделала паузу, давая возможность отцу вообразить эту картину. По мимолётно дёрнувшимся уголкам губ она поняла, что он хотел бы такое увидеть.        — И это не всё. В браке со мной он не сможет больше позорить само понятие брака, встречаясь со шлюхами, потому что я велю Сиракс сжечь любой бордель, любую шлюху, которая примет его.        — Рейнира! — ужаснулся Визерис.        — Я не шучу! Он не будет спать с кем-либо, кроме меня. Ни в каком борделе. Думаю, хватит одного, максимум — двух сожжённых борделей, чтобы остальные закрыли перед ним свои двери и не пускали Деймона туда, опасаясь моего гнева.        — Но… Деймон ведь уже женат, — не кстати вспомнил Визерис.        — О, ты легко его разведёшь с леди Рунного камня, — небрежно махнула рукой Рейнира. — Деймон, конечно, уцепится за это как предлог, чтобы не жениться на мне, но ты можешь его опередить: прямо сейчас вызвать сюда верховного септона и великого мейстера, и отправить письма леди Рее Ройс и леди Джейн. Уверена, они обе выдохнут с облегчением, когда первый брак Деймона будет аннулирован. В конце концов, это даст шанс Дому Ройс заключить настоящий брак и получить долгожданных наследников, а ты получишь благодарность за исправленную ошибку твоей бабушки королевы Алисанны. Ведь никогда не поздно признать королевскую ошибку, отец, — Рейнира деликатно взяла его за здоровую руку. — Сильный король не постыдится её признать.        Визерис тяжко вздохнул. Потом потряс головой.        — Допустим, развести его с Реей Ройс действительно можно. Но ты же моя дочь, Рейнира. Моё первое дитя. Я хотел тебе действительно достойного мужа. А не такого… проходимца, как мой брат!        — Твой брат является принцем, отец. Ты не думал, что произойдёт, когда рядом со мной не станет тебя?        — Это тут причём?        — Притом, что я женщина, а у тебя есть перворождённый сын! Эйгон, за которым стоит вся мощь, все амбиции Дома Хайтауэров. Они поднимут бунт сразу же, как только не станет тебя!        — Они не посмеют. Лорды принесли тебе клятвы. Тебе как моей наследнице, Рейнира.        — Посмеют ещё как, если рядом со мной будет такой же лорд, как они! Они решат, что то, что позволено моему лорду-консорту, позволено и любому из них. Мои притязания на трон будут оспорены, отец. И единственный, кто сможет сдержать их амбиции, — это мой дядя. Воин, которого боится одна половина королевства, на драконе, которого боится вторая.        — Он…        — Он им не ровня, отец. Он принц, он брат короля, он внук короля. Он сам был наследником десять лет! Он гораздо выше их всех, выше любого, даже самого богатого лорда, которого ты способен предложить мне в мужья, и потому все они будут знать: чтобы сместить меня с трона, надо будет сперва пройти через него. Деймона Таргариена.        — Рейнира…        — Признаем честно: ты ослабил мои позиции, когда женился на Алисенте Хайтауэр и позволил ей родить тебе сыновей.        — Это…        — Это был твой выбор, и я его приняла. Я злилась, да. Долго злилась на тебя, отец, но я его приняла. Прими же и ты теперь мой, ведь ты сам — ещё совсем недавно — дал мне его. Дал право самой выбрать мужа. Или ты не хозяин своему слову?        — Хозяин, но этот выбор плох!        Рейнира скептически усмехнулась.        — Деймон Таргариен — это самый желанный мужчина в семи королевствах. Как он может быть плох?        Визерис зажмурился и растёр пальцами глаза. Потом сказал:        — А ты не думала, что он может захотеть использовать тебя? И ваш брак, чтобы добраться самому до трона и до власти? Деймон всегда стремился к власти!        — Я знаю, и я дам ему столько власти, сколько он сумеет вынести.        — То есть?        — Я поручу ему все те дела, где лучше справится мужчина, — легко пожала плечами Рейнира. — Он будет летать на Караксесе в те земли, где лорды усомнятся во мне и в моих решениях, и убеждать их не сомневаться. Так, как сочтёт нужным. Я не собираюсь воевать с ним за власть, отец. Я планирую ради неё его использовать.        Эти слова Визериса озадачили крепко, он даже ненадолго задумался над ними.        — Но он старый.        — Некоторые девушки моего возраста выходят за мужчин и постарше, — возразила Рейнира, вспомнив Алисенту.        — Он упрямый и несговорчивый.        — Мне говорили, что я поупрямее его буду. Не терпится это проверить.        — Он не полюбит тебя!        — Он уже меня любит с моего рождения! С того самого момента, когда впервые взял меня на руки у моей матери. Об этом не раз говорила моя мама. Об этом говорил и ты. Деймон мог бы навредить кому угодно, пойти против кого угодно, но он никогда не навредит мне. И никогда не сместит с трона меня точно так же, как не сместил за эти четырнадцать лет тебя, хотя имел и армию, и всё для этого.        — Дочка…        — У Деймона много пороков. Это правда. Но для него не пустой звук его семья. Мы с тобой, только мы двое, — это его семья. И ради нас он сделает всё, — Рейнира поднялась с затёкших колен и пересела в кресло.        Ей вспомнилось, как Деймон говорил, что, если зайдёт разговор о том, что он — неподходящая партия, надо переводить тему на любовь Визериса к ней самой. И поскольку отец не выглядел убеждённым, она решила последовать этому совету.        — Знаешь, я обижалась на тебя целых четыре года, отец.        — Рейнира! — взвыл тот.        — Да, я говорю, как есть. Я была обижена. Я была зла. Но даже в это самое тяжёлое время я не сомневалась в одном — в том, что ты любишь меня.        — Конечно, я люблю…        — Я не сомневалась, что я дорога тебе. Лично я, твоя дочка. И сейчас, когда мне, твоей дочери, так нужна твоя поддержка, чтобы заключить брак с мужчиной, которого я хочу… Да, непростым, да, проблемным, но не лишённым достоинств и, безусловно, любящим меня с самого моего рождения! Неужели ты откажешь мне в такой малости? — горестно прошептала она последнюю фразу.        — Дочка…        — Мама бы хотела, чтобы ты меня поддержал. Она бы хотела, чтобы я вышла замуж по своему выбору. И Деймон — это мой выбор.        Визерис медленно выдохнул.        — Ты… уверена в этом?        — Больше, чем когда-либо и в чём-либо в своей жизни, — твёрдо ответила она, глядя отцу прямо в глаза.        Тот долго смотрел в ответ, затем потёр лоб и неохотно кивнул.        — Будь по-твоему.        — Спасибо, отец! — радостно подпрыгнула Рейнира и захлопала в ладоши.        — Будет тебе Деймон, раз ты его захотела, — проворчал Визерис. — В конце концов, твою репутацию этой ночью действительно разрушил он, и брак с ним оборвёт слухи о вас двоих в зародыше.        — Именно об этом я и подумала, когда шла сюда.        — Думаю, через месяц, когда все лорды съедутся…        — Что? Нет! Это не может ждать месяц! Тебе нужно поженить нас сегодня же!        Визерис поморщился.        — Это слишком скоро.        — Это единственный шанс, что Деймон никуда не удерёт! — Рейнира вскочила с кресла и принялась расхаживать по комнате. — Ты же знаешь, как он реагирует, когда кто-то покушается на его свободу! Надо женить его как можно скорее, пока он не опомнился!        — Но что за свадьба без гостей? Это неприлично. Хотя бы недели две… или одну…        — Отец, он сбежит! Даже если ты посадишь его под замок, он найдёт способ выбраться, он слишком хитёр, — всплеснула руками Рейнира, лихорадочно соображая, какие бы ещё аргументы привести: чем дольше отсрочка до свадьбы — тем больше риск, что сир Отто заставит Визериса передумать.        — Свадьба не должна выглядеть поспешной, Рейнира.        — Пусть она выглядит не поспешной, а семейной! Трёх дней хватит, чтобы принцесса Рейнис и её семья прибыли сюда, а свадебное платье для меня начали шить уже давно, его к завтрашнему дню закончат. И тогда мы сообщим всем, что в Доме Таргариенов послезавтра будет заключен брачный союз, для которого главное, чтобы присутствовали именно Таргариены. А остальные лорды и леди… Там уж кто успеет.        — Это…        — Это семейное событие, отец. Семья важнее всего. А остальные и так все узнают о том, что теперь Деймон — мой будущий консорт. Если хочешь, ты можешь устроить действительно большой пир с охотой и турнирами, и всем, что тебе нравится, когда я рожу Деймону своего наследника.        — О боги! — взвыл Визерис с отвращением на лице. — Рейнира! Я не хочу думать о том, что ты будешь с ним… Что у вас будут…        — Но у нас получатся отличные дети, отец. Настоящие сереброволосые Таргариены. Ты же ещё совсем недавно, на охоте, говорил, что мечтаешь стать гордым дедом. И ты им станешь.        — Рейнира… — жалобно простонал он.        — Обещаю, что одного из наших сыновей я назову в твою честь.        — Дочка…        — Даю слово!        Визерис душераздирающе вздохнул. Рейнире даже мимолётно стало его жаль: так много новостей обрушилось на его голову за эту ночь. Но она совершенно не жалела ни об одной из них и гордилась проведённым разговором. Как повернётся их совместная жизнь с Деймоном, было пока совершенно не понятно, однако то, что отец задумался о её уязвимости как наследницы перед лицом хайтауэрских и прочих стервятников, стоило многого.        Визерис тяжело поднялся с кресла.        — Ладно, сделаем так, как ты хочешь. Я сейчас же вызову сюда верховного септона, распоряжусь послать письма в Долину и прикажу привести ко мне Деймона. Где он, кстати? Ты не знаешь?        — Ему хватило наглости после меня отправиться к шлюхам! — зло выпалила Рейнира. — Буду рада, если твои рыцари помешают ему.        — О, они помешают. Отправляйся спать и готовься к свадьбе, которая состоится послезавтра.        — А мне можно поприсутствовать, когда ты сообщишь эту новость Деймону, отец? — тут же с надеждой уточнила Рейнира. — Хочу видеть его лицо, когда он поймёт, чем заплатит за то, как обошёлся со мной.        Визерис на это усмехнулся, но кивнул.        — Хорошо, тебя позовут.        — Спасибо.        Она быстро приблизилась к нему и обняла, испытав облегчение. Ей понравились осторожные объятия в ответ.        — Я… рад, что ты пришла с этой просьбой ко мне, Рейнира. Что ты помнишь, что можешь на меня рассчитывать.        С неохотой она отстранилась и заглянула в родные глаза.        — Только на тебя я сейчас и могу. Но я сделаю так, что и на Деймона сможем рассчитывать мы оба. По-настоящему и серьёзно, отец. Мы семья.        — Да, мы семья, — подтвердил Визерис. — А теперь иди отдыхать, скоро уже будет светать и тебя позовут.        — До встречи.        Весело улыбнувшись отцу, Рейнира покинула его покои, а там поспешила уже к своим комнатам, едва не подпрыгивая на ходу.        Получилось! Ей удалось заручиться согласием отца на брак с Деймоном, причём на такой скорый брак! И оставалось надеяться, что сир Отто не успеет встрять, а сам отец не опомнится.        Надо надеяться на это и не терять бдительности. Но сначала — непременно полюбоваться раздражением дядюшки, которому очень скоро испортят его любимое развлечение.