Червона ягода (Полная 21+ версия)

*** Ну что, понравилось? Мне есть чем тебя порадовать, приспусти штанишки и погнали)) *** Пут вернулся в хату и поставил ружье в угол. Утренняя пробежка и спасение животины взбодрили его, он отпил прохладного чаю. На кровати сидела Иполина. Она была нагой, утренний свет красиво обозначал её молодые, пышные формы. Дмитро загляделся на эту чудную картину. - Ипочка, дорогая, а ты ничего в чай не добавляла? Какой-то вкус у него сегодня более терпкий. - Добавляла, тут на лугу в этом году расцвел женьшень. - Вот оно чего, а я думаю чего животина себя ведёт странно. - Говорят придаёт сил, особенно мужчинам. - Да уж, сил хоть отбавляй. - Ну так иди ко мне... Дмитро прильнул к жёнушке. После короткого, чувственного поцелуя, он начал быстро скидывать с себя остатки одежды. Иполина сидела на кровати на коленках, смотрела на мужа с умоляющим вожделение. Её глаза в утреннем свете поблёскивали от слёз. Желание было выше любых разумных пределов. Даже коротки поцелуй заставил её соски набухнуть и подняться, клитор затвердел, а с нижних губок вниз по ногам потянулась блестящая паутинка любовных соков. Дмитро это видел и сила этого желания витала в воздухе. Даже он, не обладая особо хорошим обонянием, почуял в воздухе аромат жаждущей любви молодой девицы. Этот запах утреннего пота, теплого, знакомого и сладкого, возбуждающего, такого от которого где-то под кожей головы заводится много паучков и так щекотно, что сводит шею и плечи. Огромный член Пута уже стоял во всю. Он сделал шаг вперёд к Иполине. Он был перед ней во весь рост. Она взяла в левую руку его яйца и осторожно потянула вниз, член наклонился в её сторону. Она смотрела на него снизу вверх, головка члена заканчивалась чуть выше её собственной головы. Иполина поцеловала член у самого основания у яичек, а потом начала медленно подниматься выше с каждым разом всё сильнее присасываясь и вылизывая член мужа. Добравшись до самого верха она в поцелуе, работая языком и свободной рукой, сдвинула крайнюю плоть с огромной головки. С отверстия на вершине уже во всю сочилась густая смазка. Девушка не торопилась, прислушалась к возбуждающему запаху члена мужа. В этот момент уже в её голове застучали миллионы молоточков, запах утреннего, крепкого члена заставлял течь её ещё сильнее. Она прошлась язычком по уздечке и приняла член в свой рот. Одной рукой она продолжала держать яйца мужа, второй надрачивала огромный прибор, посасывая еле умещающуюся во рту головку. Дмитро положил руку на её голову, и отклонил от себя. Иполина смотрела вверх на него из под его стоящего и исходящего соками члена. В глазах всё также стояли слёзы счастья, покорности и желания. Пут подался вперёд, Иполина легла под ним на спину, подняла в воздух и раздвинула свои изящные, девичьи ножки. Теперь уже Дмитро стоял на коленях на кровати. Иполина немного смутилась откровенной позой, чуть смущённо покраснела и отвела взгляд в сторону. - Ну, дурак, чего там разглядывать? Давай уже, входи... А поразглядывать Путу было что. Внизу милого животика девушки красивые, кудрявые, светлые волосики спускались ниже и обрамляли прекрасную вагиночку. Половые губки очень аккуратные, совсем немного приоткрытые, но от этого не менее приглашающие войти. Ноги девицы до самых колен были покрыты ниточками блестящей на свету жидкости. Пут потянулся головой вниз целуя ножки жены пока приближался к своей цели. Сначала он как пёс несколько раз облизал её киску, а потом уже прильнув всем ртом, обсасывая и проникая внутрь языком, игрался так некоторое время. - Димочка, котик, я уже не могу, войди в меня, пожалуйста... Пут послушался, одну руку он положил на киску жены и пальцам раздвинул губки, а второй направил своего друга прямиком в образовавшийся проход. Иполина вскрикнула и тяжело задышала. Большая головка проникала внутрь, далее Пут вводил член медленно, положив руку пониже живота девушки, как будто желая нащупать свой член внутри неё. Войдя, на сколько было возможно, Дмитро медленно начала вытаскивать и входить обратно. Убедившись, что всё работает как надо, он наконец лёг поверх. Она, смотря на него, приоткрыла свой ротик и высунула язычок, Пут прильнул к ней и, во время этого поцелуя, в котором они обменялись ранее полученными друг от друга соками любви, он начал двигаться. Размеренно, набирая темп, по дому начали раздаваться звуки шлепков. Иполина скрестила ноги за спиной мужа и крепко обнимала его руками пока он раз за разом входил в неё всё глубже и глубже. В какой-то момент Дмитро остановился. - Милая, хочу взять тебя сзади. - Хорошо, дорогой. Она перевернулась встала на коленки спиной к мужу, а после наклонилась вперёд, подаваясь попкой к мужу. Пут увидел именно то, что хотел. Прекрасная писечка уже полностью раскрылась, все волосы вокруг были полностью мокрыми от влаги влюбленных, капельки собирались на их кончиках и, оставляя в воздухе блестящий след, падали вниз. Обе дырочки маняще подёргивались. В попку, покрытую большим количеством смазки, казалось сейчас можно войти без труда. Но у Дмитро таких планов не было. Он вошёл в писечку Иполины в этот раз почти на всю длину. Девица застонала под ним. Он обнял её одной рукой за живот, а второй, притянув к себе, за грудь. Через некоторое время он отпустил жену и та смогла вернуться вниз всё также выгибаясь и подставляя мужу свою попку. Дмитро, ухватив Иполину за бедра, трахал её так быстро как только мог и, наконец войдя на всю длину, запрокинул голову и излил из себя горячую, бурлящую жидкость, заполняя девушку под собой. Иполина чувствовала, как в самые её глубины проникает горячее мужское семя. Она успела много раз кончить к этому моменту, но в этот, самый мощный раз, она на несколько секунд потеряла сознание и если бы не член на котором она была, то уже обессиленно бы повалилась на кровать. Дмитро не торопился вынимать, пульсация стенок влагалища жены доставляла ему неимоверное удовольствие. Только спустя минуту Пут потащил свой обмякающий член наружу. За ним из пульсирующей киски жены волнами начала вытекать густая пузырящаяся жидкость. Дмитро лёг рядом с женой, отодвинул с её лица растрёпанные волосы и поцеловал в носик. Они устало смотрели друг на друга улыбаясь. Чувства друг-друга они понимали без слов. На дворе, в свинарнике тоже не отставали, Максим, как только хозяин ушел, бросился вылизывать Хакушу, чтобы очистить её от запаха волка. Когда он заканчивал с умыванием свинки, ему уже не терпелось снова пометить хрюшку. Хакуша была только рада принять в себя пёсика, она была ненасытна до любви, ей всегда хотелось больше. Мысли пса о том, что могло произойти на той опушке не давали ему покоя. Когда он увидел огромный член Тиму, который до этого трахал его Хакушу, он представил, как глубоко волк мог бы проникнуть если бы взял его. Он прогнал от себя эти странные мысли. Сейчас, глядя на лежащую перед ним свинку, задравшую свой короткий хвостик и открывшую вид на огромную сочащуюся петельку, казалось, что похотливый сок пса течет прямо из головы вниз к его лапам, а там уже подёргивался от возбуждения его дружок, покрывая пространство вокруг капельками густой жидкости. Макс привычно взобрался на подругу и начал тыкать разбухшим членом в зад Хакуши пока не попал в нужно место. Войдя в свинку он трахал её и одновременно вылизывал своим шершавым языком её мордочку. Хакуша радостно похрюкивала и улыбалась. На дворе уже рассвело и остальные зверушки начинали просыпаться. Маленькие поросята тоже проснулись и побежали к мамке сосать утреннее молочко. Малютки, толкаясь розовыми мордочками, окружили мамку и присосались к её соскам. А сзади в этот момент мамку трахал пёс и вряд-ли собирался останавливаться пока не закончит своё дело. Спустя несколько минут Макс кончил, его член разбух и почти заблокировал выход из свинки, пока он заливал свою сперму в подругу. Остальные проснувшиеся свиньи и конь из соседнего загона наблюдали за странным соитием дворовой собаки и свиньи, кормящей в этот момент своих поросят. И всё же дырочка Хакуши была слишком большой для члена Макса, так что он вскоре выскользнул из свинки, как только Макс ослабил хватку. Из раскрытой петельки свинки потекла собачья сперма. Некоторые поросята, которым не досталось мамкиного соска, принялись вылизывать вытекающую жидкость. Один поросенок уже было чуть не принял член пса за мамкину сиську, благо пёс вовремя заметил некую странность ситуации и подумал, что пора бы ему отсюда делать лапы. Он лизнул мордочку Хакуши напоследок и покинул свинарник. Утро расходилось по двору, становилось жарковато, пёс направился к миске с водой и, погрузив в неё морду, жадно пил. Звуки любви из дома Пута и его двора доносились аж до самого леса, но в лесу были свои звуки. Женьшень, распустившийся в этом году, поедала большая часть леса. В глубине леса за брошенной берлогой Тиму лежал на спине, пока Дэна вычёсывала и вылизывала его огромное волчье пузо. Волк получал удовольствие от ласк лисицы. Огромный, возбужденный член волка лежал на его животе, временами подёргивался и ронял на тёмную шерстку блестящие капли. Лиса, закончив с прочей грязью, подобралась к заветному члену. - Давай, волчек, я и тут тебя почищу. После свиньи наверное у тебя тут вкусненько. Дэна принялась слизывать капающую смазку, а потом обняв своим длинным язычком член Тиму начала полностью очищать его от соков свинки, которую тот недавно имел. Член волка дёргался как бешеный, лиса, продолжая вылизывания, подставила под нос волку свою лисью жопку и приглашающе подняла вверх пушистый рыжий хвост. Перед Тиму открылась красивая петелька покрытая, влажным от выделений, мехом. Запах, исходящий из под хвостика текущей сучки, сводил волка с ума. Он начал жадно вылизывать писечку и анус лисички, которая полностью улеглась на его пузе и языком надрачивала его огромный член. От ласк волка дырочка Дэны начала пульсировать и тогда волк прильнул к ней всей пастью, проникнув языком так глубоко, как только мог. Лисичка не выдержала и громко заскулила. Её задние лапки пробило судорогой. На морду волка полилась теплая, пахучая жидкость, от резкого и неожиданного ощущения в этот момент он и сам начал заливать в рот и на мордочку лисы и на своё пузо и на всё вокруг теплую мочу. Лесные собаки помечали так друг-друга около минуты. Когда они закончили, Дэна, полностью покрытая мочой волка, развернулась на его пузе и сблизилась своей мордой с ним. Тот тоже был полностью мокрым. Они принялись вылизывать мочу друг-друга со своих мордочек. Терпкий вкус и резкий запах, который они чувствовали, возбуждал в них ещё большее желание. - Ну, сучка, сейчас я тебя так трахну. - Милости прошу, господин Волк. Дэна слезла с волка и выпятила жопку, подняв свой хвост. Мех на задних лапах скомкался и был полностью вымокшим в соках и моче, сзади под лисицей быстро набегала лужица. Тиму покрыл подругу и, после нескольких тычков, ввел свой член в лисичку. Дэна заскулила от пронзительной боли и безумного наслаждения. Волк не осторожничал, он натягивал на себя лисичку со всей силы, проникая в неё на полную длину. Волк вспоминал свинку, которую трахал сразу после дворового пса. Мысли о том, как это унизительно и грязно, как это непозволительно для главного хищника леса, ещё больше заводили его. В той свинке ещё была теплая сперма дворового пса, которую он взбивал внутри своим членом. Он чуял что свинья помечена чужим псом, но всё равно трахал её. И с таким кайфом. В этот момент волк продолжал долбить писечку лисицы, которая, судя по всему, уже потеряла сознание и лишь тихо скулила, а из её открытой пасти выпал язык с которого на землю текла слюна. Волк же продолжал погружаться в свои извращённые фантазии. Он вспоминал морду Макса, когда тот нашел свою хрюшку и увидел как её насилуют. Как Тиму прижал этого жалкого пса под собой. Он чувствовал он него запах страха и подчинения. Если бы не тот мужик, он бы и пса этого натянул, а потом и свинью его ещё раз. Он представил как поднял бы зубами за хвост этого щенка, и натянул бы на свой мокрый после свиньи член. Как растянул бы анус пёсика, как тот бы обоссался прямо на нём от страха, боли и унижения. В этот момент по совпадению лиса снова писала на него. Волк прижал к себе рыжую со всей силы и наполнил её животик. Спермы было так много, что брюшко лисицы увеличилось. Жидкости волка из Дэны не давал выходить его огромный, раздувшийся узел. Кроме мочи из лисички полезло и всё остальное что ещё было внутри, освобождая место для всё прибывающей спермы. Пузо волка, которое Дэна так старательно вычищала, теперь было испачкано окончательно. Но волка это не тревожило, он наслаждался сокращениями внутренностей своей рыжей подруги. Та была в полном отрубе. Волк прилёг рядом и, ожидая пока член опадет, уснул. Дэна проснулась первой. Член волка, уже опавший, всё ещё был в ней. Она аккуратно начала отодвигаться, член с громким звуком вышел из неё, а следом полилась сперма волка. Лиса ещё долго каталась и ползала по траве выдавливая из себя остатки семени и очищая мех от всяких выделений. Волк весь грязный, ужасно воняющий, спал как убитый. Лиса посмотрела на него и, не найдя для себя причин оставаться, медленно побрела в глубь леса. Живот и задние лапки ужасно болели, идти быстро было невозможно. В утреннем лесу до ушек Дэны доносилось много звуков. На деревьях белки, укрывшись в своём дупле, тихо попискивали. И лесные кабаны, и лоси и даже ежи в густой траве. Все этим утром шумно любили друг-друга в чудном лесу на хуторе у реки. И только кролик Ярик со своей морковкой скакал вдоль опушек и троп. Он ещё искал ту крольчиху, которая бы разделила с ним его добычу. Решив отдохнуть, он остановился в траве с красными ягодами, где, под звуки леса любви, принялся ублажать себя. Он натирался своим мохнатым брюшком о морковку, тем самым стимулируя свою маленькую пипку. Оглядевшись, он решил что можно для своих игр использовать маленькие красные ягодки, которые росли вокруг него. Он срывал ягодки-шарики и по очереди вставлял в себя под хвостиком. Когда шарики заполняли его кроличью попку, он снова начинал тереться пипкой о морковку, одновременно выдавливая из себя ягодки. Такая игра приносила Ярику удовольствие и веселила. После третьего повторения игры с шариками кролик кончил прямо на свою любимую морковочку. Дэна, проходящая в этот момент как раз мимо опушки где игрался Ярик, последила за ним несколько минут и, стараясь сразу же забыть увиденное, двинулась дальше. Густой летний туман поднимался от реки, на хуторе было тепло и спокойно.