...

Я нарисую в своих шрамах звезды, Черничным я покрою облака. Станет все красным, белым, ворсым, Станут беспамятью замученны года. И лужа слез срывает замок с ворсом, Скрывает раны вновь больная пелена, Я чувствую что чувства, запах лосса, Вдруг испаряет раз и навсегда. И выцвели те дни в медовых лужах, В них утонули злые облака, Я помню запах пота, и тревожно, Тянусь за лезвием как за столом суда. Не оставляю шрамов, задевая, Все важные и точно не даря, Себе спасения, была ли тут вся правда, Что в грезах нет соитья света льна.