omen

Omen — предзнаменование (лат.) Отряд вернулся с очередного ночного патрулирования только под утро. После убийства Амира они всегда работали в парах, тройках, ведь потеря еще одного солдата могла стоить жизни им всем, кроме бессмертных, естественно. Однако к аномалиям, которые настигнут их днем, они не были готовы. В нынешних реалиях трудно быть к чему-то готовым, кроме смерти.  Красный или может кровавый дождь поразил всех, вызвал первобытный страх, побудил к решительным действиям. Все были поглажены суетой, паникой, бегая от здания к зданию под крупными бордовыми каплями, которые, казалось, въедались в кожу. Одной Лэйн не было страшно. На месте пустоты, отчаянно проросшей в её сердце и разуме, вдруг зажегся интерес, непонятное влечение, уводящее вглубь всего самого темного. Упав посреди улицы в красную лужу, она продолжила там лежать, пока одежда не пропиталась кровавыми слезами неба насквозь и Дмитрий рывком не поднял её на ноги. Все члены отряда были загнаны в поместье, как нерадивый скот, требующий тщательного контроля. Анна продолжала строить теории о происхождении такого рода дождя, другие же обсыхали и отдыхали на своих сальниках в гостиной, стараясь не вступать в полемику с этой импульсивной шатенкой. Лишь Каин ответил на её триаду коротко и неясно, впрочем, как и всегда: — Случившиеся днем— предзнаменование,— бросил он, скрываясь в комнатах большого дома, оставляя отряд в ещё большем замешательстве. Сухие дрова звонко трещали, сухпайки тихо шуршали с разных уголков зала, а Лэйн, как завороженная, сидела в кресле и смотрела на пламя в камине, не моргая. Обычный человек подумал бы, что с ней что-то не так, но для Роткова странности — это обыденное, скорее, быть нормальным считалось странным. Никто не замечал изменений в поведении Лэйн. Её в принципе никто уже не замечал. Была она рядом или нет, куда пропадала на пол дня— всем было всё равно, главное, что к вечеру она была в своей спальне и, по словам Каина, продвигалась в переводе. Лэйн была тенью. А была ли она кем-то вообще? Может она лишь плод больного воображения, которым, несомненно, обладал каждый в этой комнате, да что там, в целом городе. Красным глазам, следящим за ней с другого конца зала она с самого начала казалась миражом. Каин до сих пор не мог объяснить случившиеся с ней, пытался разгадать эту нелепую тайну, но безуспешно. Единственное, что он мог— наблюдать, как человечкская оболочка, безэмоциональная, изредка произносившая слова, перемещалась где-то под боком, как ее аккуратные пальцы листают желтые страницы книги Апокалипсиса и как ее длинные ресницы медленно хлопают друг о друга в приглушенном свету церкви. Она была живой и мертвой одновременно. Вдруг брюнетка поднялась с кресла. Ангел аж встрепенулся от неожиданности, ведь последние десять минут он буквально сверлил ее, неподвижную взглядом. Девушка повела плечами, содрогаясь, и двинулась в сторону кухни, наверное, чтобы заварить чай и наконец согреться, как это сделали остальные члены команды часами ранее. Но стоило сделать пару шагов, и Лэйн тут же упала, выставляя руки вперед, из ее горла вырвался страшный хрип, а из глаз, словно бисером, полились слезы. — Лэйн?! Что с тобой?!— вскрикнула Анна, бросаясь в ее сторону. — Тихо. Стой на месте,— грозно произнес Каин, преграждая путь озабоченной и такой навязчивой соседке. Он сам не понимал, что происходит, но от чего-то чувствовал, что мешать явно не стоит, что-то неотвратимое сейчас должно произойти.  Тем временем девушка скрутилась на полу, подавляя всхлипы рукой. Ее трясло, как в лихорадке.  Ему правда было больно смотреть на это, но ничего сделать не мог, лишь смотреть. Снова. Треск ткани разрезал воцарившуюся на это долгое, бесконечно долгое мгновение тишину, все в напряжении ожидали дальнейшего. Из-под милого розового девичьего свитера в сопровождении громкого, душераздирающего крика вырвалось два больших кроваво-красных крыла. В полутьме сверкнула еще одна пара красных глаз, встречаясь со взглядом испуганных, теперь уже светло-голубых. А затем…Взмах, и Лэйн ускользнула в раскрытую дверь на улицу. Дмитрий не успел и моргнуть, как она уже скрылась в рассветных облаках нежно-желтого неба.  — Черт!— выругался Каин, подрываясь за ней. Он давно не летал так быстро, давно не гнался за тем, кого так трудно было нагнать, особенно последние пару десятков лет. Точка, которой уже стала Лэйн, стремительно удалялась, петляя то вверх, то вниз, и, пролетев с десяток километров, она замерла посреди небосклона, будто устойчиво стояла на этой воздушной перине. Это был шанс достать до нее. Шанс, который нельзя было упустить. Ангел стрелой рассек небо, выжимая из себя всё, что только мог.  И когда она была в считанных секундах от него, девушка камнем вниз устремилась к верхушкам деревьев, прижав крылья к своему маленькому тельцу. Но она все же ждала, когда он подлетит, просто дразнилась. — Долго,— произнесла Лэйн, стоило Каину наконец оказаться рядом. Он молчал. Не знал, что сказать, да и не мог выдавить из себя ни слова. Лицо исказила гримаса удивления?..ужаса? Неважно. Ее это рассмешило. —Ты не скучал? Не уж то забыл обо мне, cecidit ,— лукаво протянула она, касаясь ледяными, по мертвяцки  холодными пальцами его щеки. — Ты..Ты…Не может быть… Мужская ладонь отчаянно вцепилась в хрупкую женскую, вызывая у нее ухмылку. Каин резко притянул ее к себе, кладя руку меж её пушистых крыльев. Он неверяще сжимал ее в своих руках, продолжая судорожно взмахивать своими крыльями, чтобы удержать равновесие. Маленький холодный нос уткнулся в его такую горячую шею, прежде чем ухо обожгло: — Ты пахнешь иначе,— тихо произнесла она, вглядываясь в его лицо, которое сохраняло свое прежнее выражение, стоило ему только пойти на сближение к ней. — Innocentia non est Теперь он не верил и своим ушам. Только она, только его Лэйн разговаривала с ним на латыни. Они любили этот язык… — Дьявол…—прошептал, сжимая ее сильнее, будь она человеком, то он точно сломал бы ей позвоночник. — Почти. Так ты не ответил. Мой милый ангел не ждал меня?— выдохнула прямо в губы, цепляя подбородок острым ноготком. — Et si Satanas Satanan eicit adversus Se Divisus Est,— произнес Каин, глядя в ее большие, такие яркие зеленые глаза. — deinde cum ipse scinditur,— сразу продолжила фразу.  Это она. Это его Лэйн. Не может быть ошибки. Но как? Как!                                     * Какой-то остров, затерянный на Небесах, сегодня стал свидетелем очень личного, интимного. Ангел и демон. Праведный и грешница. Сын престола и дочь Абаддона .  Закон о неприкосновении отменен уже как несколько лет, а потому таков союз не нов, ничем не интересен, если бы не их социальные статусы в укоренившийся сложной и многоструктурной иерархии. Он родился в семье ангелов, чистых и светлых. Она выросла в аду, с рождения водилась с тварями божьими. Ни намека на общность. Абсолютно разные. Абсолютно влюбленные. Обреченные. Долгий рассказ завершился сухим: — Меня отправят на землю. За это нет прощения. — Я не позволю, слышишь? Всё образуется! — Ты ничего не сможешь сделать. Ад не вершит суд на Небесах,— обреченно выдохнул ангел, смотря в бездну под ногами. — Я поклялась на крови. Я не нарушу клятвы,— выпалила она, вскакивая с места. Ее такие красивые зеленые, с красным отливом, глаза заблестели.  «Это слезы? Демоны умеют плакать?» Заметив его внимательный взгляд, она тут же взмыла ввысь, чтобы скрыться, чтобы не понял, насколько решительно настроена. «Очередная истеричная выходка. В этом вся Лэйн»— подумал он, не придавая никакого значения ее спешному уходу. И каково было его удивление, когда оказалось, что она действительно спешила уйти, заметала все следы. Приговор, его приговор был вынесен ей, невинной. Изгнание— вот что получила одна из сильнейших молодых демонесс, защищая ангела, который пал от собственной слабости и соблазна, в то время как она, порочная по рождению, возвысилась в своей добродетели.  Он наблюдал, как его родной отец с упоением вырывает ей крылья, как срезает ее удивительной красоты рога, как клеймит оголенную лопатку, где ее кожа была особенно нежной и чувствительной, тому свидетелем будут все их совместные ночи. А она с эшафота видела, как мать связывает его золотой нитью, как он что-то кричит ей, Лэйн, и это вызывало в ней улыбку. Дьяволица почувствовала облегчение: наконец-то она стала кому-то нужна, смогла спасти, а не угробить, и почему-то после этой мысли захотелось раствориться  в небытие, забыться насовсем…                                      * — Я вижу тьму. Она воооооот здесь,—прошептала она, проводя пальцем по его напряженной и часто вздымающийся груди. Ее звонкий смех накрыл заснеженные шапки хвойных деревьев куполом, распугивая всю оставшуюся  живность. — Эй! Расслабься, я не Шепфа, не мне судить. «Не мне судить»— фраза, вернувшая его в тот злосчастный день, после которого не было у него ни семьи, ни дома, ни возлюбленной.  — Ты умерла в человечком теле, чтобы вновь стать той, кем являешься…Поразительно… — Это всё зов. Ты слышишь его?— произнесла, отлетая от него, оглядывая с ног до головы. — Mors . — Да. Этот запах, он по всюду..Мне нравится,— оскалилась, —Но его голос…Мне нужно вернуться в Ад с ответами. Он ждёт. Брюнетка протянула руку, зазывая последовать за ней. Не раздумывая ни секунды, Каин вложил свою ладонь в ее. Он потерял ее дважды, третьего раза допустить не может, отдал слишком многое, чтобы вновь слышать ее заливистый, несколько зловещий смех, так приятно ласкающий слух. Они летели на перегонки, играючи. Для нее это была чистой воды забава после долгого забвения, а для него — источником жизненной силы.  Красные крылья то и дело пропадали за снежными сопками. Лэйн игралась. Как раньше… — Я скучал,— непроизвольно вырвалось ей в спину, когда та снова ушла вперед. Демонесса резко развернулась. Ее глаза буквально заполыхали огнем, живым огнем. — Кажется, твои друзья хотят помешать мне развлекаться с тобой,— рассеяно заметила она, всматриваясь вдаль. К ним действительно двигались две точки, не так быстро, но всё же.  —Я больше не отпущу тебя, ангелок, я поклялась. Шеренга, выстроенная перед особняком, находилась в напряжении, неведении и просто в страхе. Несмотря на все, происходящее с ними за эти годы после Апокалипсиса, они так и не смогли до конца смириться с всем ужасом, захлестнувшим Землю. А можно ли было когда-нибудь смириться с подобным? Каин смирился, и получил награду( Луки 1:52 : низложил сильных с престолов, и вознес смиренных; Библия, «Новый завет»). Но так ли всё будет просто? О Шепфа, видел бы ты, как страдают твои дети от беспомощности перед роком…Как слабы они без тебя… Хлопок крыльев разнес снег в стороны, создавая небольшой вихрь вокруг той, кто чрезвычайно мягко опустилась на землю перед солдатами, трясущимися то ли от холода, то ли от другого, вполне знакомого и понятного чувства. Красные перья зловеще вытянулись, демонстрируя свою мощь, а затем мягко сложились за спиной, позволяя остальным увидеть ангела, вставшего позади. Даже он выглядел несколько взвинченным и озадаченным, но внутри Каин был рад, чертовски рад, что она вернулась. — Полагаю, мне нужно представиться,— протянула Лэйн, скользя взглядом по напряженным лицам. Все эти люди готовы были броситься на нее по команде Дмитрия, но они всё еще не знали, кто перед ними стоит и какова цена попытки покуситься на нее. Ее глаза задорно блеснули, сложившаяся ситуация приносила некое удовольствие, однако тянуть более не было смысла, нужно идти с козырей. — Лэйнатинн, дочь Аббадона, к вашим услугам,— она отвесила шуточный поклон, и зеленая радужка вновь стала красной. Губы искривились в оскале, когда с десяток выпученных глаз таращились на нее, не проронив ни слова, и лишь Пилеон упал на колени, склоняя голову и шепча: — Госпожа… — Что ты творишь,— вскрикнула Анхея, легонько пиная его. — Хм,— произнесла демонесса, приближаясь к младшему демону. — Занятнооооо, демон лжи,— ее рука вздернула голову парня так резко, что тот успел подумать о смерти, но она не желала убивать. Пока не желала.  Дмитрий навел на нее пистолет, пригрождая Анну и Киру своей спиной, он каждой клеточкой тела чувствовал, исходящую опасность от их криптографа, наверняка уже бывшего.  — Ты серьезно думаешь, что человеческая игрушка, подобная этой, убьет приближенную Сатаны?— насмешливо бросил Каин. — Это невозможно!— возразила «безгрешная» небожительница , выходя вперед. Лэйн скосила взгляд на нее, оторвавшись от демона на пару секунд. Вытянув руку в сторону, она медленно согнула несколько пальцев, расплылась в улыбке, упиваясь громким вскриком, вызванным тем, что Анхея теперь трепыхалась в 5-7 метрах над ними, держась шею. Всего лишь приступ удушья, с кем не бывало? Но ангел чувствовала, как перекатываются пальцы на ее шее, сжимая все сильнее. — Твой отец, он помог мне тогда,— проговорила брюнетка, смотря демону прямо в глаза. Он с каким-то нелепым упоением цеплялся за этот взгляд, проникающий в его самые потаенные воспоминания. — Я не забываю помощи. Растеряв всякий интерес к отряду и Анхее, что все еще висела в воздухе, она выдернула из крыла небольшое перышко, окрашивая то в черный. Проделав еще несколько манипуляций, недоступных ни бессмертным, ни уже тем более смертным, Лэйн опустила перо на раскрытую мужскую ладонь, потрепала демона по голове и поднялась, равняясь с Каином. — С помощью этого ты можешь связаться со мной с любого уголка вселенной, ты поймешь, как использовать его, когда придет время,— снисходительно произнесла демонесса. — Что ты, черт возьми, такое?!..—громко бросил Дмитрий, не сводя с нее глаз. — Да, я почти черт. Вот только мне ничего не стоит убить вас всех прямо сейчас,— она рассмеялась. Смех этот был настолько жуткий, что кровь стыла в жилах, в то время как в ее руках вспыхнуло пламя. — Вам холодно? Хотите я из вашего милого домика сделаю небольшой костер? Согреемся вместе! — Тише,— сказал блондин, немного отдергивая ее. —У нас другая задача. — У кого это у вас? Ты знал?! Знал все с самого начала и молчал?! Да ты..Ты предатель, лжец, какой из тебя ангел!— остервенело завопила Анна, вырываясь из хватки генерала. — Все мы преследуем свои цели, я говорил с самого начала, что ищу ответы на свои вопросы. А сегодня случилось то, что должно было произойти давно,— парень ухмыльнулся, его тоже подпитывали человеческие эмоции, как и рядом стоящую демонессу. — Я не намерена лишать вас жизни, ваш вид и так почти полностью вымер, и это неугодно небесам и аду. Если не будете мешаться, то я даже помогу вам, в противном случае исход событий должен быть ясен,— ее глаза недобро блеснули, а губы обножили ровный ряд белоснежных зубов с ярко выраженными клыками.  — Зачем ты здесь? Что ты ищешь?— сквозь плотно сжатые зубы произнес Дмитрий, хмуря брови и сжимая кулаки до хруста собственных костей. — То же, что и вы. Только меня интересует нечто более масштабное, нежели собственная жизнь. Я уже умирала, это не страшно, жить намного страшнее и больнее, особенно вам, таким слабым и хрупким созданиям,— она усмехнулась, дергая крыльями, от чего-то в области лопаток сильно зудело. — И что ты собираешься искать здесь, в Роткове?— вдруг проявил себя Грег, выходя вперед. — Ты всё еще подозреваешь меня в пропаже своего дружка. Но мне не нужно чертить пентаграммы и проливать кровь монахов,— Лэйн склонила голову набок, рассматривая его,— Я могу схлопнуть, сжечь, поглотить любого человека бесследно. Думаешь, я бы хотела, чтобы кучка людей с какой-то базы невесть где нашли меня и путались под ногами? Глупый…Глупый человек. Мне ни одна тысяча лет, я ни за что не раскрою свои планы и умыслы простым смертным. — Твои крылья чернеют,—прошептал Каин, чтобы услышала только она. Это значило, что тьма брала верх над ней, и после стольких лет спячки не подчиниться ей было глупо. Упасть в омут порока хотелось, хотелось потонуть в сладострастных грехах здесь и сейчас.   ^— Отец желал мне смерти, посчитал недостойной, хотя в его глазах я являлась таковой ещё с детства. При нашей первой встрече ты тоже назвал меня странной для демона, мой рассудок слишком холоден, а сама я черства, прямо как ангелы. У вас это происходит от истощения ресурса эмпатии, я же родилась с этой пустотой, лишь иногда проявляла агрессию и силу. Папа считал, что Люцифер — мой единоверный шанс удержаться в иерархии Ада, хотя мои заслуги перед домом велики: я участвовала в сражениях ещё при старом Сатане, помогала свергнуть узурпатора и занять пост тому, кому он принадлежит по праву.  Я стала его нареченной, помогала править, но вдруг мне повстречался ты, и всё круто изменилось,— ее губы тронула мягкая улыбка, тонкие пальцы скользнули по точеному, бесстрастному лицу ангела. — Ведь знаешь же, я не жалею о том, что сделала. Сделала бы то же самое тысячу раз. Даже если бы не Люцифер, я была бы рада оказаться в Небытие. Всяко лучше, чем быть на побегушках в столице. — Ты не сможешь жить без Ада,— сухо констатировал Каин, переваривая всё то, что она сказала, и от этого где-то в области грудиной клетки опять зассаднило, но ей не стоит знать об этом. — Да. Мне нужно пополнять энергию, да и на Небесах я не смогла бы жить. Без обид, но ангелы—суки, мне пришлось бы развязать новую войну уже в Цитадели. — Одна Анхея чего стоит. Но в любом случае я рад, что ты здесь, со мной,— произнес блондин, касаясь кончиками пальцев ее щеки. —Всё понемногу начинает обретать смысл… Лэйн прильнула к его руке словно кошка, а потом упала в его объятия, кладя голову на медленно вздымающуюся грудь. Каин был островком спокойствия, но при этом она знала, какой вихрь запрятан у него глубоко внутри. О..как она любила выводить его из себя, обнажая всё демоническое в себе.  — Полетишь со мной? Я создам воронку,—тихо шепнула она, ковыряя ноготком нашивку символа базы на его водолазке. — Ангелам не место в преисподней. Тем более не хочу светиться раньше времени. Моя метка привлечет внимание. — Ты прав, ангелы в Аду до сих пор странное явление. Но ты не был в самом пекле! Обязательно покажу тебе катакомбы,— воодушевленно протянула девушка, высвобождаясь из хватки. — Но мне нужно полететь. Этот шепот…Он сводит с ума. Мне нужно разобраться с ним.  — Ты изменишь облик? Или как ты планируешь заявиться в Пандемониум (столица Ада в поэме Джона Мильтона «Потерянный Рай»)? Не думаю, что прошлые порядки к незваным гостям изменились,— задумчиво проговорил ангел, разглядывая профиль демонессы. — Я связалась с Люци,— Лэйн проследила за сменой эмоций на лице блондина. Несмотря на напускное безразличие, его глаза вспыхнули, а губы плотно сжались: прошлое возлюбленной до сих пор выводило его из себя. — Он должен помочь. — Напомни, как ты это делаешь?— резко выпалил Каин. — Делаю что? — Связываешься с ним, чувствуешь до сих пор. Всё вот это,— раздраженно перечислил. — Мы отмечены ритуалом. К тому же, мы демоны по рождению, у нас один отец— Отец лжи,— красные перья в нетерпении дрогнули. Ей хотелось вернуться домой, хотелось встретить прежнюю, утерянную жизнь в Аду. — Я найду способ избавить тебя от этого,—процедил Каин, разворачиваясь на пятках. — Не сможешь. На такое способен только амуровец, совершивший обряд связки, однако наш милый старичок умер на следующий год после церемонии наречения. Может если Люцифер решит жениться, то наша связь ослабнет, но теперь я чувствую его, могу даже видеть его глазами,— девушка прикрыла веки, позволяя чувствам и ощущениям взять над ней верх. Она сконцентрировалась на образе сатаны, и перед глазами возникла картина: Демон, чьего лица не было видно, однако его расшитая мантия, грузные и сильные крылья, отбрасывающие большую тень, говорили за своего хозяина громче его имени. Лэйн не сомневалась, она наблюдает за властителем Ада со спины. Впереди, перед троном, сотканным из десятка сотен черепов, мельтешили слуги, низшие демоны, суетливо и раболепно кланяясь. Брюнетка постаралась сконцентрироваться на звуках, разобрать разговор, сильнее жмуря глаза, буквально сотрясаясь от напряжения. Каин озадачено, но при этом заинтересовано наблюдал за тем, как менялось её лицо: длинные ресницы подрагивали, кулаки крепко сжимались, аккуратные брови домиком сводились к переносице. Ему отчего-то вспомнился тот день, то роковое число, навсегда выпавшее из календаря, убившее в ангеле всё, что до этого было ценно, а сам он хотел убить всех вокруг, позволить миру сгореть дотла. Ангел помнил, как отчаянно Люцифер сжимал его Лэйн в объятиях, как силился не пускать её на плаху, в то время как сам небожитель был связан собственной матерью, а от того и беспомощен. Хватка за крылья, громкий, отражающийся от черепной коробки крик, и водоворот, унесший её тело и душу в мир смертных, меняя расстановку фигур на шахматной доске.  Преследование, признание и собственное изгнание он мог пересказать в мельчайших деталях, клеймо предателя останется с ним до конца. — Мне нужна кровь,— произнесла дьяволица, вырывая его из пучины размышлений. Ее глаза вспыхнули красным, крылья растянулись и снова прилипли к спине. — Я…Я теряю контроль. —Глядя на тебя, я тоже с трудом сдерживаюсь,— ухмыльнулся Каин, притягивая её к себе вновь.  Возьми…Возьми…Услада— не порок….Грехом проложишь путь к дому…Принеси хаос, разрушь!