Глава 2. Она

6:45, будильник. Мягким движением правой руки, в которой по привычке во сне была зажата палочка, Гермиона переключила резкую трель на легкий джаз. Утреннее солнце мягкими лучами ласкало ее веки, зазывая поскорее начать последний рабочий день на этой неделе. Гермиона неспеша поднялась с кровати и подошла к широкому окну, откуда ей открылся вид на Сейнт Панкрас Гарденс. Нарисовав пару рун в воздухе и сладко зевнув, она поймала в воздухе уже готовый кофе и сделала первый глоток. В детстве она не понимала, как ее мама могла обходиться вместо завтрака одной лишь чашкой горячего (и горького, это же не какао все-таки) напитка, но сейчас это единственное, чего она хотела с утра перед работой – встать около окна, попить американо с карамельным сиропом, посмотреть, как сосед снизу выгуливает свою собаку, а пожилая соседка напротив спешит (в своем темпе) к подружкам обсудить вчерашние новости. Гермионе очень нравились ее новые апарты. После победы над Волан-де-Мортом Министерство Магии из кожи вон лезло, чтобы замять свое отсутствие в этой войне, поэтому каждый из золотого трио получил по квартире, приятному денежному бонусу и еще паре подарков. Гарри фыркал и раздувался, как шар, говоря, как его злят эти подачки. Рон с восторгом выбирал самые дорогие апарты в самой дорогой локации Лондона, не забыв при этом полностью сменить гардероб и купить «Молнию», как у его друга. Гермиона же выбрала милую студию с видом на парк в ее любимом районе города. Помимо этого, каждому из товарищей было обещано место в Аврорате по окончанию седьмого курса Хогвартса вне зависимости от результатов ЖАБА. Но, очевидно, что ребятам настолько осточертело спасание этого мира, что Гарри и Рон выбрали карьеру игроков в квиддич, а Гермиона решила приносить пользу обществу вдали от военных действий. Никаких осуждений. Каждого из них можно было понять. К тому же, спасать, как казалось, особо не от чего: остатки Пожирателей смерти были разбросаны по всей Великобритании, но они успешно ловились аврорами и отправлялись в Азкабан. Наступил долгожданный мир, и самым главным для каждого из героев было возвращение в тихую спокойную жизнь, оставив призраки прошлого… в прошлом. Гермиона вышла на Гранари-стрит и, зайдя за угол, незаметно трансгрессировала к основному входу в здание Министерства магии.

***

Гермиона всматривалась в красный мерцающий туман, исходящий от ее котла. Рябиновый отвар, который она готовила уже на протяжении всей недели, получился отменного качества. Гермиона отлевитировала часть отвара в небольшую грушевидную колбу, которую поставила на небольшой нагрев. Параллельно с этим в соседнем сосуде уже подогревался Напиток живой смерти, пары от которого Гермиона направляла напрямую в вытяжку, дабы не уснуть на рабочем месте. Она хотела получить сухой остаток веществ, разложить на составляющие и попытаться усилить основные «работающие» компоненты Рябинового отвара, чтобы он работал не только как антидот Напитку, но и мог спасти от смерти при употреблении неправильно сваренного усыпляющего зелья.  Задача предстояла не из легких, и девушка была максимально вовлечена в процесс. Взгляд Гермионы метался от колбы к колбе, губы были слегка сжаты в напряжении, а кудрявая грива словно сама была под напряжением. Нахмурившись, она прошептала: - Мне срочно нужен катализатор. Выключив горелки, Гермиона вышла из лаборатории и направилась в сторону отдела изучения маггловских изобретений. Пока Грейнджер шла мимо других кабинетов, ей то и дело приходилось здороваться и улыбаться идущим ей навстречу магам – несмотря на то, что война была закончена целых два года назад, люди все еще уделяли внимание ее героям и хотели хоть как-то выразить свою благодарность. В первый день работы до своего стола она дошла только через три часа после того, как вошла в здание: ее окружили сотрудники Министерства и наперебой начали знакомиться, хвалить и приободрять юную волшебницу. Одна женщина умудрилась всучить ей в качестве подарка коробку овсяного печенья с изюмом, а две другие крайне настойчиво хотели узнать ее адрес, чтобы совой отправить фотографии своих сыновей для знакомства. И цветы, много-много цветов. Такое внимание смутило юную волшебницу, и она постаралась как можно быстрее ретироваться в свой отдел. Сегодня же, срезая путь до нужного ей отдела с недюжинной скоростью, Гермиона резко почувствовала затылком чей-то холодный взгляд. Повернувшись по наводкам своего шестого чувства, она увидела Драко Малфоя. Ну, разумеется. Когда же он смотрел на нее как-то по-другому? Слизеринский гад как-то получил должность в Аврорате, Гермиона читала об этом в газете. Что ж, держаться от него подальше в здании Министерства будет гораздо легче, нежели в школьном замке. «Сколько раз нужно спасти твою зеленую задницу, чтобы ты начал смотреть на меня с уважением, как на равного?» С упавшим на пару пунктов настроением, Грейнджер добралась до заветного кабинета химии и химических технологий. Поздоровавшись с лаборантами, девушка направилась прямиком к стеллажам с реактивами. - Мисс? Гермиона обернулась и увидела пожилого низкорослого мужчину в круглых очках с толстыми линзами. Гермиона не сдержала улыбки, заприметив оправу – наверное, так бы выглядел Гарри, если бы прожил лет 100, большую часть времени отработав в библиотеке. - Добрый день. Меня зовут Гермиона Грейнджер, я младший сотрудник Отдела разработок. Я ищу катализатор для своих испытаний, и мне нужны платина или палладий. Вы мне не поможете? - Кристофер Уолсторф, рад познакомиться. Я предполагаю, вы ищете катализатор для органических соединений? Какую задачу он должен выполнить? – уточнил пожилой человек, попутно начиная перебирать стеклянные коробочки на полке. - Дегидратация, сэр. Мужчина резко завершил разбор стеклянок и направился к другому концу стеллажа. - Платина и палладий являются катализаторами для дегидрирования, мисс Грейнджер, - мягко поправил ее мистер Уолсторф. – Дегидратация же ускоряется при помощи серной кислоты, если мы говорим про жидкую фазу. Вы же работаете с зельем, все верно? - Да, все верно. – слегка смутившись, ответила Гермиона. Глупая, как она могла допустить такую ошибку? - Держите, милая. Не забывайте держать температуру горелки в пределах от 100 до 160 градусов, - протянув запечатанную колбу, с теплой улыбкой обратился к девушке мистер Уолсторф. – И не переживайте, ошибки в названии химических процессов свойственны людям, которые никогда не работали с маггловскими естесственными науками. Слабо кивнув и попрощавшись, Гермиона забрала колбу и направилась к себе. На пути к своему кабинету в мыслях у нее вертелось лишь необходимость найти учебники по химии и проштудировать их все на ближайших выходных. Боже, как многого она еще не знает!..