Грозное оружие

Вскоре после этого погода улучшилась, колготки пришлось забыть до осени, и школьницы (те, которые отдавали предпочтение юбкам и платьям, а таких было довольно много) начали светить голыми ногами. Самые «модные» могли надеть сеточки, Роза, одноклассница Максима и Насти с претензиями, вообще ходила в сеточках почти телесного цвета с крупной сеткой. Сняла колготки и Настя. Она один раз надела платье, но потом весь день боялась, что Максим, нахал, доберётся до уже ничем не прикрытых под подолом трусиков – она бы точно сгорела со стыда прямо при всём классе... А после «свидания» у лестницы на крышу Максим не отказался от желания лапать соседку по парте. На следующий день, когда он начал поглаживать её бедро через джинсы (девочка решительно перешла на брюки), она сделала страшные глаза и шепнула ему, что Глеб Борисович его заметил. На один день это остановило Макса, и Настя почувствовала облегчение. Но, конечно, не надолго. На следующий день Макс снова стал прикасаться к ногам Насти, сначала осторожно, как в первый раз, а затем – всё решительней, хотя толстые джинсы наверняка лишали его самого яркого удовольствия. Видимо, по этой причине тот к четвёртому уроку (не с Глебом!) нахальным движением чуть раздвинул ноги соседки и полез гладить внутреннюю поверхность джинсового бедра. Когда его пальцы стали подбираться к ещё более плотной джинсовой промежности, Настя собралась, вдруг взяла его руку, поднесла к лицу... Макс следил за ней с полным удивлением на лице... И куснула. Он аж прыснул и быстро убрал руку, пока никто не увидел. Как и предвидела девочка, скоро его рука снова оказалась там же, на её бедре, быстро двигаясь внутрь на быстрый путь к промежности. Тогда она наклонилась к нему и быстро укусила его за мочку уха, наверное, уже более ощутимо. Макс поморщился. В тот день он уже не приставал к девочке, и Настя радовалась, что одержала победу и поставила вредного парня «на место». На следующий день вроде как стало немного скучно. Но конец учебного года приближался семимильными шагами, всё и вся отвлекало, надо было учиться... Три дня прошли в учебной лихорадке, Настя уставала. После уроков пошёл дождь, а у неё с собой не было зонтика. Она осталась в классе, сняла очки и стала у окна. Без очков мокрый мир за окном вообще размылся, стал похож на одну огромную каплю, в которой плавали стационарные призраки каких-то зданий, подвижные призраки прохожих. Было забавно. Такая медитация очистила Настино сознание, дала возможность дышать глубже. Словно в этой капле плавала сама свобода. Вдыхая влажный воздух и ни о чём не думая, Настя не услышала, как за её спиной открылась дверь. Послышались негромкие шаги. Вскоре вошедший уже стоял прямо позади девушки. - Я таки заметил, что среди вышедших из кабинета тебя не было, - раздался из-за спины голос Глеба Борисовича, врываясь в чистое сознание школьницы. Настя вздрогнула и начала оборачиваться – медленно, так как в последние пятнадцать минут времени в её мире не было. Полностью обернуться ей не дали. Крепкие мужские руки обхватили её туловище, быстрое движение таза прижало её тело к подоконнику, лишая возможности вывернуться. Одна рука начала нащупывать холмики грудей под блузкой, другая сразу поползла по джинсам вниз, к паху. Настя негромко вскрикнула, и первая рука, забыв о грудях, быстро и плотно закрыла ей рот. Девочка механически дёрнулась, но учитель налёг на неё ещё сильнее. Вторая рука проскользнула между ног. Настя предполагала, что с соседа хватит пары укусов, но учитель вряд ли так просто остановится. Мужчины уже не стесняются своих развращённых мыслей, как мальчики-подростки. Поэтому на тот случай, если Макс разбушуется или ГБ вот так к ней подкрадётся, она держала в кармане в чехле, чтобы не кололся, старый циркуль без карандаша. Давление его тела привело её в себя, вырвало из мечтательного состояния, и она быстро сунула руку в карман брюк. Неудобно было таскать его там, зато вот, пригодился! Достав небольшой стальной циркуль, она ткнула им в наглую руку. Глеб Борисович вскрикнул и тут же выпустил её, явно не ожидая ничего подобного. Настя уже спокойно развернулась к нему и, показывая школьную принадлежность, проговорила: - Вот, Глеб Борисович, специально ношу. Чтобы девочек уважали! Обжёгши её сердитым взглядом, мужчина повернулся и быстро вышел из кабинета, зажимая пораненную руку другой. Девушка подобрала свои очки, пристроила их на носу. О, кажется, и дождь, наконец, закончился. Сегодня явно был её день. Приятно, когда всё идёт так, как ты загадал...