Глава 2: Месяц первый

БАФФИ:   Мы никому не сказали, что пытаемся завести ребенка. Скажем, когда появятся новости. Я думаю о том, как все отреагируют, когда узнают. Уиллоу будет в восторге, даже на седьмом небе от счастья, ну, после того, как преодолеет стадию «Ты потеряла рассудок». Ксандер немедленно перейдёт в режим опекуна-защитника, и не видать мне от него ни минуты покоя. А Джайлс, ну, боюсь, Джайлс будет в панике, переживая - как же мне патрулировать, если я беременна.   Я отбрасываю мысли о Джайлсе. Не хочу думать о Джайлсе, когда мы с Ангелом занимаемся любовью.   Я не могу не задаться вопросом, будет ли это он - тот самый раз, который приведёт к беременности. В прошлом месяце её не случилось, и я была разочарована, вместо положительного теста на беременность получив менструацию. Но Ангел просто улыбнулся и сказал: «Не волнуйся. Это произойдёт. Возможно, в следующем месяце».   Возможно, в следующем месяце.   Сейчас следующий месяц, и мне в голову приходит мысль. Возможно, я уже беременна. Я могу быть беременна прямо сейчас и даже не знать об этом! Ещё слишком рано делать тест, но, может, через неделю или две мы узнаем наверняка, так или иначе.   Потом я лежу в объятьях Ангела и почти засыпаю, совершенно измотанная. Ангел притягивает меня ближе, и я чувствую, как его губы скользят по моей шее, прямо через шрам. Затем он шепчет мне на ухо:   - У нас скоро будет ребёнок.   Я улыбаюсь. Я думаю, он прав.   АНГЕЛ:   Я стою у окна спальни и наблюдаю, как оживают окрестности. Баффи захотела вернуться домой на Ревелло Драйв. Она жалуется, что мой особняк не приспособлен для девушек, и полагаю, тут она права. В любом случае это неважно. Я теперь человек. Мне больше не нужно жить в тени, хотя большую часть времени я по-прежнему провожу в темноте. Снаружи яркое солнечное утро, и кажется, все уже встали, кроме нас, конечно. Мы с Баффи любим спать допоздна. Иногда нам даже просто на одевание требуется несколько часов. Мы не ленивы. Мы работаем по ночам, поэтому имеем право на поздний подъём.   Я смотрю на неё и улыбаюсь. Она снова спит, без сомнения, утомлённая нашими раннеутренними занятиями любовью. Однако спит она с улыбкой на лице, и я знаю, что она счастлива. Я всегда знал, что она этого захочет. Я знал, что когда-нибудь она захочет жизнь вне темноты, наполненную любовью и детьми. Это то, что я всегда хотел дать ей: чувство нормальности в её жизни, которая совсем не нормальна. Я думал, что никогда не сумею дать ей подобного, поэтому оттолкнул её. Я никогда не думал, что всё сложится так, как сложилось, и что я действительно смогу разделить с ней жизнь.   Я подхожу к кровати и снова залезаю под одеяло. Я тянусь к Баффи и чувствую, как её тело слегка придвигается ко мне. Она всё ещё спит, но каким-то образом знает, что я рядом. Она лежит спиной ко мне, я кладу руку ей на талию и ощупываю живот. Я представляю, как её живот становится больше из-за нашего ребёнка. У меня ощущение, будто он уже растёт внутри нее. Теперь я мысленно вижу нашего ребенка - живое доказательство того, что мы с Баффи любим друг друга.