[Больно, очень больно]

— Н-нет, отец... — говорит ангел, смотря на Бога. Тот смотрит с разочарованием на своё дитя, а внутри дитя что-то ломается, заставляя в ужасе и отчаянии не сводить с Бога своих прекрасных глаз, наполняемых слезами. — Нет, отец! — кричит ангел, — Пожалуйста, дай мне ещё один шанс! — тот падает на колени, складывая руки в молящем знаке, и плачет. Но его не слушают. Облака под ногами расступаются, образуя под херувимом дыру, в которую он падает. — Нет! Пожалуйста! — херувим с криками и мольбами падает с небес. Крылья вспыхивают огнём, причиняя неимоверную боль. Ангел только громче кричит, шире распахивая, наполненные ужасом глаза, и срывая голос.       Он не понимает, как так произошло? Где он ошибся? Что он сделал не так? Почему от него отказался отец? Почему его выкинули с небес? Чем он заслужил такую боль? Что его ждёт впереди?       Мыслей и вопросов становится всё больше и больше, а его некогда две пары мощных, больших крыльев, начинают чернеть. Уши закладывает ветер, глаза застилают слёзы, а сердце наполняет ненависть.       Херувиму казалось, что он падает так уже несколько часов. Несколько мучительных и медленно идущих часов. Но на самом деле прошло не более десяти минут. Ему кажется, что он сейчас отрубится, не выдержит всю эту боль и умрёт. Но он не теряет сознание. Он чувствует всю ту боль. Чувствует, как огонь съедает крылья, окрашивая перья в чёрный. Чувствует боль в сердце, которая вместе с пожирающим его крылья огнём, отдаёт жаром по всему телу.       С каждой секундой становится всё жарче, а боль в крыльях отступает.       Облака уже очень далеко, их уже почти не видно.       Когда он мешком приземляется на горячую землю, слёз уже нет — они высохли; крылья не горели, но были полностью чёрными и не пригодными для полётов; а сердце переполнялось ненавистью. Ненавистью, растекающейся по всему телу вместо крови. Вместо любви к Создателю.       Он лежит неподвижно. В воздухе вокруг него витают пыль и пепел, оседая на испорченного ангела. Некогда чистый и невинный мозг переполняют греховные мысли, заставляющие не обращать внимания на окружение.       Раздаётся тихий смех.       Даниил узнаёт его.       Даниил резко открывает глаза и поворачивает голову в право, впиваясь взглядом в источник звука. — Какого падать с небес, Даниил? — спрашивает бывший архангел, растягивая гласные в чужом имени, и хищно и довольно улыбаясь в чуть ли не во все тридцать два зуба. Он смотрит на уже не ангела с усмешкой, счастьем и садистическим удовольствием. Он так долго ждал, когда Бог кого-то ещё выкинет как мусор, ломая нежное и чистое сердце. — Больно, — тихо отвечают тому хриплым и севшим голосом, — очень больно.