Часть 4

Пока тут и там летали заклинания, Гарри с Гермионой только отбивались и искали Малфоя. И его они, конечно же, нашли. Он прятался в спальне, а Живоглот, запертый в клетке, стоявшей на прикроватной тумбочке, шипел и демонстративно смотрел в сторону, отчего Гарри насторожился и направил туда палочку. — Глотик! — обрадовалась Гермиона и поспешила его освободить. В то же мгновение из-под кровати выскочил Малфой и попытался напасть на неё, но ему в бок попало оглушающее заклятие. — О нет… — охнула Гермиона, рассмотрев на руке лежащего неприятеля знак Пожирателя смерти. — А я тебе говорил, — сердито заметил Гарри и взмахнул палочкой ещё раз, отчего на полу стал лежать уже белоснежный хорёк. Они выбрались из спальни мальчиков, как раз когда в подземелье подоспел профессор Снейп. — Что здесь ещё происходит?! Кто всё это устроил?! Немедленно прекратить! Его восклицания в таком шуме не были услышаны, он попытался обезоружить толпу, но ворвался в самую гущу событий и разъярённые ученики, способные лишь размахивать палочками и осыпать противников заклинаниями, не поняли, кто перед ними. Снейп в мгновение ока был обезоружен и упал на обе лопатки. Некоторые вроде Симуса и Дина с криками «Парни, держитесь!» даже наступили на него, спеша выручить Невилла и Рона, прижатых атаками пяти слизеринцев к стене. В общей суматохе Гарри проложил путь к выходу, оглушив и раскидав по сторонам нескольких противников, и выпроводил Гермиону с котом и хорьком в руках из подземелья. — А ты?! — взволнованно спросила она. — Уходи, я догоню! — бросил он и побежал на помощь сокурсникам, на которых обрушились ещё большие силы противника в лице Крэбба, Нотта и Гойла. Потасовка, от которой по всему подземелью разносился грохот, явно достигший верхних этажей, прекратилась совершенно внезапно. В подземелье вдруг раздался раскат грома, огонь в камине и факелы погасли, ненадолго сделалось совершенно темно. — ЧТО ЭТО ЕЩЁ ТАКОЕ?! Как только гостиную озарил яркий свет, исходивший от искусно сделанного полумесяца, парящего под потолком, у выхода показалась рассерженная профессор МакГонагалл. За её спиной стояли директор Дамблдор и профессор Слизнорт. — Я вас спрашиваю, что происходит и кто всё это устроил! — повторила МакГонагалл. Теперь, когда никто не думал размахивать палочкой, все недоумённо посматривали на то, что осталось от гостиной Слизерина. Повсюду валялись клочки пергаментов, зелёные обрывки штор и герба, перевёрнутые столы, кресла и диваны, использованные в качестве средств обороны, выглядели устрашающе чёрными, в воздухе витала пыль и перья, вылетевшие из развороченных диванных подушек. Ученики дружно переглянулись между собой, но их мысли нарушил директор. — Северус, как же это так? — вопросил он, разглядев среди оглушённых учеников нескладную фигуру профессора Снейпа, и одним взмахом снял все заклятия. Однако профессор так и не смог ничего ответить, поскольку многочисленные серые следы от ботинок на его тёмной мантии говорили, что его очень хорошо потоптали, а глаза и вовсе казались остекленевшими. — Гораций, будьте так любезны, временно принять на себя обязанности декана Слизерина. Северусу и некоторым ученикам необходима помощь Поппи. — Как пожелаете, дорогой Альбус, — откликнулся тот, пронаблюдав, как директор погрузил несколько десятков учеников и профессора Снейпа на носилки и вместе со всей этой воздушной флотилией отправился прочь. — Минерва, полагаюсь на вас, — донёсся голос Дамблдора из коридора. — Итак, я жду, — помолчав, напомнила о себе профессор МакГонагалл. — Кто всё это устроил? Советую признаться сейчас, иначе наказаны будут все! Слизеринцы не заставили себя долго ждать и сразу же принялись вскидывать пальцы в сторону противников. — Это всё они! Они на нас напали! Но гриффиндорцы не стали им уступать. — Это всё они! Они пытаются опозорить и уничтожить нашу команду! — Неправда, это они бешеные! Они сегодня на игре нарушали правила! Поттер чуть не сожрал мётлы наших игроков! — Это всё клевета! Они шантажом и угрозами пытаются нас запугать! Метлу Поттера чуть не испортили! Да они только и могут… Из-за гомона профессору МакГонагалл пришлось снова сотрясти гостиную раскатом грома, что вызвало тишину. Гарри, ощущавший на себе множество взглядов, хотел было выступить вперёд, но Рон дёрнул его за плечо обратно. — Ты что, совсем дурак? — шёпотом возмутился он. — Ты же капитан команды! Если тебя отстранят, нам всем тогда крышка. Непонятно, чем бы сами по себе закончились споры, но в дело вмешался профессор Слизнорт, которому явно не хотелось на вечер глядя терять драгоценное время, кое можно было посвятить совершенно другим и более приятным занятиям. — Минерва, я думаю, здесь имело место быть обычное недопонимание… — мягко заговорил он, — матч не так давно завершился, понятно, что не все довольны его результатом… Тихо-тихо, мои дорогие, я понимаю, как вы все возмущены, — попросил он, показав ученикам свои раскрытые ладони, точно добрый отец, усмирявший непослушных детей, — в порыве крайнего возбуждения или злости чего только не скажешь… Дорогая моя, неужели мы станем вникать в каждое изречение и не сможем мирно решить этот вопрос? — Что же вы тогда предлагаете, Гораций? — не поняла МакГонагалл. — Сделать вид, что ничего не произошло? — Да ну что вы, дорогая, я предлагаю назначить совместные исправительные работы и тем самым укрепить межфакультетские отношения. Давайте не будем искать крайних и ещё больше ожесточать наших дорогих учеников. Все и так очень устали, зачем же обострять ситуацию? В конечном итоге гриффиндорцам было велено вернуться в башню. Профессор МакГонагалл пообещала, что до Рождества все участники потасовки будут задействованы в уборке территории парами, по одному гриффиндорцу и слизеринцу: подметать дворы, мыть полы или убирать снег. Если эти пары опять вздумают нарушать порядок, то будут работать вместе до конца учебного года. Гарри шёл со всеми по коридору и лестнице, но не видел, чтобы хоть кто-то был недоволен наказанием. Наоборот, некоторые даже улыбались. — Надрали зад этим змеям! — радовался Симус с синяком под глазом. — Так им и надо, гадам ползучим! Не будут больше покушаться на нашу команду! — Бон-Бон, ты у меня такой храбрый! — восхищалась у портрета Полной дамы Лаванда, и они с Роном опять стали самозабвенно целоваться в стороне. Гарри же вернулся в общую гостиную и отыскал Гермиону в кресле. Она гладила Живоглота, сидящего на коленках, но, как только увидела друга, выпустила того из рук и поспешила навстречу. Гарри снова оказался в её крепких объятиях и сомкнул руки на девичьей талии. Его хвостик, как обычно случалось в такие моменты, пришёл в движение, а сердце забилось быстрее. Впрочем, едва он расслабился, как приятные минуты были завершены. — Как всё прошло? Они недолго поговорили с подругой, и он увидел картонную коробку у кресла, в которой, судя по звукам, металось некое животное. — Ну что, подержим его пару дней в качестве профилактики или сразу же отдадим профессору Дамблдору? — деловито спросила Гермиона. Гарри, убеждённый за долгие и долгие месяцы, что всё равно не будет услышан и воспринят всерьёз, отмел эту идею. — Нет, это нам ничем не поможет. Теперь ты, надеюсь, веришь, что Драко что-то замышляет? Гермиона больше не возражала и закивала головой. — Тогда лучше сделаем так…