Глава 24 Просто блеск

-Удивительно, что старый лис опомнился так поздно, - задумчиво произнес Том, напряженно сводя брови. Волан-де-Морт, сидя в своей же темнице, не мог ничего сделать, никак не мог повлиять на ход событий. Хуже того, этот осколок души никоем образом не может связаться с живым телом, которое сейчас, черт знает, чем занимается, пока его родную кровь вызывает на допрос старый хрыч! Разумеется, Дамблдор догадался о том, кто является отцом Виросы (она же просто его маленькая копия - такая же красавица и умница). Странно то, что самопровозглашенный директор не занялся вербовкой слизеринки раньше. “Похоже, что дела идут не так гладко, как тебе хочется, да?” - скрипнув зубами, быстро размышлял Том. - “Нашлись задачки поважнее дочери Волан-де-Морта?” В любом случае, на руку играло то, что Виросочка не знает, что заклятый враг ее директора - это Темный Лорд, который по совместительству еще и ее папа. Против же работали их постоянные встречи в Крестраже! Дамблдор первым делом попытается залезть девочке в голову. Это он любит. Хоть ментальная защита дочери была не такой уж и слабой, против сильного мага она не поможет. Первым делом нужно обезопасить самого себя, обучив Виросу настоящим чарам, а не этой глупости, которую под силу обойти даже маленькой части его душонки, многие годы заключенной в диадеме. Ни в коем-случае нельзя допустить того, чтобы старик узнал о тиаре! -Перед тем, как идти на эту встречу, используй новые щитовые заклинания, - с выдохом произнес Том. - Дамблдор сильный легилимент, он пройдет твои нынешние ментальные барьеры, даже не заметишь. -Я слышала об этом, но я не знаю чар сильнее моих, - девушка смущенно пожала плечами, но глаз не отвела, желая получить новую порцию знаний. Тому нравилось наблюдать за ее реакцией, узнавать девушку лучше, запоминая и знакомясь со своей доченькой. И этот жест плечами он видел уже много раз. Вироса-де-Кута хотела быть в его глазах самой лучшей, держаться наравне со знаниями отца, имея возможность высказывать свое мнение о той или иной магии. Он сдерживал улыбку, когда замечал, как дочка прикусывает нижнюю губу, признавая пробелы в своих знаниях. Реддлу нравилось, как ярко вспыхивали ее глаза, стоило начать новую лекцию, а что уж говорить об энтузиазме, который просыпался вовремя его учений новым заклинаниям. В летнем лесу, наконец-то, становилось тепло. Всякий раз, возвращаясь в диадему, девушка грела его своей собственной душой, позволяя ощутить себя.. настоящим родителем, который потерял года, но получил шанс наверстать упущенное. Ее темные радужки сверкнули, а уголки губ поползли вверх, стоило Тому начать новый урок - по легилименции. Он демонстрировал движение палочки своей ладонью, переходя на детальное объяснение работы щитовой магии без помощи волшебного древка, а затем подробно рассказал, как расставить невидимый купол вокруг головы без использования колдовских слов и жестов. Под конец встречи Вироса-де-Кута радостно поблагодарила отца, покидая магический лес. Том тяжело выдохнул, опять оставаясь в одиночестве. Он потоптался на одном месте, кусая щеки изнутри. Жаль было, что он не сможет понаблюдать за пробами и ошибками дочери, когда она будет тренировать новую для нее магию. -Как же надоело здесь сидеть, - буркнул Реддл, проводя ладонью по густым темным волосам. *** С последний встречи с папой прошла неделя. Новые защитные чары оказались на редкость сложными, требующими целую тонну концентрации и миллион попыток. Конечно, любая магия требует практики и железного терпения, в частности, сложное волшебство, которое является поддерживающими чарами, добавляющими магу различные характеристики. Лучшими ведьмами и колдунами являются совсем не те, кто знает огромное количество проклятий, а те, кто умеет грамотно их применять. Одно дело, бросить в кого-то ударное заклинание, и совсем другое, поддерживать себя во время затяжного магического боя. Здесь потребуется равномерно вливать магию в палочку, в голову, в ноги и руки, все время держать поднятыми щиты и концентрировать боевую силу, умея грамотно и быстро ее перераспределить. Что же касается легилименции - это процесс ежесекундный. Как только маг обучается защите мыслей, он должен делать это на постоянной основе, даже во сне. Вироса-де-Кута с самого детства имела практику в щитовых барьерах, скрывая свой мозг от посторонних людей. Поэтому держать защиту своей головы давно стало элементарным, постоянным и простым - так же, как дышать. Однако новые отцовские чары заставили ее попотеть, словно она не просто накрывала голову куполом, а выстраивала гигантский замок с кучей переходов, лестниц и потайных дверей. Хогвартс в миниатюре - не иначе. Создать такое сооружение - пол беды, следом нужно научиться его подпитывать магией, чтобы все это сложное сплетение не рухнуло. Эти щиты требовали в разы больше энергии, чем те, что до этого использовала девушка. Неужели профессор Дамблдор настолько могущественный, что от него нужно закрываться такой непробиваемой железной стеной? Но спорить с отцом девушка и не думала, хотя бы потому, что диадема-Крестраж теперь и ее ответственность тоже. Что будет, если директор выяснит правду об артефакте? Оставит ли он папу в покое или отберет у девушки последнюю драгоценность, связанную с семьей? Проверять этого не хотелось, поэтому Вироса-де-Кута усердно работала над задачей папы. Когда же чары, все таки, легли как надо, и юная волшебница приноровилась носить новую броню, перераспределяя магию внутри себя, она решилась на встречу с Альбусом Дамблдором, отправляясь в путешествие по коридорам замка, уверенно выпрямив спину. Время в школе после ужина - самое спокойное. Большинство учеников отсиживались в своих гостиных, делая домашние задания или в библиотеке (кроме тех, кто решил учиться магии у Гарри Поттера в Выручай-Комнате). Наверное, именно поэтому Вироса-де-Кута и обратила внимание на когтевранку с рыже-русыми волосами, которая неуверенно мялась около кабинета розовой дамы. Было в этом что-то необычное. Раньше к Генеральному Инспектору (почти) по своей воле ходили только представители Слизерин с докладами. А тут же в дверь робко постучалась ворона, которая (как подумалось Виросе) на своем хвосте принесла сомнительные новости. “И много ли таких ябед в школе?” - хмыкнула ведьмочка, отворачиваясь от входящей в кабинет розовой дамы дрожащей студентки. Профессор Дамблдор встретил Виросу, сидя на своем кресле-троне у рабочего стола, на котором в ужасном беспорядке валялись тысячи бумаг. Девушка поразилась такой неорганизованности директора, кратко обводя кабинет взглядом. Вообще-то, здесь все буквально кричало о том, каким нерасторопным и неаккуратным человеком является Альбус Дамблдор. Кругом что-то звенело, блестело и мелькало. Барахло делилось на бесполезное и на крайне бесполезное. Какие-то склянки, чемоданы, открытые ящики во всех шкафах, дверцы которых не могли закрыться из-за обилия втиснутых туда предметов. С высокого потолка свисала нелепая хрустальная люстра, которая никак не могла успокоиться, разрывая пространство вокруг себя маленькими цветными фейерверками (спасибо, хотя бы на том, что делала она это беззвучно). Но было и то, что девушка совсем не ожидала увидеть. Точнее тот. Шикарный красно-золотой взрослый феникс, мирно сидевший на жердочке, возле большого рабочего стола директора. Птица источала жар и приятный теплый свет, слегка наклоняла голову вбок, всматриваясь в гостью черными глазками-бусинками. -Добрый вечер, мисс Дасадити, - мягко улыбнувшись в седую бороду, произнес профессор. - Я уже начал переживать, что мы не успеем с вами пообщаться. -Добрый вечер, - кивнула Вироса-де-Кута, подходя чуть ближе. - Прошу прощения за задержку. -Ничего-ничего, - директор добродушно закивал, предлагая студентке присесть напротив, - вы успели, так сказать, в последний момент. -”В последний момент”? Что вы имеете в виду, сэр? -Боюсь, что сегодня наша последняя возможность так легко встретиться и пообщаться, - хмыкнул Дамблдор, ничего толком не объяснив. - Расскажите, как вам Хогвартс? -Я ожидала, что обучение в школе чародейства и волшебства будет сложнее и обширнее, однако здесь все в разы проще, чем было на домашнем обучении, - честно ответила девушка, пока директор вглядывался в нее, через очки-половинки. -Я знаю, что к вашему образованию приложила руку не только ваша мама, но и мисс Навелюкс. Я и подумать не мог, что она окажется хорошим учителем, - директор сделал вид, что ему вдруг пришла в голову удивительная мысль. - Может, предложить мисс Навелюкс поработать в Хогвартсе? Как считаете, понравится ли ей такая идея? -Боюсь, что моя крестная не оценит такого предложения, - Вироса мысленно посмеялась над выражением лица, которое состроила бы Тенеба на такую возможность. - К тому же, ей подошла бы только Защита от Темных Искусств, которое сейчас.. преподает профессор Амбридж. -Что верно, то верно, - мечтательно закивал Дамблдор. - Мисс Навелюкс всегда отличалась знаниями в этой области магии. Возможно, на следующий год.. Хорошо, а что насчет других родственников? Мне интересно, кто еще приложил руку к такой удивительной волшебнице, как вы? -Со мной занимались только мама и крестная. В свободное время я училась по книгам. -Вот как.. А как же отец? - директор сощурил глаза, и Вироса ощутила, как его бестелесная рука слегка коснулась ментальных щитов девушки. Ощущения были неприятными, хоть и мгновенными. Профессор пытался заговорить ей зубы, чтобы аккуратно проникнуть девушке в голову. Но не тут то было. Новые чары тут же отреагировали на малейшее движение извне, оповещая Виросу. Самое интересное, что Дамблдор действовал достаточно грамотно: спросил про отца, заставляя девушку о нем подумать, и тут же попытался ворваться в ее мысли, дабы все там осмотреть. Вопрос только в том, почему директор был так уверен, что сможет легко обойти щиты молодой иностранной волшебницы? Ответ пришел сам по себе - Альбус Дамблдор уже шерстил голову своей новой студентки. Легкая сеточка страха сплелась на плечах, чуть сбивая дыхание. Когда? Когда именно директор залезал в ее мысли? Что он успел просмотреть? Мозг заработал с удвоенной силой, пока девушка играла роль ничего не подозревающей студентки, привинчивая болтами вежливую маску к лицу. -К сожалению, со своим отцом я не знакома, даже имени его не знаю, - ложь смешанная с правдой, легко сорвалась с языка, заставляя директора еще сильнее сощурить внимательные бледные глаза. -Но полагаю, ваша матушка, все таки, рассказывала вам про него? -Она говорила, что он был удивительным магом и невероятно мудрым человеком. -Вот как, - будто не поверив, хмыкнул Дамблдор. - Однако вы должны понимать, что слова бывают лишь субъективным мнением конкретного человека, а не объективной правдой. Вам еще только предстоит сложить свое личное мнение о, получается, совершенно не знакомом вам колдуне. Может ли быть такое, что ваша мама была всего-навсего очарована этим магом, не зная его истинной натуры? -Моя мама была удивительной и сильной ведьмой, вряд ли, кому-то под силу было наложить на нее любовные чары, если вы говорите об этом, - вставая в глухую оборону, твердо произнесла Вироса-де-Кута. -О, нет-нет, я совсем не это имел в виду. В нашем мире существуют такие люди, которые умеют склонять окружающих на свою сторону, без магии, используя свое природное обаяние, сладкие речи и пламенные обещания. Против такого не устоит даже сильнейшая ведьма. А если, как я подозреваю, ваша мама говорила только хорошее, то это наводит на определенные мысли.. -На какие же? -Миссис Дасадити шла за вашим отцом вслепую, оставляя в памяти лишь крупицы хорошего, не запоминая всего остального. Вы же не обязаны верить в то, что он был чистым и невинным. Составьте собственное мнение о чужом для вас человеке. Профессор замолчал, чуть отворачиваясь, как бы давая девушке немного свободного места. Помогало так себе. Старый маг уж слишком явно склонял юную мисс Дасадити к тому, что ее отец не являлся таким уж светлым и чистым, как говорила о нем мама. Это злило. И тут же осознание - Альбус Дамблдор знает. Знает ее отца! Иначе и быть не может! Директор уже залезал к ней в голову, вызвал к себе, сводя весь этот разговор именно к обсуждению ее папы. А что же до самого отца, точнее его части души, заключенной в тиаре - он, узнав об этой встрече, тут же принялся учить девушку новым, сложнейшим защитным чарам. Паззл понемногу начал складываться. Вот почему отец не любил говорить о профессорах, потому что среди них был Дамблдор, с которым у него явно были натянутые и сложные отношения. Вот почему директор так спокойно заявляет, что ее папа совсем не тот, каким его представляла себе Вироса-де-Кута. Кому верить? Маме, которая рассказывала только хорошее, никогда не называя имени папы? Отцу, который так и не объяснил истинной причины, почему он решился заключить свою душу в Крестраж? Альбусу Дамблдору, который не говорил прямо, что знает родителя Виросы лично? В голове чуть поплыло от всех этих взрослых игр в молчанку. Если бы отец правда был идеальным человеком, маме не было бы нужды скрывать его имя. Если бы он никого и ничего не боялся (как каждый раз голосит часть его души), он не создавал бы Крестраж. Если бы папа был великим человеком, Дамблдор не стал бы настраивать девушку против него. Все правильно? Или опять нет? -Прошу прощения, сэр, - взяв себя в руки, произнесла леди Дасадити. - Если это все, что вы хотели со мной обсудить, я бы предпочла отправиться в комнату. Завтра много занятий. -Разумеется, - профессор вернул на девушку теплый взгляд, указывая рукой на дверь. - Отдыхайте, силы вам действительно понадобятся. Вироса-де-Кута вежливо попрощалась, покидая чудной кабинет директора. *** Утро было вялым и не расторопным, как, собственно, и обычно. Слизеринки собрались на выход, чтобы отправится на завтрак, и леди Винтербир, по своему обычаю, взяла подругу под руку. Вироса украдкой бросила короткий взгляд на свой чемодан, в котором покоилась старая диадема. Изначально девушка планировала рассказать отцу все подробности ее встречи с директором сразу по возвращению в спальню. Однако сомнения, что умудрился поселить в ее голове Дамблдор, заставили юную волшебницу отложить этот разговор на потом. Сначала необходимо было привести все мысли в порядок. У Большого Зала было не протолкнуться. Толпа разношерстных студентов топталась у входа, нервно перешептываясь и озираясь на плотно закрытые большие деревянные двери. Общее настроение угадывалось моментально - негодование и раздражение. Море голодных, не выспавшихся подростков вынуждены были ждать, когда им позволят пройти в Большой Зал и приступить к завтраку. -Нас решили голодом заморить или что? - фыркнул знакомый голос Драко. -В первые в жизни согласен с Малфоем! Пустите на завтрак! - рыжеволосый Рон Уизли гневно сжал кулаки, топнув ногой. -Наверное, что-то случилось.. - задумчиво произнесла Кудряшка-староста. - Но почему нас не поставили в известность? -Да, странно, что старостату тоже ничего не сказали, - подал голос юноша-ворон с отличительным значком с красивой, большой буквой “С”. Спустя еще несколько минут, когда студенты перешли с раздраженного шепота на довольно громкие осуждающие возгласы, двери медленно отворились, позволяя ученикам хлынуть внутрь главного места в Хогвартсе. Вироса-де-Кута на пару с Паффиной заходили одни из последних, медленно пробираясь к своему длинному змеиному столу. В Большом Зале этим утром были, похоже, все студенты от первого до седьмого курса. Было непривычно видеть абсолютно всех, потому что таким составом подростки собирались только на основные торжества. Мисс Дасадити плавно опустилась на свое привычное место, справа элегантно устроилась мисс Винтербир, а слева со своим вечно скучающим лицом обосновался мистер Винтербир. Слизеринец обычно, стоило Виросе и его сестре показаться у стола, поднимался со своего места, вежливо ожидая, пока девушки опустятся на лавку. Но в этот раз юноша был поглощен другим делом. Он, не сводя глаз, смотрел на стол преподавателей, буравя взглядом центральное место директора. -Всем доброе утро! Мои дорогие дети! - в Зале тут же повисла тишина, эхом разлетелся слащавый писклявый голос. - Рада вам сообщить, что бывший директор Дамблдор был отстранен от своих обязанностей. С этого момента я, профессор Долорес Амбридж, являюсь новым директором Хогвартса! Неловкая тишина. А за тем тихие, несмелые и очень обреченные аплодисменты от Слизерин (еле дыша, и не скрывая своего разочарования, хлопали те, кто состоял в Инспекционной Дружине - все, кроме леди Дасадити). -Ох, Салазар, мы попали, - слезным голосом произнесла Паффина, пока на глазах у нее наворачивались бусинки слез. -Держи себя в руках, Паффи, - шепотом ответил Паффиан, не сводя глаз с розовой дамы. - Новая должность подразумевает новые заботы. Уверен, что у нее найдется куча дел.. -И куча новых возможностей для эксплуатации своих “подопечных”, - перебила брата Паффина, у которой начала по-детски трястись губа. Виросе это не нравилось. Ей было, по большому счету, все равно, кто именно занимает место главы трещащей по швам школы, но то, что директор Амбридж получила безграничную и абсолютную власть над ее друзьями - нервировало и раздражало. Паффиан уже руки стер и заработал болезненно бледный цвет лица в поисках хоть чего-то полезного в библиотеке, а Паффина до ночи засиживается с домашними заданиями, потому что днем занята бестолковыми поручениями розовой дамы. Когда уже это занудное и неинтересное обучение подойдет к концу? Сейчас, как никогда ранее, захотелось вернуться домой. Оставить позади все эти английские распри и политические игры чужой страны, заняться своим поместьем, делами семьи Дасадити, беря в свои руки заботы о собственном будущем, в котором не хотелось бы даже вспоминать обо всем, что хитро сплетается на вечно влажных островах. *** Это, вообще-то, была последняя капля. У Фреда лопнуло терпение (прямо таки физически ощутил, как тонкая ниточка разорвалась внутри тела), стоило розовой жабе подняться над преподавательским столом, во всеуслышание объявляя о своей новой роли в замке. Вчера после ужина отряд Дамблдора, как обычно, занимался в Выручай-Комнате, тренируя боевые и защитные заклинания, как вдруг, двери распахнулись, пропуская внутрь тех, от кого нарушители порядков названного Генерального Инспектора прятались большую часть учебного года. Некоторые представители Инспекционной Дружины во главе с Долорес Амбридж ворвались внутрь, разоблачая и уничтожая существование Отряда. Предательницу вычислили тут же - девчонка с Когтевран, сдала их розовой жабе из-за страха за свою маму, которая работала в Министерстве под руководством нового директора Хогвартса. Собственно, такое оправдание девушке не помогло, кара за отвратительный проступок прилетела сразу. Как оказалось, Гермиона, никому не сказав, наложила на бумагу сложные чары, связывающие договором всех, кто вписал свое имя в список членов Отряда Дамблдора. Стоило человеку из списка рассказать кому-то постороннему о Выручай-Комнате, его лицо тут же покрывалось отвратительной сыпью, которая складывалась в нелицеприятную надпись “ЯБЕДА”. Но забавные моменты на этом кончились. Их дружный коллектив был расформирован, у Выручай-Комнаты постоянно дежурили прихвостни Амбридж - тупоголовые слизеринцы, а с каждого из участника Отряда было снято по пятьдесят очков факультета и добавлены по двадцать часов отработок в наказание. Фред был зол. Ярость колотила тело, словно в лихорадке, заставляя подпрыгивать на месте. Всего за несколько месяцев эта уродливая розовая жаба умудрилась испоганить вообще все, что было дорого сердцу, переворачивая любимую школу с ног на голову. Юноша готов был стерпеть идиотские декреты, которые Амбридж придумывала каждый день, запрет на использование магии в коридорах, даже то, что палочками нельзя пользоваться на уроках по Защите от Темных Искусств. Но то, как она одним взмахом своей жирной руки разрушила единственное тайное местечко, как одним росчерком пера стала новым директором - на это Фред закрыть глаза просто не мог. -Джордж, с этим пора заканчивать, - шепнул молодой волшебник, наклоняясь к брату. - Я и недели не вынесу под руководством этой розовой жабы! -Полностью согласен, Фредди, - кивнул близнец. - Готовим план побега? -Очень громкий план побега, - хищно улыбнувшись, мечтательно произнес Фред. С этой секунды Долорес Амбридж - его враг номер один! Не будет ни единого дня, в который она не пожалела бы о том, что заявилась в Хогвартс. Уизли начнут ей в кошмарах сниться, это Фред готов гарантировать. И ее мучения будут продолжаться, до тех пор пока Уизли не соизволит грандиозно покинуть школу! До начала мая предстояло много работы. Во-первых, им с братом нужно закупиться необходимыми ингредиентами для своего финального шоу, это требовало нескольких заходов в Хогсмид. Во-вторых, пора бы истратить весь запас гаденьких шуточек, которые близнецы накопили за долгие годы, расставляя ловушки для Инспекционного Отряда и самой директрисы. И последнее. Никто, кроме них с братом не должен быть в курсе их великолепного плана. Однако уйти не попрощавшись с лисичкой будет совсем не тем, чего Фред хотел бы. Он смог наладить (пускай и очень шаткое) общение с Винтербир, которая, на удивление, качественно выполняла свою часть уговора. Паффина готовила для юноши кристалл с поисковыми свойствами, над которым она старалась в кабинете зельеварения, не вызывая лишних вопросов у профессора Снейпа. Также девушка вызвалась помочь с правильными рунами, которые необходимо было нанести поверх камушка, чтобы тот начал работать. А взамен на ее полную поддержку в подготовке подарка для лисички, Фред клятвенно обещал не использовать никакие (“Абсолютно никакие, Уизли!” - вспомнился тут же напряженный голосок Винтербир) шутливые чары против нее и ее брата Паффиана. На этом и порешали. Трудность их договора заключалась в том, чтобы объяснить Джорджу, почему не нужно ставить растяжку-хлопушку перед выходом из подземелий Слизерин (ведь в нее могли попасть Винтербиры, а он же обещал). Или почему бы не взорвать вонючий шар во время обеда над головами змей (да потому что, там сидят теперь не только Винтербиры, но и лисичка, над которой злобно шутить совсем не хочется). В любом случае, пора поторопить Паффину, потому что время поджимает. Совсем скоро близнецы покинут Хогвартс, начиная новую главу в своей веселой жизни! Фред кивнул своим мыслям, отправляясь на запланированную встречу со слизеринкой. -Как тебе новости? - хмыкнула Паффина, сидевшая на лавочке в тени колонны. - Долорес Амбридж - директор Хогвартса! -А змеи, смотрю, только и рады, что ваша розовая жаба теперь занимает такой пост, - скривился молодой волшебник, привалившись плечом к каменной кладке. -Не открывай рот, если понятия не имеешь, о чем говоришь, грифф, - ядовито выплюнула девушка, глубоко сводя брови. - Надеюсь, ты помнишь наш уговор, Уизли. Если вздумаешь его нарушить, на тебя падет не только мой гнев, можешь быть уверен.. -Винтербир, заканчивай со своими угрозами, - чуть закатив глаза, произнес Фред (как же ему надоело препираться). - Я обещал, что ты и твой брат не станите целью наших шуток. Можешь быть спокойна. Молодая ведьмочка прищурила глазки, от чего, действительно, стала слишком сильно напоминать змею. Она изучающе и пристально всматривалась в веснушчатое лицо, проверяя честность стоящего перед ней гриффиндорца. Паффина была сильной волшебницей, умной и необычной за счет своих шотландских корней. Она была бесстрашной и бойкой, часто лезла первая, затевая перебранки с красно-золотыми, бросаясь агрессивными словами, не ленясь схватиться за палочку. Возможно, ее безрассудное поведение было связано с тем, что она не просто уверена в себе, но и в брате-близнеце. Паффиан был совсем другим, казалось, полной противоположностью своей сестры. Слизеринец был спокойным и часто абсолютно непробиваемым, словно вечно в каких-то своих сложных думах. На фоне своей бойкой близняшки, юноша выглядел мрачным и немногословным. Но от его взгляда порой становилось не по себе. Холодные глаза, беспощадные и острые, особенно, когда он смотрит прямо на человека. От такого чистокровного дуэта хочется держаться подальше. Хотя, когда они по отдельности Винтербиры не выглядят такими уж зловредными и пугающими. Жуткие - да. Убийственно опасные - пока нет. -В таком случае, вот, что у меня в итоге получилось, - закончив с запугиванием через прищуренный взгляд, произнесла Паффина. - Кристаллизация прошла как надо, но камушек вышел неожиданно маленьким. Не знаю, как у тебя получится нанести на него руны. Девушка протянула к Фреду раскрытую ладонь, в которой покоился маленький бумажный сверток. Юноша взял его в руки, аккуратно разворачивая клочок пергамента. Действительно - крошка, а не кристалл. Маленький камушек, размером с ноготок, переливался темными цветами, переходя от глубокого синего в насыщенно фиолетовый, а затем в черный или болотно-зеленый. Острые миниатюрные грани ломаными линиями пересекали будущий артефакт вдоль и поперек. -Вот возьми, - слизеринка вытащила из кармана мантии, сложенный пополам лист, - это все руны, которые необходимо нанести на кристалл, чтобы он заработал так, как ты этого хочешь. Фред взял бумагу в свободную руку, попутно раскрывая его перед лицом. Тетрадный лист был исписан вдоль и поперек аккуратным приятным почерком. На бережно выведенные буквы и символы было любо-дорого смотреть, Паффина очень старалась, чтобы описать каждую руну и то, как именно она должна быть нанесена на камень. Это, конечно, все прекрасно. Но! Символов в списке было около дюжины, каждый из которых отличался своей сложностью в начертании. А еще, до кучи, их нужно было расположить не просто как придется, а в определенном порядке, чтобы руны могли верно друг с другом контактировать. -И как я должен расписать такую крошку всеми этими знаками, позволь уточнить? - взвыл Фред, пуча глаза, переводил обреченный взгляд с миниатюрного камушка на исписанный лист и обратно. -Вот это уже не мои проблемы, рыжий, - хихкнув, поднялась со своего места Паффина. - Моя задача была в том, чтобы кристаллизировать тебе основу для поискового артефакта и найти все необходимые руны. Свою часть уговора я выполнила. Удачи вам, мистер Уизли, - девушка ехидно улыбнулась, наиграно присаживаясь в реверансе. Слизеринка бросила очередной нахальный и самодовольный взгляд на ошарашенного и несчастного гриффиндорца, ослепительно улыбнулась и широким шагом отправилась восвояси. -Просто блеск, - грустно выдохнул Фред. - Мне нужна лупа. Одолжить, что ли, из телескопа увеличительное стекло? Юноша еще раз взглянул на маленький необычный камушек в своей руке, заворачивая его в пергамент. Расправил плечи. Уверенно кивнул. Убрал полученные подарочки от Винтербир в карманы брюк. И уверенным шагом отправился на астрономическую башню.