2. Одна ласточка не делает весны.

Незаметно для Артема наступило утро. Лина все так же лежала рядом с ним, что доказывало ему, что произошедшее было не очередным наркотическим трипом. В голове, конечно, не укладывались некоторые детали, но в целом ему нравилось та история, которая начиналась сейчас. Ближе к восьми утра, на улице уже начало заметно светлеть. Тёма аккуратно встал с кровати, тихо оделся, чтобы не разбудить Эвелин, сел за компьютер, и запустил игру, надев наушники. Проиграл он так еще несколько часов, пока в дверь не позвонили. Открывать не очень - то хотелось. Парень боялся, что это его знакомые, у которых он украл несколько десятков грамм наркотиков, когда работал на них. Звонивший в дверь оказался настойчивым, и не прекращал нажимать на кнопочку у двери. От всего этого шума Лина проснулась. Она стала оглядываться, вспоминая, что вчерашнее - не было сном, и все это было взаправду. Поняв, что сейчас к ним зайдут, девушка быстро надела нижнее белье, и накинула на себя лежащую рядом майку Антипенкова. Он приложил указательный палец к губам, давая Кудияновой понять, чтобы она сидела тихо. Артем подошел к двери, и открыл ее, о чем позже очень сильно пожалел. — Ну здравствуй. — Костенко оперся об стену, — Лина, я так понимаю, с тобой, да? — Он быстро осмотрел парня. — Да, а что? — Да ничего такого. Просто ее отец. — Сергей, на самом деле, еле как держал себя в руках, чтобы прямо сейчас не набить Антипенкову морду, — Я зайду? — Ну, заходи... Те. — Тёма отошел в сторону. Он начал немного нервничать, но не показывал этого. За эту минуту, что Сергей говорил с Артемом, Эвелин быстро успела одеться, и сесть за компьютер, будто ничего не было, и притворилась, что играет. — Ну привет. — Костенко зашел в комнату, — Чего на сообщения не отвечаешь? Трубку не брала. — Он прошелся по комнате, — Дома быть обещала к восьми утра, а сейчас уже двенадцать. — Мужчина подошел ближе к Эвелин, и наклонился, — Я знаю, что у вас было. И я, надеюсь, ты понимаешь, что такое нежелательная беременность, или еще похуже. — Прошептал Сергей, и невольно сильно сжал плечо Кудияновой рукой, — Ты не думай, что не заметил эти пакетики на полу. Я все-таки в КГБ работал, и врать мне бесполезно. — Он опустил руку с плеча Лины. — Сереж, прости... Я... Ну... — Девушка начала немного заикаться, — Тёма... Я люблю его... — Она посмотрела мужчине в глаза, — Я верю ему... — Веришь? Веришь наркоману? — Сергей впервые за многие годы повысил на нее голос, — Ты, блять, веришь наркоману, который мать родную продаст за грамм хуйни?! — Тёма не такой! — Кудиянова вскочила со стула, — Он. Не. Та. Кой! — Да, не такой. — Ей показалось, что Костенко с ней согласен, и уже было хотела успокоиться, но... — Хуже! — Ты не понимаешь! Он любит меня! — Ах любит он! Так и живи с ним тогда! — Сергей развернулся, и пошел в сторону двери, возле которой до сих пор стоял Артем, который слышал все. Мужчина не смог сдержаться, и со всей силы ударил парня в лицо. Лине хватило сил лишь на то, чтобы сесть на кровать. Ей хотелось заплакать, но что - то внутри будто бы запрещало сделать это, словно какая - то стена, или внутренняя блокировка. Это чувство ранее не было ей знакомо. В следующий момент разум девушки отключился. Словно все эмоции выключились, словно что - то или кто - то нажал там, внутри души, выключатель. Она все еще помнила ту поездку к могиле матери. До этого момента, Эвелин грустила, ей было больно, даже была злость на саму себя, а сейчас... Сейчас стало будто бы все равно. В душе наступила пустота. Такая черная дыра, которая засосала все чувства и эмоции. — Ви? — Артем зашел в комнату. Из - за удара из носа шла кровь, и дабы ее остановить, он намочил салфетку ледяной водой, и приложил к месту травмы, — Ви? Ты чего? — Парень сел рядом с Кудияновой, — Ты из - за меня?... — В его голосе слышались нотки грусти, — Может тебе лучше... Ну... Вернуться домой? — Антипенков коснулся рукой плеча девушки. Реакции никакой не последовало. Она просто молча смотрела в пол. — Давай я тебя подвезу? — Она все так же игнорировала, и даже не шевелилась. Тёму это все очень забеспокоило. Он боялся, что сейчас ловит очередной глюк, и поэтому решил толкнуть Эвелин чуть посильнее. — Что? — Она как будто очнулась ото сна, — Ты что - то сказал? — Я просто слышал, что... Ну... Ты хочешь остаться со мной, так ведь? — Это он сделал?! — Лина только сейчас заметила то, что Артем держал салфетку у носа, из которого все еще текла тоненькая струйка крови, — Надо скорую вызвать, а вдруг... Перелом?! — Не меняй тему. — Сухо ответил парень, — Ты хочешь остаться со мной? — На этот ответ, Кудиянова кивнула головой, давая знак согласия, — А ты уверенна? — Да! Чуть позже, вчерашняя бутылка водки опустела с концами. Было решено пойти за новой, а заодно - познакомится с другими друзьями Артема, и немного с ними посидеть у него в квартире. Так прошла первая неделя. За это время Лина познала ту жизнь, какой жил Антипенков. Первые три дня казались беззаботными и кайфовыми: они напивались, Тёма употреблял либо один, либо с друзьями, тусили, говорили обо всем, если были друзья, то после того, как они уходили, была близость. Сценарий дня в течении этой недели не менялся: все повторялось по кругу. Со временем такое надоедает, но Артем жил так уже пять лет, и просто привык к этому образу жизни. Лину он за собой, в пучину наркотиков, тянуть не хотел, поэтому на каждую просьбу "попробовать" отвечал отказом. Когда Эвелин увидела парня под действием метамфетамина, то испугалась, но виду не подала, и продолжила дальше курить кальян. Да, за эти семь дней таких случаев было немало, что оставило на психике девушки незабываемый отпечаток. Этот день был похож на последние шесть, только сегодня за дозой было решено пойти Тёме и Лине. Им нужно было проехать пару остановок на трамвае, дабы доехать до дома знакомого парня, у которого Артем обычно все брал. Антипенков сказал девушке ждать около подъезда, и что это дело на пять минут, не больше. Кудиянова полностью доверилась парню, и сев на скамейку возле дома, стала ждать. Прошло пять минут, затем десять, затем двадцать... А Артем все еще не выходил. Лина звонила ему, но он не брал трубку. Она начала заметно волноваться, но и не надо отрицать факт того, что на улице январь, и было очень холодно, от чего Эвелин начала дрожать. Спустя сорок минут никто так и не вышел, на звонки никто не отвечал. Кудиянова не знала, в какой квартире и на каком этаже живет тот самый "друг", так что оставалось лишь ждать и надеяться. — Ну здравствуй. — За спиной девушки раздался женский голос, — Малолетняя шалава. — Эвелин показался этот голос знакомым, и она обернулась. Сзади стояла та самая девушка, которая была на вечеринке на Новый Год. — Привет. — Лина пыталась казаться спокойной, — Почему ты так назвала меня? — Ответом на вопрос последовал сильный удар по лицу - пощечина, которая оставила красный след на щеке девушки. Эвелин попыталась встать, но Мира со всей силы ударила ногой по ребрам. От боли из глаз потекли слезы, и Кудиянова рефлекторно попыталась закрыть лицо руками, но девушка нагнулась, убрала руки с лица Лины, и ударила ее ногой в глаз, от чего белок глаза моментально налился кровью. Девушке на пару секунд показалось, что она ослепла. От боли и страха стало трудно дышать, начиналась сильная паника. Мира повторила несколько ударов по ребрам Лины, и напоследок снова нанесла удар по лицу, целясь в нос. От боли, чувство которой Эвелин уже успела забыть, она отключилась. *** — И вот свалила жить к нему. К наркоману конченному! — Костенко достал сигарету из пачки, — И не пишет ни хера, не звонит. — Серег, ей сколько лет? — Четырнадцать. Пятнадцать скоро, — Он поджог сигарету, — А ты это к чему? — Сделал длинную затяжку и выдохнул. — Да ты же недавно на могилу матери возил, а она вообще это тогда впервые узнала. Вот и психует. Возраст это такой. — Мужчина на пару лет моложе Сергея тоже закурил, — У меня сын, Данька, шестнадцать лет. Тоже в компании это Артема тусуется периодически. Мутный он тип. — Да я думаю пойти к ним сегодня, попрошу домой вернуться. Сам знаешь, зачем мне это все нужно. — Знаю, Серег, знаю. Наступила минута молчания. Никто из них не знал, какой темой можно продолжить разговор, поэтому оба молча стояли и докуривали свои сигареты. Внезапно телефон Сергея зазвонил. На экране высветился незнакомый номер. Отвечать на звонок особо не хотелось, но зная то, где сейчас находится Кудиянова, он решился поднять трубку. — Ало? — На том конце провода оказалась молодая, по голосу, девушка, — Вы Сергей Александрович, так? — Здравствуйте. Да, так. — Он потушил сигарету об край мусорки, и выкинул туда же окурок, — А что случилось? — Кудиянова Эвелина Сергеевна ваша дочь? — Вот тут - то Костенко начал нервничать. — Д... Да... Я ее... Приемный отец. — Голос мужчины начал немного дрожать, — А что случилось? — Вашу дочь избили. Вы можете сейчас приехать в пятьдесят девятую больницу? — Детская которая? Еду! — Сергей быстро достал ключи от машины, и пошел к ней. — Да. Ждем вас. До свидания. *** Лина сидела на больничной койке обняв руками колени. Слезы на щеках уже высохли, оставив белые полосы. В палате она находилась одна, что было большим плюсом. Девушка периодически проверяла телефон, в надежде на СМС или звонок от Артема, но он словно сквозь землю провалился. Эвелин начало казаться, что-то, что говорил Сергей - оказалось правдой. Ей не хотелось признавать поражение в этом конфликте, но сейчас было уже не до выяснения отношений. То обезболивающее, которое прокапали через капельницу, никак не помогало. Кудияновой даже казалось, что боль лишь усиливалась. Только помимо физической боли, у нее еще и появилась душевная. Теперь раны на сердце было две: первая - когда девушка узнала о том, что ее мать мертва, а вторая - когда ее просто, как она думала, выкинули, словно игрушку. " — Он не мог так поступить... Он не мог... Он же... Любит меня... " — Лина убрала руки с колен, и посмотрела в окно. На улице пошел сильный снегопад, фактически началась метель. Эвелин, превозмогая сильную боль в ребрах, встала с кровати, и подошла к окну. Дико хотелось курить, но ее куртка, где лежали сигареты, была где - то в больнице, а не в палате. Кудиянова открыла окно, и протянула руку ладонью вверх. На ладонь упали холодные снежинки, которые за пару секунд таяли на руках девушки. Лина услышана, как дверь в палату открылась, и быстро закрыв окно, побежала снова на кровать, но из - за бега в ребрах началось покалывание, и она не удержалась на ногах, упав на твердый пол. — Вот. Ваша Лина. — Сказала молодая девушка - врач, показав жестом на Кудиянову, которая пыталась встать с пола, — Так! Я же сказала лежать! — Командующим тоном проговорила девушка, — Хуже будет! — Она подошла к Эвелин, помогла ей встать, и усадила обратно на койку. Лине было стыдно смотреть Костенко в глаза, после того, что случилось. Она лишь виновато опустила глаза вниз, пытаясь скрыть настоящие чувства. — У нее трещина в ребре. Видимо, удар был слишком сильный. Травмы глаза и носа, но слава Богу от серьезных последствий ее уберег кто - то. Вот, — Девушка протянула Сергею листок с лекарствами и результатами рентгена, — Если будут боли при дыхании после двух недель - сразу к нам. Давайте, поправляйтесь, и самое главное, — Она достала чистый листок и черную ручку, — Заявление напишите. Завтра к вам придет участковый, опросит девочку, — Проговорила она шепотом, и отдала Костенко бумажку с номером участкового, — Если что, ему звоните. Ей нужно больше лежать сейчас, так что ограничьте активность. Ах, да, — Девушка достала еще одну бумагу, — Вот справка для школы на месяц. — Да, все сделаю. Спасибо вам огромное. — Сергей попрощался с врачом, и подошел к Эвелин. Она все еще стеснялась, а точнее стыдилась смотреть ему в глаза. В палате снова воцарилось молчание, даже нет, скорее неловкая тишина. Он завязал кроссовки девушки, и взяв под руку, повел к машине. Они все так же молчали. Лина дернулась, чтобы идти самой. Она все еще пыталась казаться гордой, даже несмотря на то, что ей это приносило боль. И физическую и моральную. Уже дома, Кудиянова сразу же побежала к компьютеру, чтобы зайти во "ВКонтакте", и проверить сообщения, в надежде, что Артем все - таки заметил, что ее уже долго нет, и хотя бы немного переживает. Но... Но не было ничего. Ни сообщений, ни звонков, ничего. Просто молчание. — Может расскажешь, что произошло? Или мне начать? — Сергей встал рядом с ней, и посмотрел на экран компьютера, где был открыт диалог с Антипенковым, — Он это сделал? — Нет... — Тихо промолвила Лина. — Не ври. — Он не бил меня. — Эвелин откинулась на спинку кресла, — Мы пошли к его другу, он сказал подождать на улице. Сзади подошла, как я поняла, его бывшая девушка, и вот... — Имя знаешь? — На вопрос, Лина лишь отрицательно покачала головой, — А внешность? — Я почти ничего не помню с момента, когда она начала бить... Помню, что было очень ... Очень больно... Кудиянова взяла в руки телефон и зашла в СМС. Было куча сообщений от Саши, Димы Конева и... Паши Вершинина. Увидев "Смски" от последнего, девушка немного удивилась, ведь Паша всегда писал ей во " ВКонтакте ", либо говорил все в школе, на перемене. *** С момента избиения прошло десять дней. Никакой участковый, конечно же, не пришел. Костенко особо на это не надеялся, так как сам планировал выцепить эту девушку, и поговорить с ней. Сегодня пятница. Каждую пятницу, Саша обычно шла к Лине домой, чтобы просто посидеть вместе. Иногда с ними был Дима, если сам хотел, но чаще девушки были лишь вдвоем. У Эвелин была игровая консоль "XBOX", в которую они любили играть вдвоем, так как у Кудияновой было много игр. Все это время, начиная с той самой ссоры за день до нового года, Саша пыталась помириться с подругой, но та просто игнорировала сообщения, звонки, Смски... Александра заметила, что в первый школьный день Эвелин не пришла. Вскоре она узнала о том, что произошло. Она хотела пойти к Лине домой, и попытаться поговорить уже в живую, в надежде, что сможет вразумить девушку отказаться от общения с Артемом. Набравшись смелости, Саша после школы пошла в такой знакомый дом. Стоя на пороге квартиры, девушка начала немного дрожать. С Линой они, до этого момента, никогда не ссорились, и было очень страшно услышать отказ, или любое слово / действие, которое обозначало бы конец их общения и дружбы. Глубоко вдохнув, Александра нажала на дверной звонок. Эвелин в это время дома была одна. Она боялась открывать дверь в дни, когда никто не должен был прийти к ним, так как наслушалась на телевизоре всяких историй, которые заканчивались не всегда хорошо. Открыв дверь, Кудиянова замерла на месте. Они с Сашей минуту смотрели друг на друга, в глаза, не отрываясь, и не говоря ни слова. Жестом девушка показала подруге, что она может зайти. Александра разулась, и пошла в комнату подруги. Раньше она всегда плюхалась на кровать Эвелин, но сейчас спокойно села рядом. — Я догадываюсь, почему ты пришла. — Лина встала с кровати, подошла к окну, открыла его, взяла из пачки сигарету, и закурила, — Я так понимаю, — Она сделала затяжку, — Все уже в курсе, — И выдохнула. — Можно сказать итак. — Тебе подробности рассказать? Сможешь с Кристиной поржать в понедельник, обсудите все. — Кудиянова сделала долгую затяжку, от чего легкие начало жечь, — Ты ж с ней теперь ходишь. Подруга. — Она сделала акцент на последнем слове, подчеркнув его пальцами, сделав кавычки в воздухе. — Лин, я не хожу с Кристиной. — Саша знала, что говорит правду, — Кто тебе про эту выхухоль сказал? — Тебя это ебать не должно, понятно?! — Эвелин повысила голос на подругу. — Лина, успокойся, пожалуйста! — Александра встала с кровати, и попыталась обнять Кудиянову, но там со всей силы толкнула девушку, и она упала обратно на кровать, — Что ты делаешь?! За что?! — Да за то, что ты - крыса ебанная! — Эвелин хотела кинуть окурок в сторону девушки, но вовремя смогла остановиться, и положила его в пепельницу, — Уебывай отсюда, предательница! — Лина кинула в Сашу плюшевой игрушкой, но не попала. — Лина, пожалуйста, выслушай! Я не дружу с Кристиной, и ты знаешь, почему! Просто поверь мне! — Девушка все еще не оставляла попыток помириться с Кудияновой. — Какие у меня основания тебе верить?! А?! — Послушай свое сердце. Лина... — Саша начала медленно подсаживаться к девушке, — Я никогда не стану тебя предавать, ты моя лучшая подруга с первого класса! Пожалуйста, поверь мне... На секунду Эвелин задумалась: стоит ли верить? Говорит ли Александра правду, или врет? Или на самом деле врал Вершинин, который все это и сказал? Было непонятно. Все было так запутано... Было страшно. Страшно, что ее, как она думала, предала и Саша. Только было одно "НО": Александра была единственной, кто и вправду волновался и заботился всячески о Кудияновой, единственной, кто никогда не врал ей, не обижал, не причинял боль... И сейчас у нее был выбор: поверить и снова обрести подругу, или поверить Паше, который мог сморозить что угодно, лишь бы привлечь внимание. С тяжелым сердцем, и диким страхом, Лина выбрала первый вариант. Ей сразу же стало стыдно за то, что она сделала. Саша пришла к ней, чтобы помирится, а она повела себя как последняя мразь. Она чуть было не потеряла себя, а сейчас - чуть не потеряла подругу. Настоящую подругу. — Саш... Прости меня... — Она осознала все, что сделала, и обняла Александру, — Просто... Столько всего произошло за этот месяц и я... Мне страшно, понимаешь? Я боюсь. Я боюсь себя. Боюсь всех! — Она попыталась держать себя пол контролем, но это выходило плохо, — Я люблю его... До сих пор. Даже после того, как он просто исчез! В "ВК" его нет в сети с шестого января, на звонки не отвечает, на сообщения тоже... Никто не знает, что с ним... А я... — Лина вытерла рукой одинокую слезу, которая покатилась по щеке. — Лина, я не злюсь на тебя. Я просто хочу тебе помочь. Я лишь хочу тебя защитить, чтобы тебе не было больно... — Они обнялись, — Ближе тебя у меня нет никого, понимаешь? — Саша прижала Кудиянову к себе, — Лучшие подруги навсегда? — Она протянула Эвелин мизинчик, чтобы та взяла его в знак применения. — Лучшие подруги навсегда.