Счастливое настоящее (Аэрис, Зак)

Плющ окно практически закрывал, но, если учесть, что на улице наступили дождливые сумерки, это было даже хорошо. Дождь шлепал по широким, густо-зеленым листьям, кропил окно, а в комнате горела лампа, щелкал электрический обогреватель, и вообще было хорошо и уютно. Аэрис, мурлыкая что-то вполголоса, вязала из темно-синей шерсти. Что это, определить было трудно - долгий и суровый процесс вязки был в самом начале. - Я всегда думал, что маленькие девочки, это так просто и тихо - цветочки-бантики, кисточки-раскраски, - жаловался Зак жене. - А они! Одной непременно расскажи о том, как папа с дядей Клаудом совершали Подвиг. Я, по-моему, все наши подвиги уже по третьему разу пересказал, на анжиловы байки, что ли, переключится? Другой подвигов не надо, другой расскажи, как папа маму спасал... Аэрис посмеивалась. Набегавшиеся за день дочки-близняшки спали в комнате напротив, Зак только что их уложил. Девочки, определенно, пошли в папу - колыбельным они предпочитали героические истории. Теперь уставший папа валялся на кровати рядом с мамой, положив голову на её колени, разглядывал потолок и тихо недоумевал. - Самым забавным будет, если наш сын будет возиться с цветами на клумбе и захочет стать каким-нибудь агрономом, - с мечтательной улыбкой проговорила она, закончив вывязывать ряд. - Это будет полный абзац, - согласился Зак, осекся, поднял голову. - В смысле сын? Ты хочешь? Так ведь неизвестно, кто получится, вдруг третья девочка... - Я же Сетра, - Аэрис ласково подергала его волосы. - Я могу понять, чья это душа - мальчика или девочки. Так вот - у нас будет мальчик. - Уже? - глуповато брякнул совершенно растерявшийся Зак. - Ага, - Аэрис с вдохновенным видом прижала к груди вязание. - Я сегодня ходила к врачам, все подтвердилось! Правда, замечательно?! - Ещё бы! Теперь Зак понял, почему его, вернувшегося с дочками с прогулки (удачно они успели прибежать домой до дождя), Тифа встретила настолько многозначительной улыбкой. Знала, наверняка уже знала! - Аэрис... я тебя обожаю! Честно-честно! Конечно, вязание тут же отправилось на тумбочку, а Аэрис была повалена на подушки, от души расцелована и защекочена. При этом счастливый Зак обращался с любимой женой, как с хрустальной вазой. - Эх, надо было Анжеле другое имя придумать... - А что? - Назвал бы парня в честь наставника. - Ну Зак! Неужели мы ему имя не придумаем? - Придумаем, обязательно! Хочешь, твоего отца увековечим? А что, Фаремис Фэйр – это звучит. Смеялся Зак, смеялась Аэрис, колотил в окно разгулявшийся дождь. Жизнь и счастье продолжались.