5.3.

      Я пробирался по извилистым бесконечным темным и сырым туннелям, блуждая, без конца ища выход, ища истинный, как мне казалось, правильный путь. Сколько часов, может дней я хожу по ним? Сбился со счета. Я не видел лучика солнца с тех самых пор как оказался здесь с ней. Боги, как давно это было. Отчаяние с каждым поворотом, что заводил в очередной тупик, одолевало меня все сильнее, сжимая грудь.       Я оставил ее позади. Забыл. Бросил. Я бросил ее одну. Гнев пожирал меня изнутри. Я бросил ее погибать. Спасая собственную шкуру. Испугался! Трус!       Ноги не держали мое тело. Я сел, прислонившись к стене, снова проступили слезы, снова боль врезалась в мое тело. Я знал, что ходил по кругу, все выглядело одинаково: темно, мрачно и сыро. Были моменты, когда я вдруг поворачивал обратно, думая, что прошел нужный поворот, который спасет мне жизнь. Все шел и шел. Не останавливаясь. Больше у меня не осталось сил. Не осталось надежды. Не осталось ее.       Я снова возвращался и поворачивал в другую сторону. А может в ту же? Окончательно заблудившись.       Где я?       Где выход?       Вязаная, сплошь в дырках кофта на три размера больше тянет меня к земле. Ботинки с толстой подошвой с каждой минутой становились балластом для тела, и границ его выносливости. Ноги стали тяжелыми, ватными. Я не мог больше идти. Не мог больше искать выход. Искать свое спасение.       Я готов сдаться!       — Выпусти меня! — со всей оставшейся мочь закричал в глубь туннеля. — Услышь меня! — Эхом мои слова пронеслись и отразились от стен, показывая немую пустоту. Один в темноте.       Я сделал несколько шагов вперед. Вдруг послышался хохот. Детский. Легкий. Тогда я подумал, что у меня галлюцинации, что совершенно нормально в подобных ситуациях.       А бывают подобные ситуации?        — Зло или добро? — послышалось неподалеку.        Снова послышался этот детский легкий голосок. Такой невинный. Я представил, как это говорит девочка лет семи, в светлом платье и высокими хвостиками. Как она вприпрыжку играет в «классики». Как невинно бросает камушек, предназначенный для квадратиков с цифрами на полу. Как задорно, смеясь она прыгает, чтобы взять тот самый камушек и победить.       — Зло или добро? — повторил детский голос, продолжая задорно смеяться.        — Выпусти меня! — ответил я.       — Ты слаб, — ехидно подметил голос, — сдавайся! — приказал голос, — ты проиграл!        Голос снова засмеялся, так звонко, что мне пришлось приложить к ушам ладони.        — Отпусти меня, — умолял, — я больше не хочу играть, — на последнем надрыве выдавил, смахивая с глаз пелену слез.       На выдохе я почувствовал, как теряю сознание. Как жизнь уходит, и я обрадовался, что все наконец закончится.