7.4.

      — Ну и обстановка, — Ноа не сдержался от высказываний под пристальным взглядом директрисы, — это не бал, а скорее цирк.       Он внимательно наблюдал за тем как пары двигались: легко и непринужденно. Расхаживая вдоль стены устремил взгляд на Маора, по спине вдруг пробежали мурашки, когда они встретились взглядом.        «Он оценивает нас», — заметил парень, поправляя пиджак. Отвернулся ища свою спутницу, что на один танец решила его покинуть.        Музыка стихла. Все друг другу поклонились, соблюдая древние традиции, похлопали в ладоши и отправились в разные стороны, кто куда, давая себе и другим отдохнуть.        Ноа одарил Лилу улыбкой и кивком:       — Прекрасный танец, — подтвердил он словами.        Девушка светилась от счастья; ее щеки пылали румянцем, улыбка не сходила с лица. Она покрутилась вокруг себя, показывая свое роскошное красное платье с пышной юбкой и узорчатым верхом.       Заиграл триумфальный звук, под который раскрылись высокие и толстые двери. Все, кто находился внутри зала разошлись и выстроились в шеренгу создавая коридор, ведущий к директрисе Кифании Кой, Маору Оскуро и Кану Нубару.       — Вот и они, — шепнул Ноа внимательно смотря на двери. — С этого самого момента, они перестанут быть для нас друзьями, наставниками или соседями по комнате. Они наследники. Элита элиты, — выделил Ноа. — Те, на кого весной возложат ответственность за всех сознающих нашего города.       Первые сознающие выпускники уже появились, — Тимэйн и Лэйна, брат и сестра, близнецы, что носят с крошечного возраста красный галстук. На девушке было платье, вышитое золотом, а на брате, черно-золотой костюм, что сливались с их русыми волосами, выделяя черные глаза.       — Ифриты, — подтвердила Лила, восхищенными глазами смотря на первых претендентов.        — Самые сильные и самые опасные. Одно дуновение ветерка и тебя не станет.       — Они же просто исполняют желания…       Ноа чуть хихикнул, не веря, что это говорила Лила.       — Берегись своих желаний и никогда не спрашивай о них у других, — Лила только кивнула.        — Если Ифриты такие опасные, почему они могут стать частью правления или даже получить место в Министерстве?       — Законы сознающих. Мы все имеем право, если получаем выдающиеся навыки при рождении и поддерживаем их успехами в академии. Все должно быть во благо нашего мира.       — Почему ты не с ними?       — Ты совсем меня не слушала, — с укором произнес Ноа. — Вспомни ту часть про рождение.       — Никто не знает, кто твоя мать, но отец…он же…про него все знаю.       — Да! — Ноа напрягся, обдумывая ответ, — Надеюсь во мне больше от матери, каким бы сознающим она ни была.       — А если она человек? — парень в ответ чуть улыбнулся.       — Возможно, тогда моя жизнь станет легче.       С новой силой заиграл следующий сигнал, приглашающий войти другую пару. Все захлопали, приветствуя Даррена и Яэль. Кто-то даже подвывал от восторга.       — Яэль пользуется любовь у студентов, — констатировала Лила, внимательно рассматривая ее наряд, — в этом платье она сливается со шторами.       — Она отличный наставник, — быстро ответил Ноа и поддался всеобщему ликованию. — Тимэйн и Лэйна чужие для нас и нашей академии, их прислали, эта грозная парочка из северного города — Сумэн, маленькое поселение для других сознающих, основанное совсем недавно. Посмотри, на них даже никто не обратил внимание. Яэль строгая, требовательная, но наша, во всех смыслах.       — Может она пользуется силой сирены, чтобы ее все любили?       — Даже если и так, ты видишь несогласных? — в довольной и широкой улыбке расплылся Ноа.       — Мы можем быть под чарами, не осознать это, — фыркнула недовольно Лила. — Ужасно!       — Эта же святая Яэль, ты разве не знаешь? — Лила покачало головой. — Она ни разу не запела с тех пор как умер Тай, ее большая и кажется единственная любовь. Поэтому ее все так называют — «святая». Она была самой послушной на курсе, училась и закончила с отличием, поэтому и получила золотую нить на мантии. Мало кто верил, что она действительно сирена. Они вспыльчивые, устрашающие, когда выходят из себя или поют. Но она совсем не такая, не идеальная, — вспоминая перепалку Яэль и Даррена в их комнате, когда она приказала подчинятся. — Иногда я думаю, что вы могли быть родственниками.       — Ха-ха, — иронично выдала Лила, смотря только на Яэль. — Что насчет Даррена?        — Тут проще некуда…он сын своего отца, — Ноа кивнул в сторону Маора, который надменным взглядом оценивал Даррена.       Он обернулся через плечо, показывая, что он явно слышит Ноа, и тот покорно прикрыл рот пока процессия, связанная с их парой, не закончится.        Даррен и Яэль поклонились, и отправились по правую сторону от главных сознающих города и академии.       Новый звук. Новая пара.       Лила сжала руку Ноа.       — Да, Паль и Пада, — будто огрызаясь заявил он. Девушка тяжело сглотнула подступивший комок в горле. — Инкуб и Суккуб. Дьяволы нашего выпуска. Единственные из сознающих, что совсем не по возрасту стоят перед Советом.        — Им точно нельзя отдавать власть, они всех сведут с ума своим демоническим началом. — Ноа согласно кивнул. — Разве можно брать кандидатов из студентов? Они еще не закончили обучение.       — Отличились.        Паль и Пада с ярким красным макияжем, и эффектными нарядами красного цвета поклонились, смотря прямо на главу Министерства. Даррен и Ноа снова обменялись, теперь тяжелыми взглядами, Лила поймала их многозначительные легкие кивки в стороны и прикусила губу; всем стало не по себе.       Пугающая парочка прошла на левый край, ближе к директрисе. Официальное представление было окончено.       Маор вышел вперед, протягивая руку, приглашая Яэль на следующий танец. Ноа и Лила охнули.