...

***       Иккинг сел на свою кровать и откинулся назад. Он измотался. Он знал, что быть вождём тяжело, но чтобы настолько… никогда не думал. А ведь это только вторая неделя!       «Как же мне не хватает твоего совета, пап», — пробормотал Иккинг.       «Что случилось?» — спросила Валка, поднимаясь по лестнице. Она решила остаться на Олухе, да и переехала жить к сыну.       Иккинг снова сел и потёр рукой свой потный лоб: «Сморкала с Рыбьеногом сводят меня с ума».       «А что они делают?» — вновь спросила Валка, садясь рядом с сыном.       «Они соревнуются друг с другом за то, чтобы стать моей правой рукой, — ответил Иккинг, — Всякий раз когда я прошу одного из них что-то сделать, другой идёт следом и делает тоже самое. И в итоге оба ссорятся. Хоть их драконы не вмешиваются… И что мне теперь делать?»       «Можно попросить их перестать ссориться… — предложила Валка, проводя рукой по волосам сына; таким непослушным, мягким. — А как будешь готов, выберешь кого-нибудь».              «Как я узнаю кого выбрать? — спросил Иккинг, глядя под себя. Он в замешательстве. — Я знаю, что очевидный выбор это Сморкала, потому что он мой двоюродный брат. Но иногда он поступает безрассудно… Рыбьеног умён, знает много о драконах, но он не воин».       «Да, тяжёлый выбор, — согласилась Валка, вставая с места, — И всё же я уверена, что ты придумаешь что делать. Ты великий лидер… Следуй зову сердца, но сначала убедись, что разум с ним согласен. А пока раздели обязанности, чтобы эти двое не пересекались». ***       На следующий день, когда Иккинг вышел из своего дома, его тут же встретили двоюродный брат и лучший друг.              «Доброе утро, Иккинг!» — говорят Сморкала с Рыбьеногом в унисон; даже улыбаются одинаково.       Иккинг мысленно застонал и прошёл мимо них. Те быстро последовали за ним хвостиком.       «Что нужно сегодня сделать?» — спросил Рыбьеног.       «Что бы это ни было, я сделаю это лучше», — самодовольно ухмыльнулся Сморкала.       Иккинг остановился как вкопанный и повернулся лицом к этим двоим, что потихоньку доводят его до умопомешательства: «Рыбьеног, иди помоги Плеваке в кузнице, ему нужна пара рабочих рук. Сморкала, я хочу, чтобы ты присоединился к патрулю со своим отцом и Свеном».       «Может, мне лучше в кузницу? Я там лучше справлюсь», — предложил Сморкала.       Новоиспечённый вождь пристально уставился на двоюродного брата: «Нет, ты нужен мне в патруле. Драго может быть где-то поблизости, а Кривоклык — один из самых быстрых драконов, что у нас есть сейчас».       Сморкала вздохнул и пошёл прочь искать отца. Иккинг потёр потный лоб и направился в покрытый льдом Большой Зал; чувствует, что скоро его накроет сильная головная боль.       «Ты ещё не решил кто станет твоей правой рукой?» — спросил Рыбьеног, следуя за вождём по пятам.       «Нет, Рыбьеног… И если вы оба не прекратите доставать меня, то я выберу Задираку, — заявил Иккинг. — А теперь иди помоги Плеваке».       Рыбьеног ничего не ответил и убежал помогать кузнецу. ***       Сморкала летел рядом с отцом через лабиринт морских скал.       «Ты сегодня какой-то очень тихий. Что-то беспокоит?» — спросил Слюнявый, глянув на сына.       «Иккинг ещё не выбрал кто будет правой рукой, — ответил Сморкала. — Я сделал всё что мог, чтобы показать, что я достоин!.. Но он будто не замечает моих трудов».       «Ты станешь его правой рукой, не переживай, — уверил Слюнявый, мило улыбаясь, — ведь у викингов такая традиция: выбирать члена своей семьи».       «Мы говорим об Иккинге, пап. — заметил Сморкала и закатил глаза, — Он нарушал традиции больше раз, чем я могу сосчитать».       «Как я уже сказал, не переживай», — сказал Слюнявый, и разговор был окончен.       ***       Рыбьеног потянул за рычаг, запускающий пилу: «Он должен выбрать меня, правда ведь? Я же его лучший друг».       «А Сморкала — его двоюродный брат, — заявил Плевака. — Семья превыше друзей. И так было триста лет».       «Мы говорим об Иккинге! — возразил Рыбьеног. — О том, кто принёс мир между нашим племенем и драконами. О том, кто поставил под сомнение всё, что касается викингов. Так скажи мне, Плевака… Что мешает ему предпочесть меня Сморкале?»       Плевака перестал точить зуб, который он делал кому-то, и уставился на молодого человека: «Почему ты думаешь, что он должен выбрать тебя?»       «Я умён. Моим знаниям о драконах нет равных. И я могу довольно неплохо сражаться», — перечислил Рыбьеног.       «Иккингу не нужен кто-то чрезвычайно умный и с минимальными боевыми навыками, Рыбьеног… А Валка знает о драконах даже больше тебя. Всё-таки двадцать лет с ними прожила, — объяснил Плевака, — Он ищет кого-то, кто будет рядом несмотря ни на что, и кто станет его голосом разума».       «Я буду рядом с ним несмотря ни на что! — гордо заявил Рыбьеног. — И смогу остановить его от глупостей».       «О-о-о, я помню каким убедительным ты был, когда он улетел на целый месяц года два назад. Ты действительно помешал ему остановить того дикого Тайфумеранга», — саркастично ответил Плевака.       ***       Иккинг сидел на ступеньках Большого Зала, отдыхая вместе с остальными. Он подумал, что если бы отец увидел его в этот момент, то непременно сказал бы что-то вроде: «Великий вождь всегда работает без перерывов!»       Впрочем, его отец стал вождём не в двадцать лет; да и протеза вместо ноги у него тоже не было.              Иккинг посмотрел на Беззубика, который растапливал лёд с громмелями; какой-то маленький дракончик грыз его хвост. Поскольку взрывать лёд вокруг Большого зала, не повредив его ещё больше, было слишком опасно, Иккинг решил, что лучше всё-таки его растопить.       «Такими темпами Большой зал должен оттаять к завтрашнему дню», — заявила Астрид, присаживаясь рядом с возлюбленным.       «После этого мы сможем оценить ущерб и приступить к ремонту, — согласился Иккинг, — Может, даже кое-что изменим».       «Например?» — спросила Астрид.       Иккинг пожал плечами: «Сначала посмотрим, насколько серьёзны повреждения».       «Хорошо», — вздохнула Астрид. Помолчала немного и сказала: «Рассказывай что стряслось».       «Мне нужна правая рука. Сморкала и Рыбьеног соревнуются между собой», — ответил Иккинг.       «Я могу стать твоей правой рукой», — тут же предложила Астрид.       Иккинг посмотрел на свою возлюбленную так, будто она сошла с ума: «Ты что, спятила?!»       «Нет, я серьёзно», — заявила Астрид, чуть хмурясь при этом.       Новоиспечённый вождь вскочил с места: «Б-без обид, Астрид, но за всю историю викингов ещё не было женщины в позиции правой руки…»       Астрид пожала плечами: «А почему бы и нет?.. Я — единственный возможный выбор, Иккинг. Я умна, значит в любой момент могу дать тебе толковый совет. Умею сражаться… Я буду на твоей стороне в любом случае».       Иккинг просто смотрел на неё, пока шестерёнки крутились в его голове. А ведь действительно… Астрид — его лучший выбор на должность правой руки.       «Хорошо, Астрид, — кивнул Иккинг; на его лице появилась лёгкая улыбка, — Сегодня вечером я сделаю объявление».       ***       Иккинг сделал объявление, как и обещал. Конечно, поначалу было слышно несколько громких недовольных выкриков касательно его выбора. Но потом они вспомнили, что кричали на Иккинга. Конечно он выбрал бы Астрид. Потому что она не просто женщина, а ещё и член семьи. И это нельзя подвергнуть сомнению.