Глава 4. Я не могу сказать тебе Снегозуб

В тёплую грозовую ночь, Родилась в пещерке дочь. Вдруг снаружи позвали тебя, Ты пошёл на голос, знакомый до боли… Зачем ты пришла? Хотела тебе помочь. Лучше б ты ушла! Ты хочешь послать меня прочь? — Тужься дорогая! Осталось ещё двое! — приговаривала Голубичная Лапа. — Чёртов Грубоух! Чтобы я ещё раз… Кошка скрутилась от боли в очередной схватке. Под хвостом что-то рвалось наружу доставляя невыносимую боль. Снегозуб не понимал, зачем его позвали. Его дочь, Синичка, была ученицей целительницы. Сейчас Голубичная Лапа показывала, как принимать роды. Но воин тут зачем? — Снегозуб, дай ей палку. Этот малыш крупный. Кот кивнул и сунул Клубнике толстую палку берёзы. Королева взвизгнула и в её глазах появились слёзы. — Снегозуб, Снегозуб, — шептала она. Глашатай ласково гладил роженицу по голове и смотрел на Синичку. Та испуганно смотрела, как Клубника тужится. — Смотри, она выталкивает котят, помогая им быстрее появиться на свет, — тихо сказала Голубичная Лапа. Роженица ахнула и раздался шлепок. — Так, кто это у нас? — наклонилась целительница. — Девочка! Синичка, тщательно вылизывай малышку, а я пока займусь последним, — сказала она с силой нажимая на живот Клубники. Королева дёрнулась. — Больно! — Это нормально, милая. Ты только сейчас это поняла? — усмехнулась целительница, продолжая нажимать. — Снегозуб, — раздался тихий, но отчётливый голос снаружи. — Звёздное племя! — зажмурилась Клубника. Синичка расширила глаза и послышался стук об землю. — Это всё, — сообщила Голубичная Лапа. — Тоже девочка. Поздравляю, у тебя три мальчика и две девочки! — поздравила роженецу кошка. — Синичка, вылизывай быстрее! — Снегозуб, — снова позвал голос. Воин опомнился и понял, что стоит на улице. Разве он выходил? Рядом никого не было. — Обернись, — ласково сказал голос. Снегозуб обернулся и чуть не подпрыгнул. Голубогривка! Прозрачная кошка стояла, смотря на кота жёлтыми глазами. — Зачем ты пришла? — Хотела поговорить, — пожала плечами старуха. — У вас тут пополнение? — Да, на пятеро котов больше, — кивул глашатай. — Теперь нам кормить двадцать семь ртов. Воин понял, что не испытывает к прошлой целительнице злости. Она пришла и они сразу начали спокойно говорить. — Какая шишка на тебя упала, что ты съела смерть-ягоды? — нахмурился кот. — Сама не знаю, — без тона удивления сказала Голубогривка. — Твоя дочь станет хорошей целительницей, — сменила она тему. — Угу, — опустил голову Снегозуб. — Её всё пугает. Любой кашель, ядовитый цветок. Сейчас у неё был стресс — смотреть на роды. Старуха посмотрела на него. — Я тоже всего боялась. Особенно, когда моя наставница умерла. Помню, у нас была эпидемия Зелёного Кашля и много беременных кошек. Из-за этого многие котята родились заражёнными. — Голубогривка… — осторожно спросил глашатай. — Ты же Звёздная кошка? — Да, — кивнула целительница. — Так скажи, кто эта тень? — Какая тень? Снегозуб раздражительно фыркнул: — Как будто ты не знаешь. — Я не могу тебе сказать, Снегозуб. Воин почувствовал старую злость, только теперь не было тумана. Она была настоящая. — Тогда зачем ты пришла? — Поговорить. — О чём? О том что ты ничего не знаешь?! Не можешь сказать?! Кот тяжело дышал, а потом закрыл глаза и снова открыл их. — Что же это за племя такое, которое вроде бы оберегает нас, а вроде бы нет? — Я очень хочу сказать, правда! — Так скажи! Старуха помолчала, а потом сказала: — Это твой старый друг. — Уйди. — Что? — Уйди! — попросил Снегозуб. Кошка кивнула и испарилась. Опять кот делал, говорил не то, что хотел сделать, сказать на самом деле. Такое ощущение, будто им вновь управляют. Старый друг… старый друг… кто? Из племени Вечного Заката или Грозового? Стоп, кажется он знает кто это!.. — Снегозуб, — вышла из пещерки Голубичная Лапа. — Появился шестой. Он точно последний. Коты вошли в пещерку и глашатай увидел Клубнику, рядом с ней, копошащихся возле живота матери, котят. — Позовите сюда Грубоуха, — попросила королева. — Пусть он посмотрит на наших прекрасных котят. — Пап! — подбежала к отцу Синичка. — Птичка? — Я так испугалась! — прижалась к коту малышка. — Неужели так все появляются? Воин молча посмотрел на неё и вспомнил роды Большеухой. Синичка чуть не задохнулась, но её удалось вытолкнуть. — Да птичка, так всегда, — успокаивающе сказал он.