Свобода.

Это была одна из самых тихих ночей за последнее время. При каждом шаге обувь неприятно разносила звук стучания каблуков, что разрушало умиротворённость, заглушая даже прекрасное пение сверчка. Именно из-за этого пришлось идти медленнее, пристально смотря на свои ботинки, чтобы мягко соприкасать подошву с асфальтом, а также обходить уже появившиеся на земле сухие желтоватые листья, которые будто были выжжены лучами солнца, когда оно поднималось высоко над горизонтом, проклиная день за днём всю освещаемую поверхность планеты, а возможно наоборот даря некую милость от того, что создаёт лишь жару, а не уничтожает всё на своём пути. Благо в глубокой ночи иногда лишь выглядывает луна, не неся за собой удушающую жару. Маленький камушек, лежавший посреди дороги заставил забыть о умиротворении, когда попался под ногу и инстинктивно тело напряглось, пытаясь удержать равновесие. Вновь шум единственного шага, который хоть и спас от возможной ссадины, но также и принёс некое разочарование в том, что тишина ночи была разрушена. Теперь не хотелось никуда идти. Даже лёгкий шорох одежды или дыхание воспринималось таким лишним и ненужным, что в один момент захотелось просто остановить работу всего тела, чтобы услышать настоящую тишину, но, к сожалению, этого не возможно было добиться. Оказалось, что вокруг уже был небольшой парк, а это значит — дом рядом. Хотя… назвать заросшую травой, неухоженную поляну с лавочками, которые только жильцы ближайших домов и чинят, парком было слишком тяжело… Асфальт был потресканный корнями деревьев, что уж говорить о бордюрах, которых и вовсе нигде не было. Несмотря на такой плачевный вид этого места, многие всё-равно любили здесь посидеть и поболтать, а дети даже играли среди всей этой травы, которая взрослому человеку доходило до пояса. Почему-то каждому нравилось такое умиротворение, и почти все «сражались» с теми, кто хотел построить на этом месте новую детскую площадку или вовсе поставить какой-нибудь магазин, полностью снеся всё под чистую, а после выстраивая заново уже новое. Никто так и не мог объяснить настолько тёплые чувства к обычной поляне, возможно это из-за воспоминаний детства, возможно из-за чего-то ещё, но вот уже несколько лет этот маленький зелёный островок посреди ужасающе «неживого» города был спасением. Неосознанный шаг в сторону и вот ног уже касается высокая трава, которая, словно колосья выросшего пшена, приятно покачивается от свежего ветерка. Ноги болят. Болят от ходьбы. Болят от обуви. Пальцы ног первыми коснулись прохладной земли, которая будто ласкала и манила к себе всё это время. Обувку никто не должен украсть в такое время суток… по крайней мере на это стоило надеяться, так что оставить её на заасфальтированной тропинке не должно было быть так рискованно. После нескольких шагов вперёд наконец ноги окружила трава, а шелест листьев был более слышим. Сверчок стрекотал где-то совсем близко, но не хотелось тревожить маленькое существо какими-либо резкими движениями, так что каждый шаг был сопровождаем лишь более спокойным дыханием. Движения были лёгкими, будто вместо ходьбы тело медленно плыло по течению, а мягкий шелест волн, разбивающихся о края тела сопровождали это путешествие. Только вместо волн была трава, а перед глазами был лишь тёмное пространство, скрывающее в себе деревья и другие растения поляны. Вскоре взгляд уловил легкий металлический блеск, отражающий свет луны, а через мгновение рядом уже находились старые качели. Холодная цепочка достаточно крепко по виду одерживала деревянное небольшое сиденье, которое выглядело так, будто ожидало, пока на нём наконец прокатятся вновь. Пальцы приятно кольнул прохладный металл, а ноги наконец получили заслуженный отдых, теперь спокойно свисая, иногда касаясь кончиками пальцев земли под конструкцией. Тихий расслабленный вздох подтверждал всё блаженство момента, и вскоре наконец ноги начали постепенно раскачивать качели. Ветерок обдувал всё тело при раскачивании вперёд и назад, позволяя наконец полностью расслабиться и отпустить переживания и тревоги, оставив лишь блаженную пустоту в голове, чтобы хоть на секунду отдохнуть от каждой доли мира, полного людей. Глаза неосознанно закрылись, пока ноги продолжали раскачивать качели, но вскоре поддались умиротворению и тоже спокойно пустились. Это блаженство. Все ощущения слились воедино и подарили нечто новое — чувство свободы. Свободу от всего, что только может тяготить существование, позволив наконец ощутить, что такое жизнь. Настоящая. Без выдуманных проблем, без выдуманного мира вокруг, просто жизнь. Мягкая, полная счастья и наслаждений, позволяя изучать, работать и отдыхать, когда это необходимо. Ещё несколько секунд «полёта» и под пальцами уже не ощущался прохладная цепь, это были лишь холодные потоки воздуха в небе, которые вели каждого по своему пути. Пушистые облака щекотали кожу, заставляя невольно улыбнуться, а само небо было под рукой, до него можно было дотянуться и свиться в едином танце, исполняя прекрасные движения. После того, как пространство вокруг освободилось от очередной мягкой облачной пелены, то вокруг стали видны другие существа и люди, которые так же свободно парили по небу, двигаясь вперёд. У каждого из них был свой рети, свои движения редкого танца и даже звук пробивания через потоки воздуха. Некоторые были более медленные, будто и сами являлись спокойными облаками, которые готовы были просто наслаждаться жизнью, а другие наоборот вырывались вперёд, иногда сгибая прямые потоки воздуха, описывая невообразимые кривые, имея свой собственный танец, выходящий за рамки прямой ветви потока. Несмотря на различную скорость, движения и дуги полёта, каждое из существ всё-равно оставалось рядом с другими, будто не желая терять контакт с теми, кто тоже летели вперёд в неизвестность, преодолевая любые расстояния вместе. Очередное облако приятно омыло прохладой, заставляя на секунду потеряться в ощущениях полёта вновь, будто это был первые удавшиеся секунды получения свободы и независимости в воздухе маленьким птенцом, который отчаянно жаждет покинуть родное гнездо, прикреплённое к тяжёлой земле и взмыть в небеса. Кончики пальцев коснулись прохладной земли. Качели остановились. Перед глазами вновь была тьма, хотя теперь зрение улавливало светящие на небе звёзды и медленно плывущую Луну, которая частично была скрыта листвой деревьев. Пора возвращаться домой.