Линька

      — Господин Фа, я ещё раз вам говорю, с вашим послужным списком шансы выиграть суд у госпожи Фа настолько мизерны, что их смело можно приравнять к нулю, вы только больше моры потеряете, если попытаетесь оспаривать её условия. И в вашей ситуации эти условия ещё и невероятно выгодные, она могла бы потребовать намного больше…       Мужчина с силой хлопнул по столу, обрушивая на жалобно скрипнувшее песчаное дерево весь свой вес.       — Я знал! Так и думал, вы с ней заодно! «Лучший юридический консультант Лиюэ», как же! Спелись с ней и ограбить меня решили, вот только мешок подводных угрей ей, а не мои денежки, так и передайте. Найду другого специалиста, который действительно мне поможет, Вен ещё увидит.       Он удалился из кабинета, продолжая бормотать себе под нос и потрясывая копией встречного предложения распределения имущества от своей — совсем скоро бывшей — жены. Дверь хлопнула, свитки в многочисленных шкафах подпрыгнули с нею в такт. А Янфей уронила лицо в ладони, с силой массируя лоб. Ещё пара таких клиентов, и морщины выступят не хуже, чем у бабули. Она мысленно посочувствовала госпоже Фа Вен: каждый день такое выслушивать…       День не задался ещё с утра: она проснулась с ужасным раздражением в области рогов. Зуд начинался у самого их основания, расползаясь в обе стороны. Вглубь рогов он уходил сотней тонких иголок, внутрь головы же стрелял резкой болью, которая, знала Янфей, не оставит её до самого вечера.       Линька.       Первые несколько минут после пробуждения, пока она лежала, судорожно ворочая головой и стараясь обтереть рога об подушку, Янфей даже подумывала направить в контору письмо-уведомление о том, что она не придёт. Но от этой идеи быстро пришлось отказаться. Если в прошлые годы она и могла отпроситься с работы на недельку-другую, пока внешний вид не придёт «в норму», нынешнее экономико-социальное положение страны требовало максимальной отдачи от всего своего населения. Особенно, если вы магически сильная часть населения, задействованная в сфере юридической помощи и успевшая зарекомендовать себя в ней. Так уж получилось, что Янфей попадала под каждый из этих пунктов. Страдала, что называется, от успеха.       Ей бы не пришлось страдать, угрюмо подметила она, если бы не забота о клиентах. Отпуск Янфей брала вовсе не потому, что стеснялась своего внешнего вида или мучилась от чудовищной боли, мешающей работать. Просто линька, совершенно безболезненная для неё, была крайне кровавым мероприятием. Ткань рогов размякала, слезала слоями и в целом выглядела довольно неприятно. Вряд ли посетители, ошарашенные этими телесными ужасами, успокоились бы, как только узнали, что её саму всего лишь одолевает зуд.       Будто вторя её мыслям, левый рог зачесался с новой силой. Янфей не выдержала и аккуратно поскребла ногтями там, где, по её предположениям, его должно быть не видно за волосами. На пальцах остался похожий на студень кусок кожи, который она поспешила вытереть об панталоны и посильнее прикрыть набедренной повязкой.       Итак, она не могла ни оставить свой пост, ни унять раздражение, а то ещё клиентуру спугнёт. И вот теперь, точно каплей, нарушившей баланс чаши весов, шаткое подобие спокойствия в её душе было окончательно нарушено этой самой клиентурой. Будто бы все самые несговорчивые, взбалмошные и необразованные жители столицы решили собраться в одном месте и в один день, объявив этим местом её кабинет. И каждый их выкрик проходился по натянутой струне её оголённых нервов, как пальцы заправского игрока на цитре. Только вместо звуков музыки из неё выходили одни и те же заезженные строчки торгового или семейного кодекса, которые каждому приходилось разжёвывать по сотне раз. Мигрень жгла лицо и кончики подрагивающих ушей. Янфей глубоко вздохнула. Во имя Лорда Гео, пусть хоть следующий посетитель окажется спокойным…       — Проходите дальше!       Дверь бесшумно отворилась и в кабинет скользнула высокая фигура, чуть-чуть не задевавшая верхнюю перегородку проёма. Мужчина в изысканном строгом костюме опустился на стул напротив Янфей, протянул ей аккуратную стопку бумаг и мягко улыбнулся.       — Доброго дня.       — Господин Чжонли!       Конечно же, она знала, кто перед ней. Консультант ритуального бюро «Ваншэн» начал работать на Ху Тао не так давно, но уже успел стать любимцем Янфей. Наконец-то! Наконец-то, появился хоть кто-то в этой конторе, кто смог донести до госпожи Ху важность регулярных проверок и сдачи налоговых отчётов в установленный срок. Ну, и решил обратиться по этим вопросам к ней, естественно. Янфей могла лишь предполагать, что заполнением документации консультант тоже занимается сам: она никогда не могла придраться ни к одной детали, пока проходилась глазами по рядам каллиграфического почерка. Постепенно это превращалось в пугающую игру, где она пыталась подловить Чжонли хоть на каком-то промахе, хоть на одной ошибке. Ведь все совершают ошибки! Включая саму Янфей! А она, между прочим, была не просто великолепным юридическим консультантом, но ещё и наполовину адептом. И всё же, каждый раз Чжонли удавалось удивить её своей предусмотрительностью по любому вопросу, иногда даже по такому, про который она сама могла позабыть. Янфей клялась всеми богами Тейвата, если однажды мужчина оставит работу в «Ваншэн», она костьми ляжет, но затащит его в свою юридическую компанию. Нельзя такому таланту пропадать.       — Такое счастье вас видеть, вы себе даже не представляете. Ну, чем сегодня меня порадуете? — искренне улыбнулась она в ответ, принимая бумаги.       — Ничего особенного, всего лишь ежеквартальный отчёт о том, что бизнес-предприятие соответствует всем государственным стандартам, заверенным Цисин. Хочу убедиться, что его можно сдавать в текущем виде и мы ничего не пропустили при заполнении, — сообщил Чжонли и, пока Янфей, кивнув, начала перелистывать страницы, продолжил: — Я постарался убедиться, что бюро идёт в ногу со временем. Все материалы, использованные при создании продукции, прошли специализированную проверку на качество, как велит глава три, статья девять Коммерческого Кодекса, при назначении расценок мы опираемся на существующее среднее значение по рынку и не завышаем их более, чем на десять процентов, так как товар не является уникальным предметом роскоши, глава пять, статья шестнадцать, пункт один...       Янфей слушала мужчину отвлечённо, но не перебивала. Ей нисколько не мешало, что господин Чжонли хотел заполнить тишину. А, может, вполне заслуженно хвастался проделанной работой. Или чувствовал себя одиноко и попросту хотел с кем-то поговорить. Она тоже человек, в конце концов, всё понимает. Вдруг её уши встали торчком. Янфей подняла глаза, запоздало обрабатывая информацию.       — Простите, пожалуйста, вы не могли бы повторить, что только что сказали?       Чжонли прервал свой рассказ, слегка опешив:       — Про символику?       — Да.       — «Товары не должны содержать символики, отчуждающей народы за пределами Лиюэ. Альтернативно, они должны идти в ряде моделей, представляющих различные народы Тейвата», глава двенадцать, статья три, пункт шесть. Мы с госпожой Ху Тао лично позаботились о поставке продукции без каких-либо символов гео, Рекс Ляписа и Лиюэ. Я полагаю, заграничным гостям, которые нуждаются в наших услугах, уже может быть довольно некомфортно обращаться в бюро, нет нужды ещё сильнее смущать их внешним видом гробов…       — Нет-нет, это я прекрасно понимаю. Просто, — Янфей подвинула к себе и открыла толстый рукописный фолиант, сразу же отыскав нужную страницу, — насколько мне известно, у этой статьи на данный момент всего пять пунктов, сами посмотрите. Я веду учёт всех изменений в Кодексе.       Чжонли взглянул в книгу и покачал головой, пристыженно улыбаясь. В груди Янфей отчего-то разгорелся довольный огонёк. Вот он, тот день, когда она поймала всезнающего консультанта на промашке! Видимо, Лорд Гео всё же услышал её мольбы и решил хоть немного порадовать своё страдающее от мигрени дитя.       — Вы абсолютно правы, начинаю забываться. Что сказать, госпожа Ниннгуань повадилась так часто менять законы, даже мне сложно за всем уследить.       — Понимаю, самой иногда тяжело бывает, а ведь это моя работа. Ну, не прописанная законом эмпатия всё равно лишней не будет! Вы отлично потрудились, вопросов к документации нет и возникнуть не должно. Можете смело нести это всё Чжао.       Чжонли сердечно поблагодарил её и, поклонившись, покинул кабинет. Янфей откинулась на стуле с лёгкой улыбкой на губах. Вот только… Этот несчастный шестой пункт никак не давал ей покоя. Она ещё раз взглянула на собственные записи. Ни одной заметки дальше пятого не было, хотя ведением книжки она занималась уже не первый год. Янфей помедлила. Она встала и подошла к учтиво — и аккуратно! — закрытой господином Чжонли двери. Выглянула в коридор. В залитом солнечными лучами проходе никого не было. Отлично. Значит, вменить в вину небольшой перерыв ей никто не сможет. Она прихватила свою книгу и направилась в хранилище.       «Хранилищем» в их конторе называли старую пыльную комнату со множеством шкафов, доверху заваленных свитками, книгами, табличками и прочими формами записи информации. Любимой исторической диковинкой Янфей был кусок ночного нефрита, на котором, если верить преданиям, один из смертных управителей Лиюэ в своё время выдолбил закон «Не укради». Реликвия валялась на нижней полке второго слева от входа шкафа, прямо под «Десятью Правилами Успешного Торговца», которые в свет выпустил следующий же властитель.       Янфей прошла вглубь помещения, отыскав стеллаж, каждый отсек которого был пронумерован и подписан. Она помнила, как сама сортировала всю эту литературу в первый год, как устроилась сюда работать. Казалось бы, элементарная работа для стажёра, вот только даты иногда приходилось вычислять, исходя из контекста, сидя с учебником по истории под боком. Но по сей день Янфей была страшно довольна результатами своих трудов. Она наугад вытащила кодекс двадцатилетней давности и начала его листать. Да, её собственные записи были точны и подробны, но вот похвастаться заоблачными возрастными отметками отцовской стороны семьи она не могла и за свои скромные человеческие двадцать пять лет большую часть истории государства лично не застала. Господин Чжонли, по её предположениям, был старше неё лет на десять. Может, он просто обратился к законам, актуальным в годы его юности. Неудивительно, что она про них не слышала.       С пожелтевших страниц кодекса на неё смотрела третья статья. И её пять пунктов. Ну… Ладно. Может, консультант ритуального бюро очень хорошо сохранился. Она вытащила пару других — ощутимо более тонких в сравнении с нынешним — томов, за двадцать пять и тридцать лет назад. Но и они результатов не принесли. Всё те же пять пунктов. Янфей сама не заметила, как во фрустрации чешет рога, пока не почувствовала остающуюся на пальцах кожу и… Ну да, кровь, отлично. Надо будет вытереться, прежде чем возвращаться в кабинет. Она кинула взгляд на полку. Ну не из головы же господин Чжонли этот указ вытянул, ещё и точный текст процитировал. «Может быть, он очень хорошо сохранился», — подумала Янфей, прежде чем потянуться к томам сорокалетней и пятидесятилетней давности… ***       Лесная поляна купалась в лучах позднего летнего солнца. Под ногами Янфей зашуршала трава. Она зашла довольно глубоко в чащу, ведомая присутствием гео, осевшего в воздухе. След был давний и остывающий, но кровь адепта, текущая в её жилах, помогла ей отследить нужный путь, ведущий из юридической конторы в город, а потом и за его пределы, в лес. За рядами деревьев, на поляне, Янфей заметила что-то массивное и тёмное, что не получалось рассмотреть целиком за один раз. Она подошла ближе и замерла.       — Господин Чжонли?       Много лет назад, очень похожим тёплым вечером родители привели Янфей на очень похожую поляну. Отец мягко опустил на траву маленького косоного оленёнка, заплетающегося в собственных конечностях. Оленёнок спотыкался и грозился впечататься носом в землю на каждом шагу, но был до боли активным и любознательным. Этим оленёнком была она. И, должно быть, невероятно комично выглядела со стороны, когда, попытавшись побежать, не привыкшая к своей новой форме, на полной скорости во что-то врезалась. «Что-то» оказалось огромным чешуйчатым носом размером со всё её крохотное тело. Нос хмыкнул, выпуская клубы белёсого дыма, и Янфей тут же почувствовала, как под бледным пузиком разливается тепло. На оленёнка заинтересованно уставились два больших глаза. Светлые зрачки доверчиво расширились, из глубины древней драконьей глотки послышалось урчание. Ящер принял её как свою. Янфей попыталась подобрать под себя распластанные по носу копытца и что-то проблеяла. Вот так и прошло их знакомство с Богом Контрактов — Лордом Гео, Мораксом, её названым дядей. Отец выглядел невероятно гордым, когда рассказывал творцу о его быстро растущей малышке, а ящер покорно выслушивал рассказы своего адепта, склонив к нему гривастую голову. Маленькая Янфей же в это время пыталась поймать и съесть бабочку, развалившись на широкой чешуйчатой спине.       Бабочка была розовая. Отчего-то эта деталь прочно засела у неё в голове. Цвет глаз Лорда Гео она тоже запомнила. Какой-нибудь поэт, наверное, сказал бы, что глаза бога походили на кор ляпис, сияющий в тени отвесных скал. Но Янфей поэтом не была, она была юридическим консультантом и привыкла говорить чёткими однозначными терминами, а потому с уверенностью могла заявить: глаза Моракса по цвету были идентичны кор ляпису, благо, пара экземпляров торчала из земли метрах в двух от них, ей было, с чем сравнивать. И прямо сейчас один из божественных глаз лениво приоткрылся и вновь уставился на неё, как в старые добрые. Она с их первой встречи уже подросла, но сейчас всё равно ощущала себя невероятно маленькой, стоя рядом с древним ящером, занявшим собой всю поляну.       В голове зазвучал раскатистый голос:       — Ты меня выследила?       — Не совсем. Ну, точнее, да, я отправилась по вашему следу, но мне и в голову бы следить не пришло, если б не сегодняшний случай с шестым пунктом.       Дракон добродушно усмехнулся, из его носа снова повалил дым.       — Твои подозрения так сильно разрослись из одного неправильно процитированного закона?       — Да всё бы ничего, Лорд Гео, просто…       На губах Янфей снова расцвела победная улыбка.       — …Вы процитировали пункт, которого не существует уже лет триста.       Прошла пара секунд, прежде чем всё тело ящера затряслось от смеха и Янфей тоже не стала сдерживаться, наконец-то дав волю эмоциям. Все кусочки паззла вставали на свои места: понятно теперь, отчего Цисин так быстро успокоились после похорон. Похороны, ритуальное бюро, во имя Моракса, какая ж она дура… Янфей утёрла рукавом выступившие от смеха слёзы и, вроде бы, наконец, успокоилась. Чжонли вперился взглядом в её рога.       — Сбрасываешь?       — Да. Совсем забыла оттереть. Господи, сколько людей я, наверное, на улице напугала.       — Обо что обдираешь?       — В этот раз ни обо что. Времени нет, надо работать. Пусть сами как-нибудь… Ну, или я потом дома чем-нибудь соскоблю, когда совсем размякнут. В прошлые разы кое-как об деревья… — она теряла уверенность с каждым словом, пока Чжонли, точно разочарованный родитель, серьёзно смотрел на неё, очевидно не одобряя услышанное.       — Янфей. Так нельзя. Ты себе все рога загубишь. Чтобы они росли крепкие и ветвистые, к линьке надо относиться так же серьёзно, как и к регулярному уходу за ними. И за всем остальным телом. Ну вот представь, что ты бы так же зубную боль во имя работы откладывала, пока они сами «как-нибудь» не выпадут. Чтоб я больше отговорок про работу не слышал, поняла?       — Ну тогда…       Она несмело подняла взгляд. Спорить с богом желания не было, но вовсе не потому, что он бог, а потому что говорил совсем как бабуля Пинг. А бабуля за неё очень переживала. Рога у неё и вправду чесались.       — … Тогда мне стоит отправиться домой и обдирать их об деревья?       Ящер вздохнул так тяжело, будто с небес гора рухнула.       — Деревья в округе в основном очень мягкие и податливые, что делает их удобным строительным материалом, но оставляет совершенно непригодными для нужд заточки. У меня есть вариант получше.       Янфей лежала под тёплым драконьим боком и наблюдала за закатом. Со стороны, должно быть, выглядело это дело странно: развалился, обвивая хвостом толстые стволы деревьев, длиннющий ящер, а рядом с ним устроился олень со своей окровавленной короной. Но какая разница? Последний час она, обратившись зверем, самозабвенно расчёсывалась о чужую жёсткую чешую и об тут и там выступавшие из-под неё каменные породы. Надоедливый зуд наконец уступил место приятной тишине в голове. Завтра придётся выслушать замечания о том, что она самовольно с рабочего места ушла, но это всё потом. Янфей выпустила пар, навернув несколько кругов вокруг лениво пыхтящего Моракса, и на сей раз тонкие ноги несли её уверенно, она ни разу не споткнулась. А теперь Янфей отдыхала. Отдыхала от бега и от этого трудного дня.       Очевидно, Лорд Гео всё же услышал её молитвы.