Эпизод №22.

Когда-то в детстве Ким Ю Джин видела, как ребята из подворотни до смерти забили бездомного щенка. Он был худым, испуганным, с огромными глазищами, в которых плескалась самая настоящая боль и одиночество. Пытался сбежать пока силы были, а потом просто дрожал и скулил. Сейчас, лёжа на холодном асфальте, пытаясь ползти и теряя сознание от боли, Ким Ю Джин почему-то вспомнила того щенка. Она была такой же... Забитой жизнью и чужими руками, никому не нужной и ни в ком не нуждающейся, но, отчаянно тянувшейся к первому, кто не ударит, а погладит. Ким Ю Джин и не думала, что умирать — так больно. И не думала, что это произойдет вот так... Но, последние силы вытекали из её тела вместе с кровью и девушка даже дышать без боли не могла. Последнее, что она увидела — это фары, слепящие глаза.

Минутой позднее...

Лежащую на асфальте, истекающую кровью девушку, они закрыли собой. Четверо парней встали перед ней в шеренгу, останавливая слепо несущуюся на неё машину. Подбежавший к девушке парень суетливо опустился рядом с ней на корточки, проверяя пульс. Увидел ножевое ранение. — Босс, мы нашли её. Ким Ю Джин казалось, будто она наблюдает за всем происходящим со стороны. Наверное, ей становилось хуже, раз даже чувствительность настолько притупилась. Рядом мелькали разные лица, чужие и незнакомые, но в какой-то момент девушка поняла, что смотрит в те самые чёрные глубокие глаза, в которые она падала, как в бездну. Потом её несли на руках. И Ким Ю Джин почему-то казалось, что несли её знакомые руки. Те самые. В следущий раз открыв мутные глаза, девушка осознала себя лежащей в машине. Её куда-то везли на большой скорости. Её голова покоилась на чьих-то коленях, сверху она была укрыта тёплым чёрным пальто с умопомрачительным запахом одеколона, а её рану зажимала рука. Ким Ю Джин всё понимала. Она успела. Он успел. Через силу вздохнув, девушка приподняла ослабевшую руку и положила свою ладонь поверх его. Всё было в крови, но это никого не смущало. Девушка почувствовала, как он сжал её руку крепче и, в этот момент, ей вдруг стало тепло, так тепло и хорошо, что голова закружилась и внутри, помимо боли, потихоньку нарастало что-то ещё — живое, пьянящее, горячее... красивое. И нахлынуло необъяснимое чувство покоя. Защищённости. Эта рука держала её, тянула к жизни, делилась теплом и спасала. У Ким Ю Джин потекли слезы от облегчения, когда длинные, удивительно бережные пальцы, коснулись её лба, проверяя температуру и лёгко стёрли засохшие пятнышки крови. Она собиралась сказать, что ей жаль... Что он не обязан её спасать, что у него очень тёплые руки, что, очевидно дорогущее, пальто будет теперь безнадёжно испачкано кровью, но... Мысли путались. Ким Ю Джин просто повернула голову, уткнулась лицом ему в живот и сдалась, теряя сознание. Успев только ощутить, как Дэвид Мён прикоснулся к её волосам.