Часть 1

Теплый летний вечер. Солнце уже село, но небо еще не утратило своих теплых цветов. Где-то в далеке черной тенью на город надвигался грозовой фронт, в воздухе пахло озоном. С одной стороны неба расплывались оранжеватые оттенки заката, с другой же – всепоглощающая темнота. Какой контраст, не правда ли? В маленькой квартирке на верхних этажах у окна сидела девушка. Теплая кружка с горячим чаем, погашенный на кухне свет и медленно исчезающая во мраке улица; только возле фонарей оставались островки света. В черном небе блеснула молния. Раздался гром. А после снова тишина. Удивительно, на самом деле. Обычно в это время достаточно шумно, но сегодня так непривычно тихо... словно город вымер. Одиночество шепотом прошло в комнату, не прикрывая за собой дверь, впуская пронизывающий до костей сквозняк свободно гулять по полу, подошло сзади и положило свои ледяные руки на плечи, холодным вздохом коснувшись чутких ушей, указывая на милующуюся парочку под фонарным столбом. Неприятно кольнула зависть и обида. Так каждый раз, стоит увидеть, как двое людей могут быть счастливы вместе, как они любят друг друга. Так каждый раз, стоит понять, что это то, чего у меня нет, что это то, чего так безумно не хватает. Наверное, не правильно завидовать им. Наверное, не правильно чувствовать это все. Парень и девушка в последний раз поцеловались, размыкая нежные объятия, и девица упорхнула в соседний подъезд. Ее возлюбленный еще постоял какое-то время у фонаря, смотря ей в след, затем тепло улыбнулся, помахал рукой на прощание и ушел в темноту. Я снова осталась одна. Одиночество за спиной хитро улыбнулось, запуская свои корни все глубже в потемневшую от пыли душу. А может и не нужно оно мне все? На улице уже совсем темно, гроза все ближе, вот-вот хлынет дождь. Чай почти остыл, больше не даря свое тепло, а кухня медленно остывала, продуваемая сквозняком. Но уходить не хотелось. Не хотелось закрывать окно, включать свет, отогреваться, готовить ужин, ложиться спать. “Еще чуть-чуть, совсем немного.. Хочу остаться.” В полной тишине, в вечной темноте, в глубоком одиночестве… В окно ударились первые капли дождя. Громкий стук выдернул из мыслей и ощущений, он все усиливался, учащался, разгонялся. Капли ударялись обо все: листву, асфальт, машины, припаркованные у подъездов, окна, подоконники, о макушки тех единиц, кто не успели добраться до укромного жилища, рискуя промокнуть до нитки. В мое окно тоже лилась вода, но пока это не так страшно, еще можно потерпеть. Воздух насытился запахом дождя. Сверкнула молния, отразившись в темных глазах, смотрящих в такое же темное небо, как мимолетное виденье, она мелькнула, сразу же исчезнув, и только в холодной квартире, на подоконнике кухонного окна в темных глазах, смотрящих на ночное буйство природы, в ответ что-то вырвалось. Такое маленько и незаметное, будто его и нет вовсе. Дождь все усиливался… В дверь постучали. Девушка вздрогнула, вываливаясь из размышлений. Потерянным взглядом посмотрела в чернеющий коридор, спустилась с подоконника, на онемевших ногах, пошатываясь, пошла в сторону входной двери. По охладевшему полу все еще стекал ледяной ветер, обволакивая босые стопы как горная река. Из открытого окна летели капли дождя, стекая вниз, образовывая лужу, звучным эхом отзываясь на стенах крохотной кухни. Темная тень одиночества скользнула вслед за тусклой фигурой. Ветер резким порывом ворвался в квартиру, развивая растрепанные волосы, вызывая новую волну зябких мурашек. Снова раздался стук в дверь. “Кто мог прийти сюда?” Где-то в замутненном сознании мелькнула мысль, но, не успев сформироваться, исчезла. Слегка приоткрыв дверь, впуская в коридор теплое освещение подъезда. Тусклые глаза уставились на лицо напротив, не веря, что видят правильно. Дыхание сперло, брови взлетели на лоб, по телу пронесся легкий электрический импульс. Радость заклокотала в груди, распирая, взрываясь, как сотни тысяч фейерверков. Раздался гром. Только что тусклая тень с радостным криком бросилась на шею к только что пришедшей девушке. Глаза слезились от счастья, руки сплетались за спинами, улыбка, далеко не идеальная, но такая чистая, озарила лицо. - Не могу поверить, что ты правда тут! Это... Как это? Ха-ха-ха!- слегка дрожащим от радости голосом, она не могла поверить своему счастью. Одиночество обреченно ушло вниз, во тьму. - Решила сделать тебе сюрприз, а тут, видишь, ливень зарядил такой, я и зонтик не взяла даже. На светловолосой девушке и правда не было сухого места. С тихим чертыханием, хозяйка квартиры затащила насквозь промокшую гостью в квартиру, включая свет в коридоре. Началась мелкая суматоха. Быстро закрыть окно, кинуть тряпку на мокрый пол, достать полотенце… - Возьми. Вытрись, я сейчас принесу сухую одежду. - из-за стены высунулась растрепанная девушка и кинула полотенце подруге, убежав в соседнюю комнату. Послышалось тихое ворчание и стук открывающихся шкафчиков. Поймав пушистое полотенце, она стала вытираться, немного умиляясь происходящему. Квартирка наполнилась теплым светом, легкими улыбками, приятной суматохой и трепетным счастьем, пока на улице завывал ветер, бушевал ливень и рокотала где-то в небе молния. Как маленькая сфера света в темноте, внутри пока еще прохладных комнат оживал новый мирок. Спустя еще какое-то время, переодевшись в сухую одежду, а кое-кто наконец расчесавшись, они сидели на диванчике в комнате. На стене со светлыми узорчатыми обоями висела гирлянда, разливавшая теплый свет по всей комнате. у диванчика в шотландскую клетку стоял маленький столик с дымящимися на нем кружками с чаем. С потолка свисали причудливые фигурки из бумаги: журавлики, маленькие фонарики и звезды. - Я так рада, что ты пришла! Мне было очень одиноко, знаешь.. и… я скучала. Они сидели в еле освещенной комнате, прислонившись друг к другу, молча наслаждаясь, в тоже время будто рассказывая обо всем. - Я тоже скучала.