Глава 4. Change

Do you feel a change coming on, Rolling out of the blue like a storm? And it`s throwing your dollhouse world in disarray... (c) Poets of the Fall — Change

             На шоукейсе 2020 года Янгми выступала в составе девичьего юнита. И снова предсказуемо провалилась.       Ли Но смотрел запись и хмурился. Да, «3eally» прекратили тренироваться вместе, но виделись довольно часто. В коридорах, в столовой, на съёмках внутренних шоу, где трейни, бывало, выступали массовкой. Перебрасывались простыми фразами — привет, как дела, что нового — и расходились, каждый своей дорогой. Однако Ли Но была небезразлична судьба Янгми, и он старался отслеживать её успехи, хоть и не подавал виду. Он не мог забыть о том, как трейни помогла ему в те тяжёлые дни, когда он был исключён из группы, и желал когда-нибудь отплатить ей за это.       Номер с шоукейса был максимально девчачьим: милый ванильный концепт, школьная форма с гольфами и плиссированными юбками, танец с элементами эгьё и слишком простая вокальная партия. Образ девочки-конфетки был проторенной дорожкой, по которой шло большинство трейни. Но вот Янгми он совершенно не подходил. Она затерялась в этом обилии милоты, слилась с другими участницами, так ни разу и не использовав возможность выразить себя.       Как будто делала это нарочно.       Тем же вечером он выловил её в толпе трейни и со словами: «пошли поговорим» уволок в тихий закуток у пустых вокальных залов. Янгми шла неохотно и косилась на него с подозрением, но всё это было объяснимо, учитывая, сколько времени они нормально не общались.       — Я смотрел запись шоукейса, — сообщил ей Минхо, когда они остановились. — Ну вот скажи мне, неужели ты действительно хотела дебютировать с этим? Это же не твой уровень. Ты же понимаешь, что тебе не место рядом со сладкими девочками?       Янгми пожала плечом.       — Никто не говорил про дебют. Я просто надеялась не вылететь из состава трейни.       — И потому не нашла ничего лучше, чем влезть в девчачий юнит?       — У меня не было других вариантов! — огрызнулась она.       — Был. Ты могла выступать соло.       — И привлекла бы внимание Пак Джинёна к своей персоне раньше времени! Спасибо, не нужно мне такого счастья. Я дебютирую тогда, когда сама захочу!       Точно так же она говорила и раньше. Минхо вспомнил, как в один из дней, когда «3eally» всё ещё занимались втроём, у них зашёл разговор о дебюте. Янгми тогда высказалась довольно строго:       «Я не собираюсь дебютировать, пока сама не сочту, что готова к этому. Я не хочу, чтобы JYP распоряжался мной как ему вздумается».       Эта фраза тогда сильно поразила Минхо. Но потом он стал узнавать её лучше, и когда однажды они заговорили о своём прошлом, о детстве, Янгми неохотно сказала несколько фраз, которые целиком и полностью объяснили и её танцевальный уровень, и акцент, и дерзость в высказываниях.       «Я родилась в Корее, но моё детство прошло в России, на Сахалине. Когда мне было тринадцать, родители развелись, и мы с отцом вернулись в Сеул».       Это пояснение расставило всё по местам. И слишком мощную подготовку по гимнастике — Россия всегда по праву считалась одной из сильнейших в этом направлении; и черты характера Янгми — живой ум, упрямство, чуткость, смелость; и смешение менталитетов — русское свободолюбие, упакованное в аккуратные рамки корейской скромности, но прорывающееся наружу в те моменты, когда она переставала контролировать себя.       Тем не менее, шли годы, а Ли Янгми всё ещё находилась в составе трейни.       — Ты слишком строга к себе, — мягко пожурил её Минхо. — Ну что за упрямая девочка...       — Оппа, ну чего тебе от меня надо? — устало спросила Янгми. — Ну не дебютировала я, и что? Какое тебе дело?       Ли Но замешкался на секунду. Сказать — не сказать? Потом таки решился.       — Я переживаю. Серьёзно, Ми. А ещё я соскучился.       — Пфф, — она вмиг успокоилась. Пожала плечом, изображая равнодушие и стараясь скрыть под этой маской охватившую её радость. — И потому начал отчитывать, как нашкодившего ребёнка? Замечательный способ, аплодирую стоя. А вообще мог бы и написать. Мой номер телефона у тебя есть. Ликс вон...       Тут она осеклась, сообразив, что сболтнула лишнего, но Минхо уже напрягся, словно готовящийся к прыжку гепард.       — Вы с Феликсом переписываетесь?!       — Ну... давно уже. А что такого-то?       — И молчали! — рассердился Ли Но. — Конспираторы! Скажи ещё, что тренируетесь вместе!       Янгми не успела скрыть улыбку. Он уставился на неё, ощущая, как по коже от волнения пробежали мурашки.       — Да ну брось.       Улыбка стала шире.       — Да вы издеваетесь! — возмутился Минхо. — Даже не позвали!!       — Ну оппа-а... — протянула Янгми, явно подлизываясь, и схватила его за руку. — Ну мы же редко. Понемножку. Тебя в это время часто в агентстве не бывает, или ты занят... Ну приходи в следующий раз, хочешь?.. Я напишу, когда.       — Хочу, — сказал он жёстко. — И только попробуй не позвать!              Конечно, теперь «3eally» не удавалось собираться так часто, но всё же эти встречи были для них словно глоток свежего воздуха. Без камер и лишних глаз, без ограничений по времени, музыке и способностям, они могли импровизировать и придумывать новое, оттачивать свои навыки и обучать друг друга. И поэтому никто даже не удивился тому, что спустя некоторое время к ним присоединился и Хёнджин.       Сильная только в части трюков и гимнастических элементов, в импровизации Янгми, конечно, не могла равняться на них троих. Но старалась. Выкладывалась. Тянула себя до того уровня, когда движения сами ложатся на музыку, когда танец выплетается на автомате, позволяя сделать упор на эмоции и драматическую составляющую номера. У неё не было преимущества в виде индивидуальных тренеров и хореографов, у неё не было группы. Даже подруг толком не было — она шла к своей цели одна. Сплетничать в столовой, болтать в коридорах, проводить время в перерывах, налаживая социальные связи — стоило бы, но вечно было некогда. Надо было работать, и она работала.       Для общения ей было достаточно Danceracha. Заботливого и привычного Минхо, улыбчивого и позитивного Феликса и пока ещё непонятного, закрытого, но такого незаменимого Хёнджина, который оценивал успехи и неудачи Янгми без флёра эмоциональной привязанности — холодно, чётко и безжалостно.       — Ну, что скажешь? — как-то раз тихо поинтересовался у него Минхо, когда младшие разминались в другом конце зала. — Стоит оно того?       — Однозначно, — кивнул тот. — Посмотри на Феликса. Если даже нам есть чему поучиться у неё, то ему работа с ней точно идёт на пользу.       Минхо и сам это видел. Наблюдая за совместной работой Ёнбока и Янгми, он начал соображать, откуда в Феликсе вдруг стала проявляться некая взрослая грация. Он уже не был мальчишкой-юнцом, в повадках появилось больше сексуальности, уверенности и точности, и раньше Минхо списывал это на влияние Хёнджина с его по-кошачьи вкрадчивой манерой исполнения. Но во всех движениях Феликса присутствовали обманчивая мягкость и завлекающая точность, заставляющая смотреть — отличительная черта Янгми, которую он у неё, похоже, и перенял.       «А ведь он в принципе стал взрослее», — подумал Ли Но. Он уже давно замечал, что солнечные улыбки и наивные взгляды Ликса на сцене всё чаще стали сменяться дерзко прищуренными глазами и призывно приоткрытыми губами, и вот в этом уже был виноват не только Хёнджин, но и, чего греха таить, он сам. Сценические образы прилипали к ним слишком сильно и переносились на реальную жизнь слишком легко. И накладывали свой отпечаток на общение в том числе и внутри группы.       Они все так или иначе влияли друг на друга. Особенно старшие. И если Сынмин и Чонин пока ещё этому влиянию не особо поддавались, то в отношении Хана и Феликса это было особенно заметно. Тем не менее, Минхо всё равно не мог заставить себя воспринимать Ёнбока как взрослого, и именно на этом впоследствии и облажался.              Глаза ему открыл простой случай.       Подойдя однажды к двери комнаты для тренировок, Минхо увидел Ми и Ликса, сидящих на полу у зеркала, спиной к двери. Они смотрели на экране телефона какой-то ролик. Янгми вдруг охнула, прижала пальцы к щекам.       — How do you make this slow move?!       Ли Но уже давно привык к тому, что между собой они говорили на английском, и потому не удивился.       — Just technique, — усмехнулся Ёнбок. Янгми заторможенно кивнула, не отрывая глаз от экрана.       — ...Gosh, — шепнула она. — What are we... doing? What are you, Lix? Total fire...       — Naur, it’s you. Your skills and...       Феликс запнулся и вдруг смутился, до такой степени, что не знал, куда девать взгляд. Янгми смутилась тоже, и на её щеках помимо залившего лицо румянца проявились два белых пятна — ровно там, где острые скулы словно готовы были прорвать тонкую кожу.       Очень медленно, осторожно, словно боясь спугнуть, Феликс поднял руку и коснулся согнутым пальцем этого пятнышка на правой щеке Янгми.       И именно в тот момент Ли Но осознал то, что видел раньше, но на что упрямо не обращал внимания. То, насколько иными стали отношения между этими двумя. Их многозначительные взгляды и смущённые улыбки; перешёптывания и невесомые, украдкой, прикосновения; совпадения интересов и слишком большое количество общих тем для разговоров. И ещё кое-что, более глубокое, на одном уровне с инстинктами. Не осознанное толком даже ими.       Чёртову химию.