Глава одинадцатая, интерес руки

Подворотни двадцать второго района. Четвертый час ночи.

— Ублюдков! Вроде! Тебя! Я! Стираю! В порошок! — высказывал своё недовольство смуглый сероволосый накаченный громила, сопровождая каждый выкрик ударом по голове корректировщика Цвая, методично превращая лицо того в месиво. Но не убивая — здоровяк четко дозировал силу, чтобы причинить максимум боли, прежде чем забить свою жертву. — Вот! Получи! По морде!       Каждый удар громким эхом раздавался по помещению, успевшему за последний месяц побывать убежищем для многих группировок, сгинувших в итоге в библиотеке. Теперь же сюда заявилась переночевать банда громил, гордо именуемых синдикатом «Бродячие псы». Это были накаченные, мускулистые хмурые молодые парни и девушки, чьи тела были украшены аугметическими татуировками.       Их главарь, прямо сейчас забивающий одного из корректировщиков насмерть в назидании остальным, был одет облегающую тугие мышцы черную футболку, брюки свободного кроя и ботинки. На руках были черные обмотки и каждый палец венчал перстень, а на шею была накинута массивная металлическая цепь. — Довольно, Гьён-ми, — попытался его урезонить другой член синдиката, седовласый пацан с хаером, сверкающий голым торсом с покрытыми татуировками руками и одетый в узкие брюки с массивным шипастым поясом и кроссовки. На правой руке и шее мулата были шипастые браслеты, а в левом ухе несколько клипс. На фоне других членов синдиката худощавый парень выглядел не так уж внушительно, но поджарая фигура скрывала под татуировками силу лишь немного уступающую главарю, при даже несколько лучшей маневренности. — Избиение их до смерти не принесет нам никакой пользы. Двадцать второй район, может, и наша территория, да и эти дебилы, может, из шестой секции, но не забывай, что мы имеем дело с целой ассоциацией. У нас будут большие неприятности, если ты перебьёшь их всех.       В этот момент ещё несколько корректировщиков ассоциации Цвай, связанный по рукам и ногам дружно вздрогнули. Они уже были согласны рассказать и сделать всё что угодно, лишь бы их отпустили, да вот беда — нужно синдикату информации у них просто не было. Их дорогой директор унёс её с собой в могилу. Впрочем, главный источник их страха были вовсе не сами громилы, а те кому их могли отдать на прокорм или чего похуже. Дело было даже не в районе вкуса, до которого было всего пару кварталов. Нет, мясников они не боялись. — Если бы! Этот! Ублюдок! Вальтер! Сдержал! Своё! Обещание! Мы бы! Не попали! В такую! Передрягу! — однако Гьён-ми проигнорировал слова своего друга, продолжая избиение, уже плавно переходящее в казнь. Будь он обычным человеком, то уже сбил бы костяшки пальцев в кровь, но аугментические татуировки значительно усиливали и укрепляли тело носителя, позволяя забивать противника буквально голыми руками. — Нам! Нужен! План! Гнезда! Двенадцатого! Района! Дино! А он! У Цвай! Мы должны! Преподать! Этим! Уродам! Урок! О том, как важно выполнять обещания!       Напоследок Гьён-ми уже перестал контролировать дыхание и вместе с последними словами в три удара превратил рёбра в крошево, добавляя мук и без того обречённому корректировщику. Бедный командир данной группы уже жалел, что недавно поменялся контрактом со своим кохаем, Гином, недавно сгинувшим в библиотеке, однако, к сожалению, прошлого было не вернуть.       Вальтер послал эту группу уточнить информацию о библиотеке и странных солдатах у верхних чинов ассоциации, но на обратном пути тех перехватили, часть перебили на месте, а часть связали и притащили сюда, где теперь пытали, силясь узнать местонахождение пропавшего директора. И тот факт, что эта группа ушли раньше, чем пропал директор абсолютно никого не волновал. — Скоро наступит ночь, а Большой палец с нами так и не связался, — нервно подметил тот же седовласый, осторожно выглядывая на улицу, попутно проверяя время на часах, отжатых у одного из захваченных им корректировщиков. — Чистильщики могут прийти по наши задницы в любую минуту.       На часах было уже пол четвертого ночи и время, со страхом называемое горожанами «Ночь в Подворотнях» длилась уже чуть больше пятнадцати минут. И то ли найденное ими убежище было достаточно надежным, в чем были большие сомнения, иначе оно было бы занятым хотя бы крысами, то ли у ночных хозяев подворотен были другие дела. В любом случае банда выбрала это убежище лишь из-за того, что оно имело ровно один узкий вход через который чистильщикам будет трудно пройти. И где их можно будет легко держать до конца ночи. — Мы тут проливали кровь, собирая информацию об искажении для этого ублюдка, Вальтера, и вот так он решил нам отплатить? — возмутился лысый мулат с тканевой маской на лице, одетый в черную майку, свободные сине-серые камуфляжные штаны и высокими сапогами, цепко следя за схваченными корректировщиками, одного из которых Гьён-ми уже почти добил. Не то, чтобы ему нравилось подобное неоправданное насилие, но и мешать своим товарищам тот не собирался. — Хорошо ещё, что последняя стычка с фанатиками из церкви шестерёнок закончилась малой кровью, — попытался подбодрить остальных Дино. — Не знаю, куда подевался их главарь, но без неё добить оставшихся чокнутых было нетрудно. Недавняя стычка с церковью шестерёнок, странными культистами, начиняющими своё тело столь же грубыми, сколь опасными механизмами, обещала быть тяжелой, но буквально за день глава церкви забрала большую часть последователей и куда-то с ними смылась. Они и так не собирались нападать на их главную нычку, так что в итоге не потеряли и четверти состава их не такого уж большого синдиката. — Ващет их глава не человек… — нервно подметил лысый мулат, собиравший слухи о об противнике с того самого мига, как стало понятно, что их синдикату придётся с ними столкнуться.       Слухов было много, часть были ложью, за что их источники поплатись ребрами, зубами или черепами, но мулату удалось выяснить, что глава церкви обладала странными способностями. А ещё из её головы торчали вращающиеся шестерёнки. Кто вообще будет вставлять в свою голову подобный механизм? Так что мулат был убеждён, что кем бы ни была эта чокнутая, но уж точно не человеком. Порождением крыльев, тварью с окраин, да чем угодно, но не человеком. — Мы вкалывали как проклятые, добывая всякое барахло из той церкви, и всё ради чего? — начал изливать недовольство Дино, попутно всматриваясь в проход и вслушиваясь в малейших шорох. — Если мы не сможем передать план двенадцатого района Большому Пальцу… Что за х*рня? А ну притихли!       Резво сменив пластинку, громко приказал Дино остальным и даже Гьён-ми решил временно остановиться. Это была дерзость, да, но его подчиненных не был идиотом и не стал бы дерзить просто так. В крайнем случае бы Гьён-ми просто заставил того проставиться. Но это был не тот случай, ведь Дино слышал вдалеке скрежет стали и шипение… И ещё что-то непонятное. — Что там, Дино? — спокойно полушепотом спросил мулат. — Крылья его знает, Зулу, так что заткнись и не мешай! — раздраженно ответил Дино лысому мулату, а после продолжил вслушиваться в далекие звуки. Никто не смел перечить ему, включая Гьён-ми, так как даже он уважал слух Дино и его чуйку на неприятности. — Звучит так, словно там те фанатики с кем-то грызутся. Да ещё и пыхтят также, как когда мы их взбесили в последней стычке. — Разве мы не перебили их всех? — недоумённо спросил Зулу. В последней стычке они действительно перебили всех последователей церки шестерёнок в ближайших кварталах. — Значит пришли ещё, — раздраженно бросил Гьён-ми, тут же выплескивая злость в очередном ударе по лицу корректировщику. — Неважно. Это их проблемы.       Хоть каждому из присутствующих, включая недобитых корректировщиков, было любопытно, с кем там схлестнулись эти чокнутые фанатики, но лезть на разведку никто не собирался. Неважно, кто стал их противником — максимум на что они успеют посмотреть, так это на то как слетевшиеся на шум чистильщики дорезают выживших.       И их заодно, если они туда сунуться, а потому все присутствующие переглянувшись дружно решили вести себя потише, а корректировщикам и вовсе от греха подальше завязать рты — может их синдикат и создавал себе грозную репутации, но они четко осознавали своё место в жизни и свои шансы на исход боя с неумолимой ордой ночных хозяев переулков. — Если мы налажаем, то всё, что нам останется — это получить от Капо люлей за провал, — решил продолжить разговор Зулу, как ни в чем не бывало. Это бы даже звучало убедительно, не говори он почти шепотом. — Не стоило нам заключать сделку с ассоциацией, — Дино же ситуация начинала нервировать всё сильнее. Пусть чистильщики наверняка и с гарантией задерут новых последователей, однако был риск того, что они могут стать следующей их целью. — Но ведь Вальтер не идиот. Может быть, с ним что-то случилось, — предположил Зулу, начав рассуждать логически. — Пускай этот старпёр и скользкий как угорь, но он как-никак директор шестой секции у Цваев. Кроме того, обычно он оставлял работу в поле своим людям. Быть того не может, чтобы он внезапно взял и подох.       Можно было сказать, что несмотря на грозный вид вышибал он был здесь самым мозговитым. По крайне мере достаточно прошаренным, чтобы носить при себе в дополнение к собственным аргументированным кулакам замечательную игрушку мастерской на случай противника, которого будет сложно забить голыми руками. — Всякое могло случиться, — не согласился Дино. И был прав — в подворотнях многое было переплетено и даже оператор ассоциации мог внезапно раствориться в тенях без единого следа, если на то была воля случая. Или чья-то ещё. — Ну охереть теперь, ты его убил! — прокомментировал Зулу то, что побитый Гьён-ми корректировщик более не подавал признаков жизни. Вырубился ли он или окончательно отбросил коньки — едва ли это имело значение. В любом случае это сулило целую прорву проблем. — Да и этих выродков добить тоже придется, — кивнул он в сторону повязанных. — Плевать, что они были лохами из Секции 6, такие потери заставят ассоциацию выслать за нами вторую и третью секции чуть ли не в полном составе! Цвай пошлёт целую армию Корректировщиков.       А в это время, уже списанные в безвозвратные потери корректировщики в ответ могли только мычать из-за, сделанных из их же только что оторванных рукавов, кляпов. Однако со своей судьбой те все ещё не смирились и собирались при любых обстоятельствах бороться за свою жизнь. В ассоциации нельзя было выжить, если у тебя не было определённо доли прозорливости, наглости и готовности идти на риск. — Ты как всегда… — недовольно покачал головой Дино. Пусть громила и был главой их небольшого, но весьма грозного синдиката, да и думать умел, однако в противовес был вспыльчив и легко шёл на поводу желания разнести всё вокруг. — Впал в слепую ярость и разнёс чужие кости и кишки в пух и прах. — Фух… Эти сукины дети… Фух… Должны были понять то, как важно держать слово, — сам здоровяк в это время переводил дух. Его татуировки и аксессуары давали ему просто колоссальную в рамках синдиката их уровня силу, однако сильно нагружали организм и требовали перерыва между сеансами кровавой вакханалии. — Надеюсь, у тебя есть запасной план на тот случай, когда Цвай придет «поблагодарить» нас за этот урок? — спросил Дино, прекрасно при этом понимая, что плана-то скорее всего нет и уже прикидывая куда бы они могли сныкаться на время ночи. Выходило пока что, что им лучше всего окопаться прямо здесь, законопатив проход и выставив дозорных на случай внезапной облавы. — Взгляните-ка, — однако вопреки предположениям Дино, у Гьён-ми план был. А ешё конверт в кармане брюк, который он сейчас и передал свои товарищам. — Конверт? — недоверчиво спросил Дино, беря в руки бумажный конверт и раскрывая его, чтобы тут же вчитаться в содержимое. — Это же Приглашение в Библиотеку, — с ходу узнал увиденное Зулу. Библиотека Руин и приглашения ведущие в неё хоть только недавно стали городской легендой, однако уже были на слуху в двадцать втором районе. Множество противоречивых слухов постоянно образовалось и опровергалось, в виду ненадёжности их источников, денно и нощно, а сейчас видимо предстояло их проверить. — Стопэ, среди перечисленных «книг дня»… Есть… Книга Вальтера? Вот оно что. Так у тебя всё это время был план! — догадался Дино. — Чё… — а вот Зулу наоборот завис, обдумывая слова. Чтобы тут же возмущенно прикрикнуть, перестав следить за громкостью голоса.— Гьён-Ми! Значит, ты громил шестую секцию, зная, что Вальтер умер в Библиотеке? — Я должен был проучить этих мразей! — самоуверенно ответил Гьён-Ми. Здоровяк и сам успел проверить слухи, да и носимые этим отрядом корректировщиков документы вчитался, так что методы библиотеки были ему известны. — И то что они часть Ассоциации ничего не меняет! — Тише, — снова возмутился Дино, уловив среди все ещё раздающихся звуков сражения что-то совсем уже странное. Помимо уже знакомого грохота стали и пыхтения дыма вдалеке слышалось ещё что-то очень необычное. Было очень похоже на… — Песня? — полушепотом спросил сам у себя мулат, так же как и Дино расслышав громкий женский голос, нараспев тянущую какую-то молитву. — Что за идиотка будет петь так громко в такое время?       Чистильщики безжалостно обыскивали подворотни каждую ночь. И привлечь их мог малейших шорох. Столь громкая же песнь наверняка собрала чистильщиков со всей округи. — Умолкни, — коротко бросил Гьён-ми, видя что Дино все ещё пытался вслушиваться. — Не знаю, кто это, — неуверенно ответил Дино. — Но, кажется, она приближается…

Библиотека Руин. Этаж общих работ. Акума.

— На самом интересном месте, — недовольно высказываю, так как видение прервалось именно на самом интересном месте. Я почти вспомнил, кому принадлежит этот чертов голос, но вместе с видением оборвалась и нить воспоминаний. Жаль, но придётся смирится с этим. Пока что. — Это какая-то особенная мистика библиотеки? — Приглашения показывают нам лишь момент, когда гости решают посетить библиотеку, — флегматично ответила Анжела, хотя наверняка и сама была недовольна столь резкой концовкой. Что также исключало вариант намеренного обрыва показа с её стороны. Нет уж, Анжела явно умеет в лицедейство, но сильно этого не любит. — К сожалению, я лишь заимствую силу приглашения. Поэтому мы не сможем получить большей информации, пока не примем гостей. — Досадно, печально, ну да и ладно, — вяло отзываюсь, попутно используя книгу Ольги. Сама одежда, пусть и весьма качественная, меня мало интересовала — слишком не привычна в ношении, чтобы лишаться подвижности в размен совсем уж скромной разницы в прочности.       А вот скрывающийся под рубашкой бронежилет скрытого ношения уже вещицей добротной весьма и весьма был. Конечно, будучи созданным для скрытого ношения в плане защитных характеристик тот был весьма посредственным, но надетым поверх моего алого кимоно тот идеально реализовывал его преимущества.       Технологии города иногда позволяли просто невероятные вещи и моё кимоно могло погасить чудовищную инерцию удара, равномерно рассеяв, но лишь если поверх будет что-то способное принять удар на себя. Без защиты поверх само кимоно слишком быстро придёт в негодность.       К слову, помимо своей основной функции бронежилет служил ещё и своеобразным корсетом-биндером. Может кто-то посчитает подобное даром, но как по мне, так это уже проклятие. Даже жалко как-то эту девушку — не представляю какого было её плечам и спине. А они ведь даже не были аугментированы! — Нас почтил своим присутствием целый синдикат. Мускулистые парни, да и аугментические татуировки на каждом, только как шкуру не крепи, а под добротным клинком та сама расползётся, так что хватайте пилы, да мечи, — отдаю приказы своим библиотекарям, попутно облачаясь в броник и приторачивая пилу Ольги к поясу. Запасное оружие не помешает, а моё кодати на эту роль слабо годится. Это клинок для защиты, а не атаки.       Небольшое, сантиметров тридцать, полотно цепной пилой притороченное к полуметровому древку сбоку, на манер топора. Выглядит несколько хтонично, но девчушка орудовала им с поразительной быстротой, да и для меня оружие тоже весьма лёгкое. Люблю топорики, даже если это цепная пила. Не шибко может и эффективно, но иногда бывают моменты, когда безжалостный взмах топора лучше десяти взмахов сабли.       Ну а последующий громкий визг цепной пилы лишь довершит дело. Все же есть что-то такое, очаровывающее, в том, как во все стороны хлещёт кровь и разлетаются куски снаряжения и плоти.       Подготовка как и всегда не заняла много времени. Хотя мне определённо стоит раскрутить Анжелу на пополнение коллекции трофеев и как минимум оставить себе этот бронник. Да и есть что-то такое ностальгичное в том, чтобы собрать себе снаряжение из трофеев. Вспоминаются времена, когда я в одиночку бродил по улицам города. Разве что без питья крови и поедания мяса убитых, дабы не слечь рядом с истощением организма… — Думаешь, мы успеем? — взволнованно спросил Дино, первым входя в библиотеку. Выглядел он при этом куда грязнее, чем во время процесса приглашения. Кажется, кто-то потрепал синдикат, перед посещением библиотеки. — Времени в обрез. — Выбора нет, — жестко отрезал Зулу, так же имевший вид несколько потрёпанный. — Или мы успеем, или нам конец. От рук большого или той суки, разница невелика.       Хмм, большой? Может ли быть, что это один из синдикатов, служащих большому пальцу? Уфуф, обмельчали нынче служки у руки, неужто кто-то проредил их ряды, раз для поисков избрали подобный сброд? Не то, чтобы это была прямо ценная информация, но обычно рука все же использует специализированных ищеек, а не обычный сброд.       Впрочем, плевать, их пропажа, конечно, привлечёт внимание большого, но не пристальное. Синдикат издох в процессе выполнения задания — едва ли это новость. От мечей корректировщиков или конкуренты подсобили — разбирать никто не станет.       И видно, та певунья, кем бы не была, тоже заинтересована в феномене искажений. Для чего выбила дурь из этих пёсиков и заставила пахать на себя. Классика жанра, хотя в отношение служек руки все же редкость. Она не боится проблем с рукой подворотен. За счёт своей личной силы или же имеет покровителя? Вероятно в определённой степени верны оба варианта. Опять мы встряли в чьи-то дела.       Пока я размышлял о своём, гости уже прибыли. И мало того, что часть была несколько потрёпанна, так ещё и некомплект. Я насчитал в той лёжке десятка два. Довольно крупно для синдиката ранга легенды, если информация от Вальтера не успела устареть, а ведь их недавно было ещё больше. Дошло же двенадцать. Кто-то порешил восьмерых или же те просто слишком ранены и поэтому тех не стали брать? Плевать, в любом случае нам меньше работы. Откровенно говоря, ценными здесь являются лишь главари, а сброд ценен лишь в порядке уточнения свежей информации о подворотнях.       Всё как и в подворотнях — башка главаря и его замов ещё ценится, а остальные идут в лучшем случае в графе расходников. Это не значит, что они будут слабыми противниками — просто за их головы часто не назначено награды. Пусть это зачастую и необходимость, но никто ведь не любит бесплатную работу. — Приветствую вас, дорогие гости, — вышла навстречу директор раньше обычного. Скорее всего потому что гости у нас нынче нетерпеливые, а вон та вороватая морда справа уже алчно пялить на позолоту на металлических элементах книжных полок. Ну и да, подчёркнуто официальный тон — это явно не то, что нужно для встречи толпы горячих мордоворотах. Или наоборот, то что нужно, если хочешь довести тех до белого каления. — Я Анжела… — Захлопнись! — гаркнул утративший терпение Гьён-ми. Видно недавняя взбучка укоротила его и без того короткий фитиль терпения. — Впусти нас, мы спешим! — Как я погляжу, вы очень нетерпеливы, — флегматично заключила Анжела, привычно пропустив мимо ушей хамство и требования. Гьён-ми даже в ступор встал от подобного игнорирования его визгов, да и остальные бродяжки были как минимум в шоке. Только вот ступор был не долгим. — И… — Захлопнись, я сказал! — вновь перебил директора здоворяк. И пошёл на сближение со вполне ясными намерениями. Крылья, ну что за наглость. Низкоранговые синдикаты совершенно не имеют тормозов. — И пропусти нас. Сейчас же!       Стоило здоровяку приблизится достаточно и занести руку для удара прямо в лицо, как пришло время действовать. Идеальная стойка, хороший разгон и клинок, почти лишенный цубы, давали мне неплохое преимущество в первом ударе, однако дистанция все же сделала своё дело и здоровяк успел подставить руку под удар, так что вместо шеи лезвие рассекло обмотки на руке, да немного задело сухожилия. Судя по тому, что именно этой рукой он пытался вмазать по лицу директора, она ещё и ведущая.       Атмосфера мигом накалилась от произошедшего. Все громилы разом изготовились накинуться на нас с директором всей кучей разом. В первый раз напрягало, но твердое понимание, что Анжела переместит их раньше, чем мы устроим тут бойню полностью смиряет с действительностью. Ну и да, кровь Гьён-ми, стекая по руке здоровяка, растворялась в золотом сияние раньше, чем капли достигали пола. Очень занимательное зрелище. Так и повесил бы его истекающий труп в кабинете директора. — И совершенно не знаете о приличиях, — совершенно спокойно продолжила рассуждать директор, словно бы и вовсе не обращая внимания на произошедшее. Но это была лишь видимость. Анжела девочка злопамятная и явно это запомнила. — Всё ровно так, как вас и охарактеризовал Вальтер. Желаю вам найти вашу книгу.       Не став терпеть хамства директор тут же щелкнула пальцами и в следующую секунду мы оказались на поле боя. — Ты говорила с этим трусом?! — последняя фраза директора резко переменила настроение Гьён-ми, собиравшегося уже было пойти на второй заход с целью проломить череп уже мне, и тот резко насторожился. А в следующую секунду он заметил, что обстановка немножко так изменилась.— Куда, бл*дь! Я с тобой ещё не закончил! — Зато директор с тобой закончила, — саркастично замечаю, попутно выставив клинок перед собой на полусогнутой руке в нейтральной стойке, — а Вальтер просто не прошёл испытание и стал книгой. Всё как и было написано в приглашение, которое вы подписали, прежде чем войти сюда. И теперь это же испытание предстало перед вами.       Шок и осознание застыло в лицах членов синдиката. Не знаю, чего они вообще ожидали, но явно не того, что за всеми теми ужасами, которые рассказывают о библиотеке, я кстати оценил, читая книгу Вальтера — не перевелись фантазёры в подворотнях, однако же что оно предстанет пред ними так неожиданно и одновременно с этим будет столь далеко от всех предположений, вроде монстров с окраин и прочей чуши те явно не ожидали. Хотя нет, вон главарь явно не парится. — Ха, прямо дрожу от страха! — засмеявшись, саркастично заявил Гьён-ми. Да и подчиненные его вторя главарю, засверкали уверенностью. Сколько гонору, так и хочется проверить, сколько здесь пустых слов. — Ну давай, иди сюда, я тебе башку размажу! — Громко воешь, да толку мало, — усмехнувшись, иду на сближение. Дерзко, однако выбора считай и нет. Да и преимущество инициативы важно. — Видно за это ваш синдикат и назвали бродячими псами: лишь лаять издали и способны. — Вперёд, недоумки! — подбадривая криками и личным примером, пошёл в атаку Гьён-ми, видимо решивший перейти от слов к делу. — Вобьём его слова ему же в глотку! — Их всего трое, навались со всех сторон и быстро закончим! — поддержал главаря Зулу, уже присматриваясь к Алисе. Та в ответ улыбнулась и изобразила приглашающий жест лезвием цвайского двуручника. Конечно, она не сильно жаловала двуручники, но понимала, что уж если ты хочешь заставить кого-то держать дистанцию, то цвайхандер отличный выбор. Особенно если это орудие цваев, которые очень любят подобную тактику.       По другую сторону же Руби с улыбкой полной довольства взводила древковую пилу Рейна. Раз опробовав эту вещь на своей шкуре та явно собиралась поделиться с нашими сегодняшними гостями всей той гаммой ощущений, что дарит визжащая пила, заливая всё кровью, кромсая плоть и кроша кости. А ведь казалось бы немногословная тихоня, а как в руки оружие попадает, так черти из омута ползут.       Трое против двенадцати. Хотя по первоначальному расчёту и вовсе должно было быть двадцать. В любом случае, это кажется нечестным преимуществом в численности. Однако пожалуй тот факт, что о наших будущих гостях я знал ещё до того, как началось видение приглашений даже более нечестно. Разумеется, мне неизвестно, кто будет гостем, но прочитать книгу Вальтера и узнать, с кем он вёл дела не так уж сложно.       Хотя пожалуй я все же немного просчитался. Будь их полная численность и смели бы нас толпой. Ну или я бы позвал пару свободных этажей. Начало дня, мы в очереди первые — хоть всю библиотеку собирай под своими знамёнами! И веди забивать солдатню корпоратов, псов руки, да продажных шкур ассоциаций…       Хм, интересная мысля, но сейчас не время для восстановления воспоминаний. Пред боем мысли должны быть чисты. Пред очередным танцем со смертью нужно выказать той уважение. — Уфуф, ну попробуйте! — азартно смеюсь, срываясь с места и первым ступая в бой. В обычной ситуации не самый умным поступок, но эти храбрецы надеются лишь на собственные татуировки и потому клинок тати даёт преимущество в дистанции и право первого удара за мной. А там бой план покажет.       К чести синдиката, моя первая жертва, чьё имя я так и не узнал, среагировал правильно и попытался прикрыть голову руками, но вместо того, чтобы рвать дистанцию, понадеясь на аугментации рванул прямо на меня. Проверять, смогу ли отрезать ему руку вместе с головой я не стал и просто перевёл рубящий удар в колющий, острием лезвия внезапно пройдя сквозь оборону не успевшего среагировать громилы и безжалостно пронзая горло. Не глубоко — татуировки все же укрепляют плоть, однако всё равно уже не жилец.       В следующий секунду, думая что я открылся, на меня замахнулся уже другой громила, разнообразия ради крепко сложенная девчушка с помятым носом. И ведь почти своевременно — видно, что действовать группой псы обучены. Только этого не достаточно, нужно ещё догадаться орудовать чем-то длинней, чем собственные кулаки, да кастеты!       Скользящий шаг в сторону, пропустить кулак девчушки так, чтобы тот лишь краем кастета чиркнул по щеке, тут же схватить за запястье свободной рукой и дернуть вниз, заставляя девушку чуть склониться и тем самым открыть доступ к шее. Лишь шок отразится успел в глазах довольно молодой девушки, прежде чем представленный к горлу клинок дернулся в сторону, попутно погружаясь сквозь татуировки и плоть до самых артерий, обагряя всё вокруг и наполняя воздух железным смрадом. Можно было и просто голову снести, но зачем утруждаться, если хватит и глубокой раны? — Ну же, смелее… — уже собираюсь отвесить какую-нибудь остроту, для сосредоточения внимания, как Гьён-ми со злобной ухмылкой сам вступает в бой, с ходу пытаясь засветить мне хук в череп. — Я! — едва успеваю разорвать дистанцию, прежде чем с громким криком хук Гьён-ми с левой со свистом рассекаемого перстнями воздуха и пульсирующим сиянием аугментических татуировок проносится рядом с челюстью. — Забью! Твои! Слова! Тебе! В ГЛОТКУ!       Вслед за первым ударом без перерыва последовали и другие, сопровождаясь новыми возгласами на выдохе. Ни шанса атаковать, ни возможности парировать и заблокировать — лишь рвать дистанцию и отводить удары прежде чем мои кости станут трухой. Крылья, Вальтер был не высокого мнения об этом здоровяке, но, клянусь своим хребтом, дойди до открытого столкновения и старого корректировщика Гьён-ми забил бы как свинью на скотобойне. Слепой глупец, даже после смерти портит всем жизнь! — Громко кричишь, для того, кто ни разу не попал! — специально ещё сильнее раззадориваю громилу. Как бы Гьён-ми не пытался это показать, но во время видений было ясно видно — его татуировки сильно нагружают тело. Когда-нибудь он выдохнется.       Удар за ударом, шаг за шагом. Ни единого лишнего движения — возьму мало и моя черепушка познакомится с его перстнями, но переборщу и расстояние, что я выиграл, в начале бой ринувшись вперёд, кончится раньше, чем выносливость Гьён-ми. Вот так, шаг за шагом, хлесткими ударами клинка отводя удары в стороны, попутно не давая здоровяку сократить дистанцию сильнее. Выжидая момента для удара. — Затихни! — продолжал кричать Гьён-ми. — И дерись! КАК! МУЖИК!       Финальный удар Гьён-ми был страшен. Пользуясь небольшим, сантиметров десять, превосходством в росте и значительной разнице в ширине плеч тот занёс левый кулак на головой и с особенно звонким свистом воздуха и ярким сиянием татуировок опустил прямо мне наголову. Только было видно, что удар даётся ему тяжелее прошлых. Пора!       Вместо того, чтобы в очередной раз отступить, подставив клинок прямо под удар, заставляю тот отклонится чуть в сторону, сам подныривая прямо под удар Гьён-ми. В следующее мгновение оказываюсь справа от здоровяка. Гьён-ми это не нравится и тот пытается отмахнуться, но татуировки погасли вместе с временно отказавшим усилением.       Пытаюсь отрубить левую руку, которой здоровяк пытался от меня отмахнуться, но удара прямо в сочленение даже с хорошим размахом позволил мне лишь неглубоко подрезать сухожилия, в то время как сам мулат резко сблизился и вдарил мне второй прямо по ребрам. Ха, видно у его аугментики есть и пассивное усиление. Да и обмотки на руках тоже явно не простая ткань. Футболка тоже вряд ли носится от излишней стеснительности, так что нужно метить в шею. — Неплохо, — отойдя на безопасное состояние, чтобы перевести дух и позволить хребту без осложнений излечить трещины на ребрах, если таковые имеются, продолжаю подначивать здоровяка. Боли особой нет, так что ребра не сломаны, да и они у меня особой конструкции — бить в центр без толку. — У тебя почти получилось. Попробуй ещё, может в следующий раз получится нанести мне хоть какой-то урон. — Ты… Такой же, — утратив улыбку заключил Гьён-ми, исподлобья смотря прямо на меня. О чем это он? — Говоришь так же, как та с*ка. Даже рожей схожи. Вы с ней заодно, не так ли? — Уфуф, значит, та певунья, которая выбила из вас треть состава и послала сюда похожа на меня? Ещё скажи, что её сопровождали солдаты в стальных масках, — насмешливо интересуюсь, попутно готовясь окончить поединок. Разумеется, я мог бы узнать всю нужную информацию из книг, но почему бы и нет?       И ответом мне стал кивок. Вот бл*дство, просто на вскидку предположил, так как недавно тех уже упоминали в отчетах, и попал в точку. Что же, видимо эта нечестивая шл*ха действительно заинтересовалась феноменом искажения, раз послала эту чокнутую фанатичную стерву. Только одного не пойму — на кой х*р та послала вперед этих? Она же свою жизнь вообще ни во что не ставит, да и фанатизм головного мозга придаёт самоуверенности на десятерых. — Как же напряжно, — честно реагирую на всю эту свалившуюся на нашу голову кодлу. — Ассоциации, корпы, рука, а теперь ещё Анжелика и всем что-то надо от библиотеки. — Хочешь сказать, что ты не заодно с той с*кой? — недоверчиво спросил Гьён-ми, попутно переводя дыхание. Я же просто готовился в кому, чтобы всё закончить. — Ха, ты действительно думаешь, что я поверю? — А я тебя тут них*ра и не убеждаю, — резко отвечаю, начав сближаться. Да начнётся эндшпиль. — Просто сама мысль, что меня считают союзником этой нечестивой шл*хи вводит меня в бешенство!       Ну а пока мы трепались, готовые сорваться друг на друга в любой момент вокруг нас кипела схватка. Громил было больше, но мои девчушки умело держали тех на дистанции своих орудий, а пару даже успешно расстались с жизнью. А вон тот, держащийся позади и сжимавший разорванное пилой бедро определённо фонтанировал эмоциями, так что директор тоже должна быть довольна.       Не то, чтобы директора сильно беспокоило моё игнорирование приказов — у того были конкретные причины, которые она понимала, но это явно не приходилось директору по душе. Лучше не злить директора больше необходимого, тем более когда скоро она должна дать мне кухню.       Не знаю, что и как хотел ответить Гьён-ми, но прежде чем тот открыл рот, я сам ринулся прямо на него. Такой дерзости и, с первого взгляда глупости, громила не ожидал, однако был не против тому, что я сам пошёл прямо под его кулаки. И ожидаемо вмазал со всей дури, которую ему даруют аугментические татуировки. Здоровой правой рукой, подрезанной левой прикрывая шею.       Уйти от прямой атаки труда не составило. Но и привычная уловка, вспомненная и вновь отточенная недавно — рубящий замах резко сменяющийся безжалостным уколом не нашла своей цели, будучи отведанная раненной рукой не достав сантиметра до шеи.       А вот того, что следом я выхвачу пилу и без колебаний всажу дико визжащее полотно в ногу Гьён-ми не ожидал. Это вообще главная проблема бойцов, не использующий оружие — длины рук не хватает для грамотного прикрытия. Это решается умением держать грамотно выверенную дистанцию, но здоровяк был слишком самоуверен. — Убл*док! — взревел раненным зверем Гьён-ми, пытаясь отмахнуться от меня и я с радостью рву дистанцию, оставив пилу в бедре здоровяка. И тут же перехватывая меч двумя руками, занося над головой. Ну давай, боль или победа — что выберешь?       И словно читая мои мысли, Гьён-ми схватился правой, пока ещё здоровой, рукой попытался вытащить пилу из ноги. Здоровяк успел лишь схватится за рукоятку, как его кисть была отсечена. А клинок без колебаний наметил путь.       Напоследок Гьён-ми попытался закрыть шею, но добился лишь того, что вместо быстрой смерти теперь медленно затухал зажимая продырявленной ладонью продырявленное же горло. Неплохой противник, но явно не был привычен к бою с равным по силам оппонентом. Напоследок все же возвращаю себе пилу, а то ещё может пригодится. — Какого черта… — в шоке выдал Зулу, видя как его главарь пал, захлебываясь кровью. Но удивление быстро сменилось злостью и тот пошёл в атаку, оставив в покое Руби, которая бы и рада отплатить за это тому клинком в пузо, да остальные синдикатовцы не дремли и тут же заняли освободившееся место. — Иди сюда ты, сын шл*хи! — Полностью с тобой согласен, — насмешливо соглашаюсь с головорезом, который похоже пытался меня подначить, попутно отводя стремительный удар мне в череп и отходя назад, пропуская мимо второй, направленный в ребра, тут же подрезая ноги вспыльчивому парню. — Мать моя та ещё нечестивая шл*ха! — Осторожней, — попытался предупредить товарища Дино, в то же время пытавший забить огрызающуюся Алису, но было поздно.       Наплевав на предупреждение напарника, Зулу резко выхватил короткий прямой кинжал и попытался всадить мне его в шею, но ещё на замахе лишился кисти вместе с оружием. Следом полетела голова.       Из того что видел — эти парни в принципе не рассчитывали на то, что кто-то сможет так легко прорезать их кожу. Самоуверенность — типичная ошибка членов низкоранговых синдикатов. Лишь Гьён-ми был более опытен, за счет чего видимо и держал главенство, но и ему это не сильно помогло. — Ну давай-те! — с вызовом кричу, тут же врываясь в хлипкие остатки строя бродячих псов. Гьён-ми мог меня убить, Зулу едва ли смог задержать, рядовые члены синдиката не смогли даже этого. Один за другим люди падали, сраженные безжалостными ударами клинков.       Вскоре из всего синдиката в живых остался лишь Дино. Удачно поднырнув под удар Руби, то смог проломить той череп, но на общей ситуации это едва сказалось, ведь в этот момент её пила оторвала ему руку по самое предплечье. — Это несправедливо… Совершенно несправедливо!!! — отчаянно прокричал мулат, от чего мне стало даже смешно. — И где же несправедливость узрел ты? — усмехнувшись вопрошаю у Дино, попутно убирая клинок в ножны и идя на недобитка в рукопашную. — Вы шли по трупам, зачастую забивая тех кто слабее, чтобы обеспечить себе кровавую славу и достаток. Теперь же ваш синдикат сам стал чужой ступенью на пути к чужим целям. Такова жизнь.       Оставшейся рукой тот попытался пробить мне в печень, но боль от оторванной полотном пилы руки не дала тому даже нормально мне вмазать, так что я легко отвел удар, попутно схватив за запястье и потянув на себя приложил коленном в живот. С учетом аугментаций — ему это не сильно навредило, зато пыл поумерило. — Рука этого так не оставит, слышишь! — отойдя и схватившись за кровоточащее плечо, начал пытаться запугивать меня Дино. — Они придут и… КХА!!!       Прежде чем мулат закончил фразу, мои пальцы сомкнулись на его горле, без малейшего труда поднимая его худощавое тело. А ведь месяц назад я бы так не смог. И по воспоминаниям это даже не половина того, что я мог до попадания в библиотеку. Не знаю, почему я утратил большую часть физических возможностей и почему с каждым приёмом они постепенно восстанавливаются, однако это довольно забавно. Директор тоже заметила это, но причины подобного пока не определила и я склонен ей верить — от меня было бы куда больше толку будь я в полной форме. — Придут и пополнят нашу коллекцию, — усмехаясь говорю прямо в синеющему из-за удушья Дино, прежде чем без затей сбросить его с моста из книг. Вот уж не знаю, от чего умирают гости при этом, но хватает десятка метров в свободном падение, прежде чем тело последнего из бродячих псов распадается на страницы. — Это было жутко, босс! — устало развалившись на краю моста, опершись о цвайхандер, вонзённый в твердь целлюлозную, заключила тяжело дышавшая Алиса. Вся её одежда была в крови, а левая рука висела плетью, будучи сломанной в районе предплечья и запястья разом. Ещё более чудным было то, что привычной данная картина казалась не только мне, но и самой девушке. — Страх — весьма эффективное оружие, которым можно и нужно учиться пользоваться, а также не забывать регулярно практиковаться, — рефлекторно выдаю фразу, всплывшую в памяти. Кажется кто-то говорил мне это в прошлом. Немного бесит, что до сих пор без жесткого контроля во время просветления в тумане из воспоминаний я выдаю фразы раньше, чем мой мозг их успевает полностью обрабатывать, но сейчас она к месту. Только концовку все же изменю. — Скованные оковами страха на поле боя долго не живут. — Безжалостный подход, — спокойно подмечает Анжела. Разумеется Алисы рядом не было — её директор по любому отправила в зону отдыха. Да, директор как и всегда не сильно утруждала себя созданием дверей и если хотела поговорить, то перемещала сразу и к себе на… Когда нибудь я постелю в кабинете директора большой пушистый ворсистый ковер. Как минимум, чтобы посмотреть на удивленную мордашку воробушка. — Я не выкажу не грамма жалости к тем, кто решил выбить себе место под солнцем насилием, — усмехнувшись, разваливаюсь напротив директора. Пожалуй за последний месяц я даже привык к этим перемещениям. Да, кратковременный миг дезориентации все ещё бьёт по мозгам, но это лучше первых попыток, когда директор чуть не поджарила мне мозг повторно. — Если уж решил проложить себе путь по чужим трупам, то мотивы не важны — не стоит удивляться, когда другие твой собственный труп сочтут достойной тропой. Ты так не думаешь? — Твой образ мышления лишен большинства человеческих норм и насколько я могу судить чужд для большинства горожан, — задумчиво заключила директора. Как я умудряюсь читать её эмоции, учитывая нулевые изменения мимики, кроме тех, что сама воробушек и задумывала одним окраинам известно. Причем скорее всего так оно и есть. Одна конкретная тварь оттуда точно имеет все нужные ответы. Вытащить же их — другой вопрос. — Но разве это не значит, что ты не жалеешь и себя самого?       Уфуф, пожалуй, каждый, кому я говорю это, в итоге задаёт один и тот же вопрос. Это было бы весьма скучно, однако реакция каждого слушателя по своему уникальна, так что это не перестаёт быть интересным. — Разумеется. Я презренный головорез, прорубающий себе путь к цели с помощью меча, — флегматично отзываюсь, попутно выбирая книгу из наших сегодняшних гостей. Книга Гьён-ми уже была забрана Анжелой, так что выбор был не велик и сразу взял книгу Дино. — Я выбрал этот путь давно, но последствия прекрасно осознавал. Точнее я тогда даже не думал, что бывает иначе.       Эх, никогда не захочу вернуться в те времена, но все же своя прелесть была тогда. Лишь я, оружие, подвернувшиеся под руку, да целый неизведанный мир предо мной. И толпы желающих отправить меня на корм чистильщикам кусками. А в итоге сами шли на корм. В том числе и мне. — Я приму это к сведению, — флегматично отзывается Анжела, видимо уже получив свою новую дозу информации и теперь собиравшаяся обдумать её позже. Однако же темы для разговора явно себя пока что не исчерпали. — Но сейчас я хотела бы узнать о той женщине, которую ты упоминал ранее. Женщина, отправившая сюда наших сегодняшних гостей называла её «Ка-сама» и я полагаю, что речь идет об Анжелике, которую ты упоминал ранее. — Я кажется упоминал, что не желаю обсуждать эту нечестивую шлюху, пока её солдаты не заявятся сюда, не так ли? — риторически спрашиваю, так как прекрасно помню наш с директором диалог пару дней назад. Анжела в ответ недовольно кивает. — Упоминал. И планирую придерживаться данной линии. Но раз этой с*ке и её отродьям здесь что-то понадобилось, то скажу сразу — они не отстанут. Рано или поздно, но либо эта фанатичка безмозглая, либо сама ведьма сюда припрутся и ты сможешь прочесть содержимое их гнилых мозгов, после чего так же как я не захочешь слышать о них. — Очень самоуверенные слова, — недовольно заключает директор, явно неудовлетворённая полученными крохами информации. Настолько, что ставит под сомнение мой опыт. Наивный воробушек. Что же, раз уж на директора не действуют простые фразы, то придется потоптаться по её больной мозоли. Сама виновата — Сам факт её открытого интереса уже означает, что эта манипулятивная нечестивая шлюха уже использует нас в своих планах, — с ухмылкой рассуждаю, смотря прямо в глаза мрачнеющей с каждым словом Анжелы. Директор очень не любила, когда ту используют. А тут ещё и темную и даже без её ведома. — В её глазах мы уже инструменты, осталось лишь правильно нами распорядится. — Это объясняет, почему ты не любишь её упоминать, — мрачно отозвалась директор, разом утратив желание продолжать данный разговор. — В таком случае я доверюсь твоему обещанию. В случае, если ты его не сдержишь, всю необходимую информацию я получу превратив тебя в книгу. — Если я перестану держать общения, то мне стоит срубить башку, потому что это значит, что я окончательно чокнулся и ничего толкового из меня уже не выйдет, — ехидно отвечаю, смотря прямо в глаза директора и рукой показывая где рубить. Красивые все же у неё янтарные очи, особенно когда та недовольна. Очень красивые.