Почему он не пришёл?

      Мидория просто кипел от негодования.       Стоя посреди USJ, он в последнюю очередь ожидал увидеть детей. Не вы, конечно, простите, но он, что, зря весь этот концерт перед Стёркой устроил! Томура-гадёныш даже капюшон с него стянул и фамилию спалил. Мечтатель вообще удивлен, что к нему ещё не пришли домой и не повязали со всей этой информацией.       Он ради сцены захвата всех этих шестёрок и спасения детей Стёрки заплатил слишком высокую, но, ладно, обоснованную цену. В обычной ситуации он бы вывернул руку Рукастого Шигараки к чёртовой матери, чтобы впредь неповадно было его трогать. Да если бы и не стянул этот чертов капюшон, то фамилия! Это же каким индивидом недоразвитым надо быть? Он совсем о скрытии личности не знает? Ну конечно! У него же вообще личной жизни нет. Информация в руках Сотриголовы, подслушавшего их разговор по плану Изуку, стала слишком опасной. И Мечтатель не знал, как это исправить самостоятельно.       Он аккуратно осматривается, сохраняя внешнее равнодушие. У главного входа явно испуганные дети, хотя некоторые ещё не понимают всю серьёзность ситуации. Под стеклянным куполом можно увидеть возможные места «катастроф»: потоп, пожар, оползень и т. п. На языке так и вертится шутка: «Так вот куда уходят наши налоги!», которые он, кстати, не платит. Однако в тени этих зон прячутся про-герои. Он успел заметить Бекаса, Полночь, Сущего Мика, Эктоплазма и даже Погружчика с Незу. Правда, присутствие последнего он мог хоть как-то обосновать, ведь он директор. Но зачем тут был герой поддержки — оставалось для Мидории загадкой.       Шигараки начал заранее заготовленную речь про убийство Всемогущего, не замечая ловушки. По мнению Мидории, его монолог был полным бредом, а не речью. Даже с учётом огромного монстра, стоящего рядом с ним.       Между делом, у Ному было идеальное место, чтобы схватить Мечтателя за глотку своими огромными ручищами, сделав заложником. Айзава же точно захочет его спасти, ведь сейчас он в костюме линчевателя. Томура запретил переодеваться. Типа поддержка такой личности, как он, очень важна и ля-ля-ля. Конечно, его никогда не устраивало подчинение кому-либо, но, округляя, у него не было существенного выбора. Изуку просто когда-то доверился не тому человеку, а теперь вместе с собственной кровью глотает последствия. Стопе, а откуда собственно кровь? И царапина на щеке.       Он действительно не заметил из какой дыры выскочил Бекас, и почему вместо Томуры пулю словил он. Мечтатель скорее на рефлексах и инстинктах отскочил в сторону, чем действительно задумывался о своих действиях. Похоже, слишком отвлёкся на ненависть к Ручному. Потеряв нить боя, он попытался воссоединить цепь событий.       Вроде только что нашёл глазами Хитоши, не узнавшего его, и улыбнулся краешками губ. Тринадцатая защищает учеников, используя причуду, что немного глупо против телепорта. Вот Сотриголова раздаёт указания ученикам, бросаясь в бой и сразу вырубая с вертушки опешившего на секунду мутанта. Кстати, интересная мутация акулы, а как он реагирует на чужую кровь? А жабры и зубы в два ряда есть? Плавники на спине и дырки под них в футболке есть. А он сам отверстия делает или одежду такую сразу покупает? А как спит на спине? А… Кажется, он отвлёкся.       Потом появляется Всемогущий с коронным «Я здесь!». Перед ним сцена падения мелкосортных злодеев под натиском про-героев-учителей. Вероятно, ученики были лишь приманкой. Он уверен, что Стёрка до последнего не хотел подвергать их опасности, но против Незу, считавшего, что нужен явный «сыр в мышеловке», проиграл в словесном противостоянии.       Мидория действительно избегал какой-либо встречи с Крысиным директором, ведь это соперник явно не его уровня. Незу был умён, и если он всерьёз заинтересуется Мечтателем, то от Мидории и мокрого места не останется.       Собранную армию разносили в щепки, а Томура и не собирался уходить. Он с интересом смотрел за битвой Всемогущего и Ному, не обращая внимания на прах его войска. Да их тут всех схватят, а потом устроят допрос с пристрастием. Он схватил Рукастого за грудки.       — Шигараки, — прорычал он в зубы типа главному боссу. — Надо уходить. Нас тут всех повяжут, — Томура уже оскалился и был готов открыть рот, когда Ному вылетел через окно. Нет, в дурацкий потолок с траекторией полёта под 90 градусов. Нихрена себе, Всемогущий, ещё и ослабленный раной на пол туловища. Заметив и кое-как проанализировав ситуацию, Рукастый впервые за этот день сказал что-то умное.       — Курогири, мы уходим, — Мидория дает руку на отсечение, что если бы не пули Бекаса и крики Сущего Мика, подгоняющие Томуру, то он бы ляпнул что-то типа: «Я ещё не закончил» или «Мы ещё встретимся, герои».       Возможно, он заметил разочарованный взгляд красных глаз Стёрки, но он лишь виновато опустил голову и сгорбился. У него не было выбора. С каждой минутой этот чёртов день становился всё хуже.       

***

      Смотреть на разгневанного Рукастого надоедало. Мидория сидел за барной стойкой напротив Курогири, протирающего свои любимые бокалы, подставив под здоровую щеку кулак. На другую же небрежно приклеил пластырь.       — Как так всё вышло?! — Шигараки схватил выпитую до дна им бутылку алкоголя и превратил в пепел. Мечтатель уже не знал, на сколько тысяч йен распсиховался этот ребёнок, ведь он таких денег сроду в руках не держал. — Мы же всё спланировали и никому ничего важного не сообщали! — Рукастый при вербовке просто звал всех на убийство Всемогущего, а так действительно ничего важного. Мидория тихо хмыкнул себе под нос. Томура злобно перевёл на него взгляд:       — А может, это ты нас сдал, второй игрок? — Шигараки с каждым словом становился всё ближе, но Мечтатель не боялся. Всё-таки кое-кому он нужен живым. — Ты с самого начала не хотел идти с нами, — и вот его уже берут за грудки, как «вдруг» раздается голос из телевизора.       — Томура, отпусти его. Курогири, телепортируй Изуку ко мне.       — Хорошо, сенсей, — и вот перед Мидорией уже появился фиолетовый портал, куда он входит без капельки страха, наверное.       

***

      Айзава Шота ошибается редко. Именно поэтому, если он не исключил кого-то в первый день учёбы, то потом он этого не сделает. Достаточно одного занятия, чтобы понять человека и его цели.       Так Сотриголова думал до Мечтателя. Но вот минуло уже два года, а он до сих пор не понимает его. Он помнит их первую встречу – массовое убийство, переулок, залитый красным, и маленькая фигурка, почти ребёнка. Зачем бывший убийца ушел в линчеватели? Почему не поступил в геройскую школу? В чём его цель? Хочет заглушить чувство вины? К сожалению, это так не работает. Он не ищет славы или денег, хотя часто голодает. Однажды он нёс его на руках, когда Мечтатель потерял сознание, он весил явно меньше нормального. Хочет просто помогать людям? Так почему за два года не нашёл возможность узаконить это, с его-то мозгами?       Возвращаясь к основному вопросу, почему он стоит посередине учительской. Айзава уверен, что «Мидория» знал о его присутствии и дал подслушать их разговор. Именно на этой крыше у них была назначена еженедельная встреча. Шота настоял на ней, чтобы быть уверенным, что мальчик ещё жив.       — Очень интересная информация, Айзава, — Незу хлопнул в лапки, наклонив голову. — Но можете ли Вы быть уверены в её подлинности? Может ли быть, что Мечтатель просто разыграл сценку, чтобы заманить нас всех в ловушку? — глаза-бусинки, не моргая, смотрели на подпольного героя.       — Я доверяю ему. Мечтатель не стал бы подвергать опасности детей. Он всё-таки линчеватель и помогает людям, а не злодей, — Айзава уверен в своём проблемном ребёнке, но всё равно пробьёт его предполагаемую фамилию через полицейскую базу данных. На всякий случай.       — Хорошо! Тогда я приступлю к созданию плана, — директор потёр лапки о друг друга, похоже уже придумывая сокрушительный для злодеев план.       — А если он не злодей, то, что он забыл у другого злодея под боком? – голос Влад Кинга стал громом среди ясного неба. – Да и почему он вообще так легко согласился на убийство детей. Он же «линчеватель», — тон Влада становился всё громче. – Айзава, ты, наверное, Японскую Конституцию забыл. Линчеватели нарушают закон. Они преступники, а не герои! — громкий хлопок прервал монолог кровяного героя.       — Мечтатель — в первую очередь, несовершеннолетний. Он — ребёнок, Кан! – Айзава повысил голос, а его глаза привычно вспыхнули красным, но тут же погасли.       — Шота! – Секиджиро тоже перешёл на личности, — ребёнок тоже может быть оружием массового поражения. Я не хочу смотреть, как мои коллеги и ученики полягут в этом проклятом USJ из-за твоей чёртовой наивности.       — Да? А что же ты предлагаешь? – начал Айзава, но был прерван.       — Хватит, — тоненький голосок директора прервал героев, и в кабинете резко повисла тишина. – Я уже принял решение, и полностью согласен с Айзавой. Единственное, я внесу поправку. Ученики, как и запланировано, отправятся в USJ вместе с учителями, — Шота протестующе нахмурил брови. – Я всё сказал. Все свободны. Айзава, останься, пожалуйста.       Сотриголова скучающе смотрел как из учительской выходят про-герои. Хизаши выскочил из комнаты с подбадривающей улыбкой, Немури сочувственно улыбнулась, а Влад кинул злобный взгляд и поспешно ретировался из помещения.       — Шота, ты же что-то не договариваешь о нём. Верно? — наедине все формальности и вежливость пропали. Айзава думал недолго. Либо он сам скажет, либо Незу найдет способ буквально выдрать интересующую его информацию, не взирая на последствия. Выбор очевиден.       — По словам злодея его фамилия Мидория, — по смеху Незу Айзава утвердился, что ему за это слишком мало платят.       

***

      — Зу, извини, что обидел тебя. Ты меня неправильно понял, — Хитоши задумчиво почесал затылок. — Я просто хотел гулять с тобой чаще, чем два раза в неденю. Неделю. Ап-х! Бред! — Шинсо схватил себя за волосы, с ощутимой силой сжимая их. От многократных попыток его язык уже заплетался.       У Хитоши через две недели спортивный фестиваль. И вместо тренировок он занимается этим. Сегодня они обычно встречаются, и именно поэтому он уже битый час тренируется перед зеркалом. Но в этот раз, в отличии от провальных предыдущих, его речь хотя бы нормально звучала, а не как будто какой-то неуч взял скрипку и пытается сыграть Шекспира.       После стольких репетиций он охрип, что было немудрено. Поэтому он решил выпить воды, отправившись на кухню. Посмотрев мельком на часы, он отметил, что пора уже собираться. Он быстро сделал два бутерброда с маслом, сыром и колбасой, закрыв всё это с двух сторон хлебом и упаковав в фольгу. Айзава был на патруле, поэтому он решил сделать и термос с кофе. Загрузив всё это в шоппер, Хитоши накинул любимую толстовку, сунул чёрную маску в карман. Настроив нужную песню в своих беспроводных наушниках, он отправился на знакомую крышу.       Он любил «активную» музыку, слушая которую можно заглушать свои мысли и не думать ни о чём, кроме мелодии. Даже если это была попса, в ней должна быть динамика. Он шёл в такт какой-то песне из ТикТока, что создавало хороший контраст с пустыми улицами города.       Он поднялся по пожарной лестнице. Его встретила тишина.       Кофе уже остыл, а сыр на бутербродах стал липким и невкусным, колбаса, лежащая сверху, странно запахла. Его отвлек звук будильника, обычно поднимающий его в школу. Раздавшийся тяжёлый вздох с последующим выдохом ситуацию не улучшал. Хитоши не заметил, как наступило утро. Он надеется, что Айзава не проверял его по возращению из патруля.       

***

      — Ты точно в порядке? — насколько же херово он выглядит, что даже Тодороки обратил на это внимание?       — Всё хорошо, — он же не может сказать, что каждый день ходит на крышу, просиживая там всю ночь, выжидая прихода линчевателя. Шинсо бы сначала накричал на Зу, почему тот пропал на неделю. Потом бы они вместе съели бы бутерброды, сделанные Хитоши. Шинсо надеялся, что тот просто обиделся на него, а не умер где-то в подворотне.       Айзава тоже ходил как в воду опущенный. Иначе он бы давно сделал Шинсо хотя бы напоминание, что надо готовиться к спортивному фестивалю. Вероятной причиной было полное отсутствие Мечтателя на любых радарах. Он пропал по щелчку пальцев. Первой приходящей в голову мыслью была смерть Зу, но Шинсо как мог отталкивал её на затворки сознания. Тоши перевёл скучающий взгляд на Шото.       — Просто уже неделю ты похож на панду, — Тодороки продолжал есть своё бенто, внимательно смотря за реакцией мальчика. За это время они сдружились? Хитоши не знал, как это назвать. Может это была просто необходимость или потребность в общении, как и у любого человека? Типа как в еде? Просто раньше у Шинсо был Зу, но… Так, сейчас не об этом.       — Всего лишь бессонница, — Хитоши задумчиво вертел палочки для еды. Ему надо начинать готовиться к фестивалю. Когда Зу узнает, что он отлынивал из-за его пропажи, он его засмеёт. — Может, сегодня поспарингуем? — они иногда так делают, чтобы отвлечься от причуд и заняться рукопашным боем. Тодороки пожал плечами.       — Да. Это было бы неплохо.       

***

      Ладно, он признаёт, что боится Все за Одного до дрожи в коленках. Встретив его на грани смерти три года назад, он думал, что это Бог, хотя никогда в него не верил, а в глубине души ненавидел за неполученную причуду, за издевательства и за потерю единственного дорогого человека – мамы. Ладно, сейчас у него другие заботы. Он потряс головой и вернулся к починке одежды. Всё-таки Чисаки Кай был тяжёлым противником.       После инцидента с USJ Все за Одного отправил Мечтателя на переговоры с Восьмью заветами, которые не увенчались успехом. Поэтому следующим приказом было уничтожение якудзы и добыча пуль, стирающих причуды. ВЗО его похоже совсем не берёг, потому что отправлять его в одиночку бороться с якудзой было явно чересчур. Однако, стоит отметить, что причуда его лидера была очень сильной, и он не мог не забрать её. Совесть или её остатки не позволили.       Он за неделю спланировал и провёл рейд, убив всех членов якудза и забрав столь желанные пули, и при всём этом вышел живым. Неделя — это конские графики. И он реально удивлён, что он выжил, ведь слабая регенерирующая причуда, которая у него была, вряд ли спасла бы его от «разбора» Восстановителя. Хорошо, что сенсей дал ему приличную плату за работу, а спортивный фестиваль Тоши только через неделю, и он успеет отлежаться. А за деньги он купит билет и приличную и обычную для подростков одежду.       На этом хорошие новости кончились.       На борту его корабля под названием «Жизнь» появился заяц по имени Эри. По технических причинам он не мог доложить о нём главе компании — своему отцу. Причуда Эри в его руках слишком опасна, и он не допустит даже мысли об их встрече. Если сенсей вернёт себе былое величие, а причуда Эри могла это с лёгкостью сделать, то он опять попробует захватить мир. Однако, к огромному сожалению его отца, Изуку это не выгодно.       Однако, с другой стороны, даже комнаты для неё в так называемой квартире не было, и он явно не мог стать её опекуном. Точно не Мечтатель да не с его образом жизни.       

***

      Радостный подросток шёл между лавок с мерчем про-героев и UA. Его билет на спортивный фестиваль уже проверили, и он радостно блуждал по своеобразной ярмарке. Он заметил прикольную кепку. У неё на пружинках были буквы U и A. Сама она имела сине-белую расцветку. А буквы были серебристые вместо золотых, чтобы дизайн выглядел более гармонично. Тоши это точно понравится!       

***

      Хитоши Шинсо переживал. Он не выспался, разлил кофе на свою любимую футболку, и вообще день не задался. Спортивный фестиваль никак не помогал делу.       На забеге с препятствиями он чуть не умер, поскользнувшись на канате. А на минном поле он… Лучше не вспоминать. В итоге остался доволен собой и пришел 34-м. Во втором раунде ему очень помогла причуда: они отвечали на его вопрос, а он приказывал отдать ему повязки. Его команда потом и кровью заняла 4 место. Сейчас у него часовой перерыв, и он понятие не имеет, что ему делать в третьем раунде.       На перерыве он вроде бы был здесь, но мыслями он был где-то далеко. С Зу. Они даже не обменялись телефонами, и он не мог ему просто написать «Как дела?» или «Ты там жив?». Иногда он думал спросить у Айзавы, но это повлекло бы неприятные для него вопросы. Поэтому он тут же отбрасывал эту мысль.       

***

      Серо был хорошим противником. Хитоши может его победить и без использования причуды. Ему выгоднее сохранить её в секрете, и он понимал это. Всего лишь ленты, выходящие из локтей, он может с этим работать.       Серо держал дистанцию, и Шинсо никак не мог её сократить, отчего находился у края импровизированного круга. Не мог, теперь может. Он ухмыльнулся       Он хватает ленту, направленную на него, и тянет на себя. От шока Серо лишь пытается атаковать его из другого локтя. Шинсо уворачивается и продолжает притягивать соперника к себе. Хватая Серо за руку, он перекидывает его через плечо. Как только тот касается земли, Шинсо удерживает его на земле, связывая руки Серо его же лентами. Связанный пытался выбраться, брыкаясь, но потерпел неудачу. Полночь объявила об окончании раунда.       

***

      — Хей! Парень, сорян, но это место занято, — Мина, скрестив руки на груди, смотрела на мальчика, севшего на кресло Шинсо, находившегося на арене. По форме он не ученик, но как он попал на часть трибуны, отведенную для 1А? Разве в коридорах, ведущих сюда, не стоит охрана? Почему его никто не остановил?       — О, привет! Я жду друга. Так что я посижу, чтобы не загораживать обзор другим, — радостно сказал зеленоволосый мальчик, активно жестикулируя.       — Этот мальчик будет не рад, что ты занял его место, — Ашидо пыталась донести до мальчика, что именно это сиденье не лучшая идея. Её прервал Минета.       — Этот злодей промоет тебе мозги! — Минору так громко закричал, что Ашидо заволновалась, что они привлекли лишнее внимание. Однако зеленоволосый мальчик с попкорном, на котором изображен Бекас, резко замолчал.       — Что, прости? — розоволосая увидела, как руки Зелёнки, коим она его окрестила, сжались в кулаки. Только что позитивная энергия, исходящая от мальчика, изменилась на агрессивно-злую. — Как будущий герой имеет право судить о человеке по его причуде? — голос был ледяным, и даже безмозглый Минета в страхе замолчал.       Зелёнка встал, оставив попкорн на сиденье, и подошёл вплотную к Минору. Это привлекло внимание её одноклассников, вскочивших со своих мест и уже готовых разнимать драку. Минета продолжил, убивая в себе остатки чувства самосохранения.       — Если ответишь на его вопрос, то он сможет контролировать тебя, — у Изуку чесались руки дать этому коротышке по роже за оскорбление Тоши.       — Эй. Ты кто? — охрипший голос вывел всех из оцепенения. Никто не заметил, что бой Шинсо закончился, и он уже идет на свое занятое место. Мина уже открыла рот, чтобы сказать: «А вот и он», как Зелёнка расцвёл, мгновенно убирая убивающую ауру.       — Тоши, привет! — заметив недоумённый взгляд, он продолжил. — Фиолка, неужто не узнал? — Мидория собрался притопнуть ножкой, чтобы передать все свои эмоции и взмахнуть руками для пущей убедительности.       — Зу, — голос Хитоши сказал «пока» и помахал ручкой, уходя в закат.       — Я! Я очень рад тебя видеть! — Мидория уже готов прыгнуть на Шинсо с объятиями, как его остановила рука, упертая в его лицо.       — Дистанция 1,5 метра, — Шинсо усмехнулся и зачесал волосы назад. По его поведению не скажешь, но он был рад видеть его. Очень рад. Сунув руки в карманы, он продолжил. — Кепка — отстой. Где ты её вообще нашёл? — Ашидо удивилась. Мальчик, услышав вопрос Шинсо, не задумываясь ни на секунду, ответил.       — У тебя совсем нет вкуса! А на кепку я потратил последние карманные. Так что прояви уважение! — оказывается, нормальные дети едят 3 раза в день, и Изуку половину своих денег потратил на какую-никакую еду для Эри. Минору в это время по-тихому возвращался на свое место. «Подальше от этого ненормального.»       — Мальчики, может, вы сядете? — Мина хотела как-то подальше отодвинуть эту странную парочку.       — Конечно! — у Мидории подпрыгивали U и A на его кепке. — Извини. А твоя причуда - это кислота, да? А что она не может растворить? А ты можешь контролировать растворение? А она может растворять спустя время?       — Э-э? — а, действительно, Ашидо это никогда не проверяла. И как ей теперь ответить, не выставляя себя дурой? Помощь пришла откуда не ждали.       — Зу, оставь её, — Зелёнка возмущённо открыл рот и замахал кулачками. — Ты мне лучше скажи, где ты 2 недели был? — Тоши тыкнул Мидорию в грудь. Шинсо приглушенно добавил. — Я чуть с ума не сошёл.       Мидория наклонил голову набок и ухмыльнулся. Затем схватил за руку и потянул к свободным местам.       — Работа, работа и ещё раз работа. А потом я чуть-чуть приболел, — Изуку обернулся на Шинсо. — А ты, оказывается, переживал. Да, Тоши-и? — Хитоши хотел убить его, раз сам не справился.       — Ни капельки, — похоже, ответ Мидорию не устроил. Дойдя до свободных мест, они сели. Тоши – спокойно, а Изуку – аж прыгнул на несчастный стул       — Ну-ну. Лги больше, — ответил Зу с ухмылкой. Шинсо нужно было срочно менять тему. — А куда ты так вырядился и почему попкорн с Бекасом? — Зу поднял палец вверх, готовясь отбиваться.       — Во-первых, обычная прикольная подростковая одежда. Во-вторых, Бекас чертовски хороший стрелок, и его попкорн был самый дешёвый, — он неуверенно потер щеку с зажившим ранением. Ему ведь могло не повезти. Изуку запустил руку в свой попкорн, а Шинсо шутливо толкнул мальчика в бок, смеясь, — Будешь? — спросил Мидория, протягивая ему один кусочек.       — I’m not a fan, — Изуку, не удивляясь английскому, продолжил.       — Oh! Do you speak English? — в отличие от Хитоши, у Изуку слова звучали подобно журчанию реки. Шинсо завидовал.       — Mik is a good teacher, — он улыбнулся и тут же отвернулся на арену. Там сражались Урарака и Бакуго. Зу тоже перевёл взгляд и нахмурился. Тоши на него вопросительно посмотрел, и Мидория нехотя ответил.       — Бакуго — не очень приятный человек, — предугадав следующий вопрос, он продолжил. — Мы были друзьями. Наши мамы дружили, — последнее предложение прозвучало еле слышно. Тишина затянулась.       Изуку увлечённо смотрел бой, а Хитоши собирался с мыслями для извинения.       — Она сильная, и причуда у неё интересная. Но победит Бакуго, — Шинсо вскинул голову и посмотрел на Зу. — Она готовит супер-атаку, вот эти летающие камни, после которой устанет. Камни Кацуки просто-напросто взорвёт. Пока Урарака будет отходить, он её физически задавит.       — Эй, Зу, — изумрудные глаза внимательно смотрели на него, впиваясь прямо в его душу. — Прости, что обидел тебя, — Тоши не выдержал и перевёл взгляд на свои напряжённые руки. — Я. Я не хотел быть слишком наглым или что-то в этом роде, — в его глазах защипало, но он всячески старался сохранить лицо. Вдруг на его сомкнутые руки легла рука.       — Тоши, послушай меня, — Шинсо вернулся к изумрудам. — Ты меня ничем не обидел. Просто, — он нервно потрепал зелёную штанину, — мне даже сейчас очень страшно, что ты можешь меня сдать, — Хитоши тут же хотел перебить, но ему не дали. — Но смотря на тебя сейчас, я понимаю, что сделал правильно, придя сюда. Но несмотря на всё это, — Мидория неопределённо махнул рукой, — ты должен помнить, что я злодей, — его голос понизился до шёпота, — и я убиваю людей.       — Ты же линчеватель! — это был громкий шёпот, но никто не обратил на них внимания.       — Нет, Шинсо, — взгляд Зу помутнел. — Я злодей. И я получаю удовольствие от расчленения людей. И я точно психически нездоров, — Мидория поднял на него свои болота. — Ты мне не веришь, да? А что, если я скажу, что у тебя очень красивый профиль? Или то, что у тебя настолько изысканно накаченные руки, что я хочу лишить тебя их и повесить себе на стену? Или что твои глаза прелестны, и я хочу оставить их себе, закрыв в банку? — Зу тихо ухмыльнулся. — И ты всё ещё думаешь, что я здоров, — он одной рукой сильно сжал руки Хитоши. Шинсо хотелось кричать. От безысходности. От того что тут тысячи людей, но ему рядом с ним никто не поможет.       — Тебе надо идти готовиться к бою. Наваляй сыну Старателя за папашу. У меня шрамы от него, — Зу убрал руку и отвернулся. А Шинсо опять просто сбежал.       Изуку горько ухмыльнулся, смотря на героическое фото Бекаса на упаковке попкорна. Он хотел быть героем, хотел дружить с Тоши, но не хотел в тюрьму, где его, скорее всего, прикончат люди отца, а Тоши убьют потом, как свидетеля. Он грустно посмотрел на пустую коробку и пошёл в закрытые коридоры стадиона. Он решил. Ему нужна кое-чья помощь. Пристроит Эри и выкинет Хитоши Шинсо из своей жизни для его же блага, пусть лучше он боится Зу, чем погибнет из-за связи с ним.       

***

      Против ледяных глыб Шинсо, о причуде которого знали, не мог ничего достичь. Поэтому оставалось брать на слабо.       — Так и будешь разбрасываться ледышками?       — Сыночек прямо как папаша, не так ли?        — Насколько ты самоуверен, что используешь только половину силы?       Может, мешало то, что Шото хорошо знал Шинсо, или Тодороки сам по себе непробиваемый. Но Шото не сказал ни слова до:       — Твоя мать столько мучилась ради такого сочетания причуды. А ты даже не можешь оправдать её стараний?       Вот тут Тодороки словно прорвало. Он незамедлительно открыл рот, но тут его глаза помутнели. Хитоши, уже изрядно побитый и подмороженный, приказал:       — Выйди из круга.              И Шото пошёл. У Тоши были угрызения совести, поступать ли так с другом, но он засунул их подальше.       Ровно до того момента, как весь стадион охватило пламя.       Ровно до того момента, как его буквально выкинули из этого чертового круга.       Ровно до того момента, как Шото с улыбкой на лице протянул ему руку, помогая подняться.       И тогда Шинсо наконец-то понял.       Он своим поступком не просто отдал Шото победу, он донёс до него нечто более важное.       

***

      Мидория и Шинсо шли к своим местам. Пусть Хитоши и проиграл, он не грустил и не отчаивался, по крайней мере пока. Лишь в глубине его сердца теплилось лёгкое разочарование в самом себе, прикрытое радостью от встречи с Зу. Но самой сильной эмоцией был страх. Тоши запутался, то Зу с ним мил, то угрожает его расчленить и становится пугающим. Он не знал как себя с ним вести.       — Здравствуйте, Изуку Мидория и Хитоши Шинсо! Я очень рад личной встречи с вами и возможности познакомиться с вами получше! Желательно сделать это в моём кабинете! — писклявый голос, или его обладатель, понизил температуру в коридоре на несколько тысяч градусов.       Незу красноречиво посмотрел на Мечтателя, словно говоря: «Ты же не хочешь, что бы кто-то услышал что-то лишнее?» Директор, не угрожающий в физическом плане, довёл Изуку до дрожи в коленях, а Шинсо физически ощущал, как напряжён Зу, от чего сам напрягся. Хитоши в панике обернулся, что было его первой ошибкой. За его спиной стоял его опекун, который должен быть ведущим. Как он вообще сбежал оттуда? Мидория тоже забегал глазами в поиске выхода из этого чертового коридора. Не заметив даже маленькой лазейки, он еле слышно пробормотал:       — Чёрт возьми, — затем, натянув приветливую улыбку, обратился непосредственно к директору. — Здравствуйте, Незу. Как я понимаю, мы не будем говорить о прекраснейшей битве Тоши и Тодороки-куна? — улыбка директора стала лишь шире, но он разочарованно помотал головой.       — Здравствуйте, — Шинсо пробормотал себе под нос хоть какую-то вежливость, чтобы не показаться грубым.       — Хорошо! Тогда пройдёмте за мной! — директор развернулся, даже не сомневаясь, что за ним последуют.       Хитоши первый пошёл за ним, и это была его вторая ошибка, о которой он потом пожалеет. Изуку рядом с ним просто прошептал тихое «блять».