8. Рождество, 2005

      Маленькие снежинки падали с потолка, создавая поистине волшебную атмосферу. Ненавязчивые ноты рождественских песен нарушали тихие разговоры друзей. На площади Гриммо встречали очередной праздник в теплом кругу.       Тео и Гарри бессменно сидели во главе стола, Тео следил, чтобы всем досталось угощение. А если кто-нибудь посмел взять чужой кусок, тут же требовал у Гарри применить его Экспеллиармус.       Невилл и Пэнси располагались в обнимку, она принимала заслуженную похвалу по новогоднему декору. А на ее пальчике поблескивало помолвочное кольцо, которое Пэнси никак не скрывала и лишний раз показывала, «ненарочно» жестикулируя.       Джинни и Блейз сидели в непозволительной близости друг к другу, химию этой парочки сложно было убавить. Гермиона была рада за подругу, хоть и вначале она сомневалась в благонадежности Забини. Но их отношения выдерживали разлуки из-за игр и сборов Джинни, а сама она так светилась, что любые опасения отпали.       Луна болтала рядом с Дафной. Творческая, себе на уме и немного сумасбродная Полумна и строгая, рациональная и дерзкая Дафна составляли на удивление сбалансированный, красивый и блондинистый дуэт.       Последнюю пару являли собой Рон и Лаванда, которые заняли место в углу, не в силах оторваться друг от друга. Они лишь недавно снова нашли друг друга, но Гермиона чувствовала, что у них все получится.       В комнате присутствовало еще два человека, но они сидели по разные стороны стола: Малфой, который практически безотрывно смотрел на Гермиону, и Гермиона, которая даже не взглянула на него.       Последнюю пару недель до Рождества началось что-то странное. Гермионе стали приходить совой цветы, конфеты и даже книги — выбор фолиантов был особенно хорош. Сначала она не понимала, кто мог присылать ей это, она ни с кем не встречалась и не ходила на свидания несколько месяцев.       Когда совы принесли первые книги, она почему-то подумала о Малфое, но отогнала эти мысли. После того Хэллоуина они не общались. Тео, конечно, рассказывал ей новости о нем, но она не просила!       Драко завершил миссию во Франции в ноябре и вернулся к своей обычной жизни. На вопрос про Асторию был ответ, что «Астория ничего не значит, у них не было отношений».       А после книг Малфой (это оказался именно он) начал присылать письма. Она их сжигала, она не хотела читать глупости про чувство вины или извинения. Пару раз он приходил в Мунго, Гермионе еле-еле удалось поменяться пациентами с другим целителем. Он пытался подойти к ней в Министерстве, но она испугалась и просто убежала через камин. А сейчас он гипнотизировал ее взглядом.       И что ему надо?       Праздник проходил весело, все играли в настольные игры, разговаривали о последних новостях и сплетнях. В один момент, когда все парочки начали миловаться друг с другом, Гермиона не стала это терпеть и вышла на кухню. Опершись руками на конфорку, она совсем не удивилась звукам открывающейся двери и шагов за своей спиной.       — Грейнджер, — прочистил горло он.       — Малфой, — устало ответила Гермиона.       — Если тебя не затруднит, — Малфой сделал паузу, было слышно, как слова с тяжестью выходили из его несносного рта, — я бы хотел поговорить с тобой.       Гермиона обернулась, удивившись такой вежливой просьбе от Малфоя. Она оглядела его, заметив небольшой румянец на лице, который, как ни странно, шел этому бледному придурку. Глаза были свободны от окклюменции.       — Хорошо, о чем бы ты хотел поговорить?       — Вначале я хочу принести извинения. Я понимаю, этого недостаточно, но я хочу, чтобы ты знала: мне искренне жаль, что тебе пришлось пережить из-за меня и моей семьи. Я не смогу этого исправить, но я бы сделал что угодно, чтобы этого не случилось. Я был трусом тогда…       — Малфой, — перебила Гермиона, — я никогда не держала зла на тебя, особенно за ту ночь в поместье, ты сделал выбор в пользу своей семьи, это нормально. Конечно, в детстве ты был сущим говнюком…       — Это мягко сказано, — ухмыльнулся Малфой.       — Но я тебе неплохо врезала на третьем курсе, — вздернула подбородок Гермиона. — Папа ставил мне удар.       — Мой нос и мальчишеское эго долго не могли оправиться.       Они улыбнулись друг другу, и затем каждый увел свой взгляд.       — Зачем ты дарил мне цветы и книги? — решила в лоб спросить Гермиона.       — Я начал делать то, что давно должен был, — сказал Малфой и встретился с непонимающим взглядом. — Ухаживать за тобой.       Сердце Гермионы пропустило удар. Он стоял тут в своем шикарном костюме и говорил такие вещи!       — Не могу понять, зачем ты бы стал делать это, — безэмоционально ответила Гермиона, сдерживая внутри ураган из эмоций радости, недоумения и ярости.       — Гермиона, — неожиданно мягко сказал он, оказавшись вплотную и взяв ее за руки. — Я хочу сделать все правильно. И до этого хотел… Я пытался избегать тебя, ведь я не заслуживаю тебя.       — Я сама буду это решать. И ты приревновал к тупому Чарльзу, хотя ничего не было, он просто был моим пациентом!       — И приревновал к тупому Чарльзу, — улыбнулся Драко, потянувшись к ее щеке.       Гермиона посмотрела ему в глаза и увидела серый шторм раскаяния, вины и желания. Она поднесла свою руку к его, наслаждаясь теплым прикосновением к своему лицу.       — Позволь мне доказать тебе, что могу сделать тебя счастливой.       Гермиона заморгала. Казалось, она во сне и видит сюжет романтичной мыльной оперы. Первой реакцией было желание оттолкнуть его, слишком это резкий поворот для нее, ей нужно было все обдумать. Но хотелось и прижаться, отдаться своим желаниям и наконец ощутить эту близость.       — Хорошо, — прошептала Гермиона, прикрыв глаза.       И спустя мгновение почувствовала теплое прикосновение чужих губ. Поцелуй начинался очень нежным, скромным и даже робким. Рука Малфоя притянула ее за талию, а вторая зарылась в волосы. Гермиона не смогла сдержаться и вторглась своим языком к нему в рот.       Мужской стон, последующий за этим, разрушил все стеснение и неловкость, они будто сорвались, губы начали двигаться настойчиво, а руки смелее. Ладони мужчины опустились на ее ягодицы, крепко их сжали и подтянули на себя.       Драко уткнулся в шею Гермионы и покрывал ее поцелуями, смешанными с укусами. Гермиона почувствовала низом живота его возбуждение, и еще один стон невольно вырвался из приоткрытых губ.       Сгусток желания зарождался в ней, разжигая тепло между ног и захватывая дыхание. Она взяла лицо Малфоя в свои ладони и впилась в него страстным поцелуем, выпуская наружу скопившиеся в ней энергию и страсть.       Она не понимала, сколько прошло времени, руки Драко исследовали ее спину, талию, ягодицы и бедра, а его губы целовали ее шею, плечи и ключицы.       Как же давно она не чувствовала такого желания и удовольствия, влага начала скапливаться между ног, и ощущался пожар возбуждения ниже живота, закручиваясь все больше.       Желая убедиться, что и она влияет на него похожим образом, Гермиона прошла руками путь от его плеч, за которые держалась, ниже к узким бедрам. Схватившись за ремень, она пробралась под рубашку и провела ногтями по бокам.       Драко вовлек ее в глубокий поцелуй, зарывшись пальцами в густые кудри. Гермиона опустила руки, найдя твердую выпуклость под брюками, и крепко сжала ее. Как же было приятно услышать глубокий и низкий стон в ответ на это.       Но за секунду все изменилось. Она удивилась, что ее руки оказались убраны от спрятанного и наверняка пульсирующего члена, и открыла глаза.       Столкнувшись с серым взглядом, в котором бурлил темный океан желания, Гермиона нахмурилась, не понимая, почему он прекратил ее прикосновения.       Драко взял ее лицо в ладони и прижался своим лбом к ее.       — Я хочу сделать все правильно, — тихие слова сорвались с его губ.       — А что сейчас неправильного? — спросила Гермиона.       — Кроме того, что мы на кухне на Гриммо? — ухмыльнулся Драко. — Я не хочу спешить, хочу сделать все правильно. Как бы мне ни хотелось сейчас заткнуть себя и продолжить… — Драко взял паузу и отошел на шаг от нее. — Позволь мне проводить тебя домой.       Гермиона задумалась на минуту, но, увидев хмурое выражение лица Драко, поспешила сказать с ухмылкой:       — Ладно, Малфой. Ты можешь проводить меня.