Глава 39. Причина.

«1980»

***

«Mio caro, моя Марселла. ‎Хочу поделиться с тобой радостью нашей семьи. В августе, в конце месяца, у нас родилась дочь! За время проживания в Риме, я уже и позабыла насколько необычно родить чадо. Мы с Найласом остановились на имени Элизабет, но и я настояла на своём, выбрав второе имя для ребёнка — Вилия. ‎Элизабет Вилия Реббенс — Викрицио. ‎Красиво, неправда ли? Найлас заявил, что в скором времени мы должны вернуться в Лондон. ‎ Дориано подрос. Послений год мы начали учить французский, ведь я надеялась отправить его учиться в «Шармбатон», в более безопасное место в настоящее время, но теперь, мы намерены поступать в «Хогвартс». ‎Английский у него не так хорош, как ожидал Найлас. Акцент имеется, но думаю, что со временем у него всё наладится. ‎С нетерпением жду нашей встречи, чтобы увидеться с тобой и мистером Ноттом. Как поживает малыш Теодор? Вы уже начали ходить? Стали резаться зубки? ‎ ‎Надеюсь, что скоро самолично убедимся в этом. С любовью, mio fiore, ваши Реббенс-Викрицио»

***

«‎Ноябрь 1981»

***

Вечнозелёные леса Англии славятся своей таинственностью. Высокие кроны деревьев скрывали не только волшебный мир, но и шпили особняка в родовом имении аристократов — семьи Нотт. … Просторная гостиная второго этажа была наполнена приятным ароматом свежеиспеченного печенья и травянистого чая. ‎-Мистер Нотт, это правда, что Тёмный Лорд был побеждён мальчиком Поттера? ‎ ‎-Да, Найлас. -сухо заявил мужчина. -Как бы абсурдно не звучало, но это действительно так. ‎-А что насчет следствия? ‎ ‎-Мы смогли убедить Министра в суде Визенгамота в том, что работали под заклятием «Империус». -уверенно произнёс мужчина, а после отпил чай. -Многих из нас отпустили. ‎ -А как же Люциус Малфой? — в голосе его звучало напряжение. ‎-Он первый, кто прибежал к Министру, несмотря на «вечную верность» Тёмному Лорду. Действительно из «верных» соратников остались лишь Лестрейнджи, Барти Крауч Младший и Долохов. ‎ Найлас настороженно переглянулся с женой. ‎-Вы думаете… Тёмный Лорд… Исчез или же? -неуверенно спросила миссис Реббенс. ‎ Мистер Нотт тяжело вздохнул, собираясь с мыслями. ‎-Признаться честно, хотелось бы в это верить. Я уже не слишком молод, чтобы продолжать участвовать в его деяних, в том, с чего мы начинали. Тем не менее, его позиция мне ясна, и её отстаивать буду до конца. Нам ни к чему, чтобы эти грязнокровки знали о нашем мире. Они не достойны наших знаний. Реббенс согласительно кивнул. -‎Поговаривают, что его тело так и не нашли в доме Поттеров, но следы магии остались. Тёмный Лорд не допустил бы своей ошибки, зная, что сотворил со своей душой. -Позвольте спросить, а что Тёмный Лорд сделал со своей душой? -Элеонора… -Нет-нет, Найлас, не стоит. Никогда интерес не считался дурным тоном, если человеку об этом неизвестно. Нотт продолжил: -Тёмный Лорд... Он разделил свою душу на несколько частей самым, что ныне есть, ужасным способом. Элеонора ахнула. -Именно поэтому идти на поиски я не собираюсь, пусть я и был в числе его приближенных. Возможно он и жив, но сейчас, я хотел бы подумать о семье. Кстати говоря о ней. ‎ ‎Мистер Нотт поднялся с места и направился в соседнюю комнату за дверью. Выходя из неё, он медленными шагами держал за ручку ребёнка. ‎-Мой сын — Теодор. ‎

***

«‎1987»

***

‎-Тео, нам ведь туда нельзя… -прошептала Элизабет. ‎ ‎-Идём. Если будешь вести себя тихо, никто и не узнает. ‎ Пробегая по длинному коридору в тоненьких носках, сменяя ступени одну за другой, ‎они добрались до третьего этажа. Повернув за угол, они направились к занавешенному шторами окну. ‎Взяв Элизабет за руку, он приложил палец к своим губам. ‎Кивнув головой вверх, он указал на потолок. ‎ ‎-Что там? -спросила она. ‎ ‎-Сейчас увидишь. ‎ ‎Оддернув штору, они увидели скрытую дверь, а не окно, как думала Элизабет. ‎ ‎Аккуратно открыв её, Теодор пропустил гостью, закрывая за ними дверь и ещё раз окинул взгляд на коридор. ‎Взяв свечу, они стали подниматься по винтовой лестнице. ‎ ‎-Что за этой дверью, Тео? -едва слышно произнесла Элизабет, но интерес брал выше страха. ‎ ‎Ничего не ответив, но также с волнением, он потянул рукоять двери, и перед ними предстала площадка обсерватории. ‎ Раскрыв рот от изумления, Элизабет приняла насмешливый вид для Теодора, что тот без стеснения рассмеялся над ней. ‎ -Что смешного? -озадаченно спросила она, подавляя собственный смех. ‎-Ты. Ты смешная, Элизабет. ‎Он прошёл дальше, и стал зажигать свечи. ‎ -У вас ведь тоже она есть, чему ты так удивилась? -Да есть, но она не такая большая, как ваша. ‎ ‎Она поспешила за ним и взялась за руку, дабы не потеряться в темноте круглой и большой комнаты. ‎ ‎-Вот про этот телескоп я тебе рассказывал. ‎ ‎Отпустив её руку, он поставил свечу. ‎ -Когда наступает полнолуние, и небо чистое, то через него можно увидеть лунки на Луне. Их называют кратерами. Знаешь, Луна как на ладони! -А мне говорили, что Луна сделана из сыра, и потому у неё такие дыры. -Кто сказал тебе такую глупость? -Неважно! -Элизабет тут же отвернулась от друга. ‎ ‎Теодор вновь рассмеялся. -Тео, смотри! -воодушевленно произнесла Реббенс. Обратив внимание на стеклянные двери, они заметили, как звезды стали «падать с неба». -Это же звёздный дождь! Быстрей идём, мы ещё успеем! Взяв Элизабет за руку они подбежали к дверям, но открыть их не удалось. -Кажется, заперто? -уточнила Элизабет. -Отец запечатал их каким-то заклинанием… Ну ничего, двери же стеклянные, мы и отсюда увидим звездопад. Прижавшись лицами к дверям, они с благоговением наблюдали за красотой ночного неба, что сияло подобно сапфирам на ткани королевского платья. -Элизабет, ты что, заснула? -заметив прикрытые глаза подруги, он усмехнулся. -Не мешай, я загадываю желание! -шикнула она в ответ ему. -Загадываешь желание? Зачем? Открыв глаза, Элизабет заулыбалась. -Теперь ты выглядишь смешно, Тео. -она рассмеялась. -Желание загадывают, когда падает звезда. Если желать искренне, то оно исполниться. -Как звезда исполнит твоё желание? Это ведь не заклинание и не зелье. -недоумевал Нотт. -Не знаю, я просто в это верю. -улыбнувшись и пожав плечами, Элизабет вновь взглянула на небо. ‎

***

«Ноябрь ‎1989»

***

Морозное утро. Густой туман. Одинокий замок. Три значимых слова, скрывающих за собой скорбь семьи Нотт. ‎ Родовое кладбище находилось поодаль от особняка, почти на опушке вечнозелёного леса. Высокие статуи ангелов из белого камня наблюдали за прощанием любимой жены, любящей сестры, близкой тети, для кого-то сокурсницы, верной подруги, и мамы. Горячие слезы стекали по лицам членов семьи. Глубокие и опустошенные глаза мистера Нотта смотрели на надгробие жены. По его жилкам неслась обида, злость, ненависть и большая боль утраты, ведь она покинула его. Она была его смыслом, его музой, его жизнью… -Почему же ты не сказала мне… Не говорила, что больна… -прошептал он себе под нос, думая, что она услышит его рядом. Этот день он проклинал, проклинает и будет проклинать. -Теодор, милый… П-пойдем. У тебя губы стали синими. -Я не пойду, миссис Реббенс. Я не оставлю папу одного. Опухшие глаза Элеоноры взглянули на мужа в надежде, что тот поможет вразумить мальчика, который неосознал произошедшее. Но Теодор был не глуп и все осознал минуемой ночью, когда был подле кровати матери. Ничего не говоря, Найлас взял под руку жену, оставляя семью «наедине». -Мы подойдём к ним позже, Элеонора. -Но их нельзя оставлять, Н-Найлас… -Элеонора пыталась сдерживать вырывающиеся всхлипы. -Тише, дорогая, тише… -шептал он жене, стараясь быть сильным при ней. В тишине промозглой дороги они слышали лишь свои шаги, пока не вспомнили о том, что их должно было быть трое. -Элизабет! Найлас… Элизабет! -дойдя до выхода из кладбища они тут же опомнились.

*** Дыхание было сбивчивым. Тело покрытылось мурашками, отдавая дрожью в зубах. Наблюдая со стороны за Теодором, Элизабет не знала куда ей поддаться. Замечая, как отец уводит маму поодаль, Элизабет надеялась на их скорое возвращение, но его не последовало. Не став дожидаться, она сделала шаг к Теодору. Понимая, что случилось с миссис Нотт, Элизабет боялась заговорить с другом, но очень хотела его поддержать. Стоя за его спиной, Элизабет начала: ‎-Я помню, что миссис Нотт очень любила цветы… Губы Теодора поджались. Он не повернулся. -Она говорила, что хризантемы часто недооценивают, и я задавалась вопросом: почему? Теодор молчал. -На что миссис Нотт ответила, что их значимость начинается только тогда, когда заканчивается чья-то жизнь. Держа в руках букет из восьми хризантем, она прошла мимо Теодора, аккуратно положив их перед надгробием его матери. -Мне очень жаль, Тео. -прошептала Элизабет и боязливо потянулась к его правой ладони, чуть касаясь поледеневшей кожи пальцев.

***

«Настоящее время, февраль 1995»

***

Морозный воздух уходящей зимы пытался проникнуть сквозь узкие щели полуоткрытых окон кабинета в поместье семьи Реббенс. Высокий силуэт мужчины мелькал тенью на стене, где раннее висели картины. Огонь в камине все медленнее угасал, словно застыл в ожидании услышать разговор хозяев этого дома. -Найлас будь терпиливее. -прозвучал голос женщины. -Уверена, что есть иной выход. — миссис Реббенс пыталась сохранять спокойствие, но понимала, что ситуация не будет иметь хорошего исхода. -Нет, Элеонора, у нас нет другого выбора. В этот раз нам не удастся просто сбежать. Люциус Малфой достаточно помог нашей семье и его «забота» утратила силу. -Реббенс остановился. -Я должен найти другого волшебника, дабы уберечь вас. -Вас? Неужели всё настолько ужасно, Найлас, раз ты не уверен в нашей безопасности? Ходя из стороны в сторону, Реббенс вновь резко остановился. -Элеонора… Я готов отдать свою жизнь, лишь бы знать, что ты будешь жива. -Найлас, не смей… -Ты знаешь, что мы намерены дать непреложный обет Нотту. Этот разговор поднимался ещё летом. -голос его стал увереннее. -Но… -Ведь в случае моей гибели, он возьмет вас с Элизабет под защиту. Если судьба же коснется его, то ответственность за его сына буду нести я. -А если Тёмный Лорд не пощадит вас? -её голос дрогнул. Зеленовато-голубые глаза взглянули в испуганные карие глаза любимой. -Теодор станет мужем Элизабет. Реббенс присел на кожаное кресло. -Именно к этому я старался подготовить Элизабет, что бы та, через упрямство смогла принять то, от чего не имеет право отказаться. Принять эту ношу — её судьбу. Она должна стать миссис Нотт, таково будет наше спасение. -Если же Теодор станет пожирателем смерти, то что тогда? Разве её учесть не настигнет в камере Азкабана? -торопливо и обеспокоенно произнесла Элеонора. Ей стало дурно от этой мысли. -Найлас, в конце концов её могут убить! Или заставить стать одной из них. Как ты можешь допустить это?! -Чистокровных волшебников Тёмный Лорд не позволит убивать беспричинно. Убийство… Элизабет… Может случиться в том случае, если она встанет на сторону Ордена… -Будем молиться, что до этого не дойдёт. -закончила за него Элеонора. В кабинете повисла тишина. -Именно поэтому будет дан обет, Элеонора. Нотт будет защищать её любой ценой, даже если и сам примет эту метку, и будет подвережен опасности. Это будет долгом Теодора перед отцом. К тому же, её дальнейшая жизнь уже предопределена. Элизабет будет жить в достатке, иметь статус… -И потеряет себя, друзей, отца. -У неё будет семья! У неё будешь ты, Элеонора! Пойми же… -Реббенс вскочил с кресла. -Вы всё, что у меня есть, и я не намерен вас потерять. -подойдя к жене, он раскрыл свою слабость, прижимая её руки к своей груди. Смотря друг другу в глаза, Элеонора выжидала. -Ты уверен, что мы принимаем верное решение? Будет ли она счастлива с Теодором? -Да… Думаю, да. -заверил Реббенс, обнимая жену как можно крепче, согревая её в холоде полупустого кабинета.