Глава девятая

Он совершенно точно знал, что найдет ей применение. План родился практически сразу, едва невесомая, прозрачная как туман ткань легла ему в руку. Транквилитас аними. Редкое зелье, успокаивающее разум. Оно было ему нужно. Не то, чтобы он всерьез полагал, что окажется на соседней койке с Локонсом. Но… Безумие в большинстве случаев довольно унизительно. Отними у Беллатрисы палочку – и она просто невпопад хохочущая тетка средних лет с черной паклей на башке. Женщина трудной судьбы. Маглы бы точно сняли про такую успешный фильм. Они любят копаться в чужих драмах. Странно, что слабоумие в магическом мире необратимо. Кто-то же должен заниматься этими исследованиями. Чего стоит твоя чистокровность, если ты периодически забываешь подтирать зад? Ему внезапно подумалось – ведь магия довольно статична. Новые зелья и заклинания изобретаются редко и с большим скрипом. Салазар его побери за такое кощунство, но маглы в этом смысле пошустрее. У них есть стимулы в виде более короткой жизни и кучи угрожающим им болезней. Бедолаги даже трахаются с гораздо большей оглядкой. И все равно… Может потому, что их больше? Поэтому и выборка для талантов побогаче. А Темный Лорд еще хотел избавиться от грязнокровок. На одних чистокровных магическое общество в своем развитии бы съехало в болото. Как бы отреагировал отец, услышь он подобное? Предсказуемо. И снова ты подумал об этом. В чем дело, Драко? Старшие Малфои больше не нависают над тобой как Экскалибур. А ты все еще живешь, сверяя свои мысли с их гребаными установками. И все, на что хватает твоего бунтарского духа, это трахать магловских шлюх и зависать в злачных районах Лондона. Хмм. Может, после Хогвартса устроится на какую-нибудь максимально немагическую работу? Скинуть палочку на хранение в свою ячейку в Гринготтсе и стать… да хоть стома-то-ло-гом! Как родаки Грейнджер. Вряд ли для того, чтобы заглядывать людям в рот, надо много ума. Хотя кого он обманывает. Он этого не умел. Его приучали к тому, что все будут смотреть в рот ему. И все же. Отправить папаше колдо в белом халате и дебильной маленькой шапочке. Он впадет в такую депрессию, что дементорам из-за этого придется сесть на диету. Опять. Делать все ради и вопреки. А сам-то ты чего бы хотел? Драко отбросил эти мысли. Он был слишком практичен для таких абстрактных рассуждений. Конкретно сейчас он хотел зелье. И он его получит. Эх. Если бы у него была эта мантия с первого курса! А лучше – с рождения. Он бы вообще ее не снимал. Поттер – придурок, конечно, но все-таки парень. Не может быть, чтобы он с ее помощью не добыл себе парочку ярких картинок для дрочки. Драко бы точно посетил квиддичную раздевалку. Душевая – обязательно. Даже не обсуждается. Ванная старост – ну так. Там нередко трахались парочки. А смотреть на это его не возбуждало. Отлично все-таки передвигаться, зная, что ты невидим. В подземельях было приятно прохладно. Без пронизывающего замкового сквозняка. Комфортная прохлада. Как раз для змей. В том числе – для одного старого змея, в чье логово он сейчас и направлялся. Как хорошо, что удалось подслушать заклинания для отпирания двери. Директор, конечно, не ограничился простенькой защитой. Где-то тут… вот оно! Яркая зеленая вспышка обожгла сетчатку, проносясь над его плечом и врезаясь в стену. Даже не хочется выяснять, что это было. Он еще раз провел палочкой, пытаясь зацепить чужую охранную магию. Хоть какая-то польза от Люциуса и Абраксаса. С другой стороны – не будь этих старых ублюдков в его жизни, может быть, его бы и не мучили сейчас кошмары вперемешку с бессонницей и головными болями? Люмос осторожно, будто даже опасливо расползался по каменным стенам. Мда. Как ни ценил Драко уединение, все-таки сидеть целый день в кабинете без окон – удовольствие не для него. Все как обычно. Огромный длинный стол в центре, заставленный колбами, любимый котел, который хозяин даже мыл лично, не доверяя такое священнодействие жопоруким эльфам. Еще куча котлов разных размеров в разных углах кабинета. И – главное. То, ради чего он тут. Стеллажи с готовыми зельями. Оно должно быть тут. Скорее всего, на верхней полке, с самыми редкими. Кончик палочки чуть дрогнул в его руке от нетерпения. Драко прислушался. Кинул на дверь простенькое заклинание оповещения. Оно успеет сработать, чтобы он погасил Люмос и поплотнее укутался в мантию на случай, если крестному стрельнет пониже поясницы пересчитать свои зелья среди ночи. Драко, конечно, оставил довольно много магических следов. Особенно подозрительно тайные посещения кабинета с зельями выглядят, когда в школе потрошат грязнокровок. Но он умел их подчищать. Опытные авроры смогли бы обнаружить, но надо же знать, что искать и где. Поиски осложнялись тем, что зелья были без этикеток. Снейп вовсе не планировал облегчать возможным ворам задачу. Но Драко примерно представлял, как оно выглядит. Вот. Что-то похожее. Плотная, густая субстанция бледно-фиолетового цвета. Теперь запах. Для каждого свой прямо как у амортенции. Только в случае с транквилитас аними он должен быть успокаивающим. Что-то приятное и умиротворяющее. Что-то вроде… Роз. Сад Нарциссы. Место, где можно было расслабиться. Хоть немного отдохнуть без ощущения, что над тобой нависает отцовская трость для подзатыльника. Кстати, когда у Драко только появилась палочка он отучил Люциуса от этой нехорошей привычки. Бить его. Тот ворчал про слишком рано показанные зубы, но бурчал, кажется, даже немного одобрительно. Пусть скажет спасибо, что сын от непривычки и злости не размазал его об стену. Костеростками бы не отделался. Было что-то еще. К цветочным ароматам примешивалось нечто съедобное, но Драко не стал в этом разбираться. У Снейпа в кабинете чем только не воняет. Малфой уже нашел то, что искал. … Гермиона лихорадочно металась с одного края дивана на другой. Она обложилась всеми украденными из запретной секции книгами, свалив их на столик и диван по бокам от себя. Сама расположилась в середине и усиленно пыталась изучить их все и сразу. Хватала одну за другой, глаза слегка воспалились из-за плохого освещения в гостиной, но девушка не обращала на раздражающие пощипывание внимания. Она пробегала по диагонали страницу за страницей, пытаясь впитать как можно больше. Найти что-то, что может ей помочь. Не ощущать себя настолько беспомощной без какой-либо информации. Почему-то ей казалось, что Малфой отберёт книги, как только вернётся, закончив свои грязные дела. В том, что они были грязными, Гермиона они сомневалась. За другие этот хорёк и не брался. У него просто фантазии не хватит сделать что-то хорошее и созидательное. Наверняка, собирает на кого-нибудь компромат, выведывает чьи-нибудь грязные секреты или подглядывает за девчонками. Занятия, достойные змей. Слизеринских змей. Хотя… что касается последнего – ему это было необязательно. Большинство девиц и так охотно разделись бы, если б он попросил. Попросил – как же! "Я Малфой. Я всегда приказываю". Да что он о себе возомнил!? Кажется, они с наездницей были настолько возмущены этим, что после его ухода целую минуту могли только открывать и закрывать рот. Гермиона была так зла, что чуть было не принялась обсуждать с портретом его скотское поведение. Но вовремя себя осадила. Обсуждать с портретом противных мальчишек. Да, Грейнджер. Ты совсем одичала в своей башне, запертая с хорьком. Сосредоточься. Приоритеты. Не стоит забывать расставлять. … Он справился быстро. Намного быстрее, чем рассчитывал. Даже странно, что Снейп поставил так мало охранных чар. Хотя по сути ничего сверхценного у него в кабинете не было. Вот в бывший дамблдоровский кабинет проникнуть было бы сложнее. Еще много времени, в башню возвращаться не хотелось. Пусть грязнокровка немного понервничает. Он еще не решил, отдаст ли ей мантию. Все будет зависеть от ее поведения. И зная Грейнджер… Он хищно оскалился. Ох, не видать ей мантии как своих ушей, спрятанных где-то в этом ее совином гнезде. Времени много. Хмм… Девчонки давно трепались об этом в общей гостиной. О девичнике. Планировали оккупировать выручай-комнату. Как раз сегодня вечером. А их девичники обычно перетекали в ночь. Вряд ли Паркинсон или Гринграссы как пай-девочки разошлись по кроваткам. Наверное, они расползутся только к завтраку. Не то, чтобы ему было интересно, о чем болтают девчонки… Вот лет в тринадцать он продал отцовскую коллекцию огневиски, чтоб попасть на девичник незамеченным. Сейчас ему подвернулась возможность. А он не привык от них отказываться. Стать еще большим знатоком женских душ и проще разводить их на быстрый перепих в школьном туалете. Навскидку. Хорошая ведь причина не идти в башню сразу после ограбления снейповского кабинета? … Выручай-комнату он нашел легко. Прислушался. Девичьи голоса. Да, все женские. Аккуратно взявшись за массивную ручку, слегка нажал. И толкнул вперёд. Она не издала ни звука. Малфой быстро глянул в образовавшийся просвет. На него не обратили внимания. Потому что не на что было. Если бы кто-то и глянул – нашел бы лишь пустоту. В комнате было достаточно темно, свет исходил из маленьких напольных светильников. А самое светлое место – будуарный столик с огромным зеркалом, за которым парочка слизеринских старшекурсниц красили третью, желая, видимо, попробовать на ней всю имеющуюся косметику. Черное каре Паркинсон. Ее точеный профиль, полные губы, обхватывающие самый краешек стакана. Милисента Булстроуд, сестры Гринграсс, Дэвис и еще около десятка слизеринок. Все – в пижамах разной степени откровенности. Задержаться. Почему бы и нет. Потенциал мантии надо использовать по полной. Тем более обсуждали как раз его. – Драко не стал бы спать с грязнокровками! – повысила голос Паркинсон, отлипнув от стакана и раздраженно тряхнув волосами. На что Астория лишь усмехнулась: – О, ещё как стал бы! Она добавила в притворном священном ужасе: – И даже с маглами. Драко из тех парней, что не упустят возможности засунуть член в любую хорошенькую девчонку. К тому же... для таких, как мы, это что-то вроде безопасного протеста. Наше будущее расписано на годы вперёд. Родители уже придумали нам судьбу. Так что всё что нам остаётся – это трахаться с маглами и грязнокровками назло мамке. Милисента хрюкнула в стакан, но ничего не сказала. Пэнси бросила на нее взбешенный взгляд, но ту же вернула его Астории. Драко встал чуть поодаль, за диваном. Прислонившись к стене, чтобы никто случайно не налетел на него. Девицы периодически хаотично перемещались по комнате. Предвкушение сплетни заставило всех застыть, прекратить разговорчики и жадно прислушаться. Это и раззадоривало, и раздражало Паркинсон. – Да что ты такое несешь?! Я бы никогда не прикоснулась… Это же все равно, что с животным! Очень странно слышать от тебя такое! Будто ты не находишь в этом ничего такого. Астория коварно ухмыльнулась: – В этом наше отличие, Паркинсон. Я могу относиться к этому, как угодно. Просто позволяю себе в отличие от тебя, бедняжки. И не душню о своей неприязни к маглам на каждом шагу. Для родителей я – ярая маглоненавистница, но в душе мне плевать на них. И поэтому я стану идеальной леди Малфой. Которая не станет трахать мужу мозги и позволит маленькие слабости. Что-то вроде невинного извращения. Трахать маглянок иногда. – Женится на тебе?! – Паркинсон так энергично взмахнула бокалом, что часть цветного напитка расплескалась на диван и плед. – Не много ли мнишь о себе? Он встречается со мной… – Ой, перестань! – младшая Гринграсс отмахнулась от нее как от несущей глупости первокурсницы. – Драко ни с кем не встречается. Я вообще не уверена, что он способен на это самое «встречаться». Это же предполагает… ну не знаю… некоторую эксклюзивность что ли. Паркинсон сжала зубы так сильно, что Драко подумал – сейчас крошка брызнет в разные стороны. – У нас не все гладко и бывают периоды, – она попыталась выйти из положения, но все были в курсе их так называемых отношений, так что ее потуги были бессмысленны. – Паузы в общем. – Ага, каждый раз, когда ему надо подкатить к другой девчонке! – не выдержала Милисента и заржала. – Какие же вы суки! – Паркинсон со всем возможным достоинством поднесла стакан ко рту, делая большой глоток. Просто давая себе передышку. Перед следующим раундом. Но девицы уже были расслаблены, подогреты алкоголем, и, похоже, не настроены на словесные баталии. – Ты нас за это и любишь! – с показной лаской в голосе протянула Дафна. – А мы любим тебя. И у нас девичник вообще-то! А это территория без мужиков. И тем более мы не должны из-за парней ругаться! Много чести им… Достало это! Одна из самых моих нелюбимых вещей в чистокровном воспитании – необходимость смотреть мужу в рот. – Вот-вот! Мне тоже, – миролюбиво прогудела эмансипированная Милисента, которая замуж вообще выходить не хотела. – А если это будет Гойл? – подхватила Астория. – Он же жрет постоянно! Придется смотреть на него, не отрываясь! Девицы дружно захихикали. – Понятно теперь, чего вы передрались из-за Малфоя! – отсмеявшись, выдала Трейси Дэвис. – Он по крайней мере красивый, неглупый и во время обеда большая часть еды остается у него во рту, а не на рубашке. – Есть еще Забини. Он красавчик, – задумчиво вставила Дафна и быстро продолжила. – Выбор невелик, это да. Тебе точно останется кто-то вроде Крэба, Трейс. Если будешь щелкать клювом! – поддразнила она. – А я не планирую выходить замуж за английского волшебника. Родители вроде присмотрели мне наследника одного старинного рода в Австрии. Наши семьи уже пару веков дружат и насмешали крови, но никого это не смущает, – она пожала плечами. – И тебя устраивает? – спросил кто-то из девчонок. – Мне все равно. Я в первый же год брака, если муж в постели отстой, заведу роман с садовником. – С домовым эльфом что ли? – недоуменно уточнила Милисента, и все снова заржали. – Ну может, в Австрии волшебники нанимаются в садовники, – предположила Астория. – Грязнокровки разве что, – презрительно бросила Паркинсон, оседлав любимого конька, но тему не поддержали. – Интересно, кому-то приходило в голову трахаться с домовым эльфом? – шепотом спросила Трейси, ее глаза блестели от выпитого, а помада слегка размазалась. – Я слышала, что даже есть такой ребенок… Или был. От связи волшебника с эльфом, – поделилась Дафна. – Мерзость, – скривилась Пэнси. – Я думала, ничего хуже секса с маглами быть не может. – О, скучающие лорды могли развлекаться даже со своими магическими существами, – пьяно хихикнула Милисента. – Милс, умоляю! – яростно рявкнула Паркинсон. Драко тоже стало скучно. Их раздувы забавны, но не настолько, чтобы тратить на это время. Но вот… Почему бы не устроить и себе вечеринку? Они уже напились. Он сместился к двери. Убедился, что никто в эту сторону не смотрит, технично скинул мантию, прошептал заклинание пятого измерения для заднего кармана джинсов и быстро запихнул ее туда. Чисто. Никто не замечал его еще некоторое время. Наконец одна из делавших макияж девчонок увидела парня в отражении и испуганно вскрикнула. На нее обратилось несколько удивленных взглядов. Она молча указала на ухмыляющегося Малфоя. – Драко! Что ты тут делаешь? Пэнси развернулась так резко, что остатки напитка оросили несчастный плед. – Решил присоединится к вечеринке. Вы тут так мило делили мою шкуру, что я подумал – неплохо бы попользовать ваши. Сравнить, так сказать. Что скажете? Хотите посоревноваться за титул «леди Малфой»? Он говорил полушутя-полусерьёзно. При всех. Потому что мог. Потому что привык быть чуть ли не главным объектом сплетен. Но Астория плотоядно ухмыльнулась, ничуть не растерявшись от его внезапного вторжения. – Нечестно, Малфой! У нас тут девичник, мы забились на сегодня! Вали к парням! – обиженно протянула Милисента. Малфой лишь приподнял бровь, смотрел он при этом на Паркинсон, лицо которой пошло красными пятнами. Было очевидно, что она лихорадочно прокручивает в уме часть разговора, касающуюся его. Но он чувствовал. Безошибочно уловил по настроению. По колебаниям их магии. Девчонки действительно решили устроить соревнование. Будто бы верили, что он действительно женится на той, кто лучше отполирует его член язычком. Хотя… почему нет? Иметь при себе такую отвязную, свободных взглядов жену, которая отсосет тебе после того, как оттрахал какую-нибудь хорошенькую… грязнокровку, например. – Нет, он останется, – плавясь и съеживаясь под его взглядом, произнесла Паркинсон. – Нам нужно поговорить. Он пришел ко мне. – С чего ты взяла, что к тебе? – вскинула тонкие брови Астория. – Он же ясно сказал – соревнование. Кто-то еще хочет участвовать? Девчонки опускали глаза, некоторые понятливо собирали монатки. – Да ну вас. Потаскухи! Променяли подруг на парня! – обиженно надулась Булстроуд. – Милс, ну! Не обижайся! Мы еще повеселимся, – младшая Гринграсс подошла к ней и обняла сзади, обхватывая за талию и кладя подбородок на плечо. – Я подарю тебе браслет. Тот, с бриллиантами, который тебе понравился. Девчонка фыркнула, но уже не так негодующе. Астория поймала изучающий взгляд сестры и деланно виновато улыбнулась. – Ничего такого, Даф! Просто немного веселья для нас с Драко. Это «нас» она произнесла так медово-многозначительно, что Малфой почувствовал, как будоражащая волна тепла пронеслась по телу, застревая и разливаясь в районе паха. Слизеринки гуськом двинулись к двери, не смея возражать «королевам факультета». Теперь им не помешают. Все же – если ты принц, то у тебя всегда будут привилегии.