Правильный выбор

Всю неделю Хэджин преследовало странное, тягучее чувство, от которого невозможно было укрыться. Оно фантомной болью отзывалось в груди, заставляя её раз за разом тянуться к телефону, чтобы набрать номер Хи У, после их последней встречи и того резкого, честного разговора тишина между ними казалась оглушительной. Он был её первой любовью — тем самым чистым и светлым чувством из прошлого, которое, как она теперь понимала, никогда не угасало она любила его всё ещё и, возможно, сильнее, чем прежде, и с каждым часом приближения свадьбы с Андреасом Хэджин всё отчетливее осознавала: она стоит на краю пропасти. Мысль о замужестве наводила на неё тоскливое оцепенение. В памяти всплывали слова Хи У — резкие, как пощечина, но правдивые он говорил, что Андреас ей не пара, что только с ним, прокурором, привыкшим сражаться за истину, она будет в настоящей безопасности. Тогда, в отеле, она ушла, хлопнув дверью, не желая слушать «высокомерные советы». А теперь каждое его слово эхом отдавалось в её сердце, признавая его правоту. Подготовка к церемонии шла полным ходом, но Хэджин чувствовала себя лишней на этом празднике жизни её пульс ускорялся не от предсвадебных хлопот, а лишь при мысли о Хи У. И это странное волнение совсем её не пугало. «Может, это просто нервы? — пыталась она убедить себя. — Все невесты боятся перед алтарем» но разум был бессилен против зова сердца и вот, застыв перед зеркалом в роскошном красивом свадебном платье, она увидела в отражении чужого человека. Белоснежный шелк казался ей саваном для её надежд. В этот момент пришло горькое озарение: она совершает ошибку, которую не исправить вспомнив слова Ён Ын о том, что нужно доверять лишь сердцу, Хэджин дрожащими пальцами набрала номер. Он ответил мгновенно, будто всё это время держал телефон в руке, ожидая именно её звонка. — Я поняла... — голос её сорвался, но она заставила себя продолжить и произнесла. — Я совершу страшную ошибку если я сделаю этот шаг, я буду жалеть об этом до конца своих дней. Наступила тишина секунда тянулась как вечность, Хэджин испугалась, что он повесит трубку. Но затем раздался его голос — глубокий и спокойный: — Чего ты хочешь, Хэджин-а? Просто скажи своему оппе, и я это исполню. Она закрыла глаза, вдыхая прохладный воздух комнаты, и решительно выдохнула: — Оппа... забери меня забери и спрячь в своём мире там, где будем только мы двое. На том конце послышался легкий, почти торжествующий вздох. — Неужели ты наконец услышала меня? — спросил Хи У, и тяжело вздохнул а затем следом уже произнес. — Я ведь говорил: я твой мужчина, твоя судьба со мной твоя жизнь обретет смысл, а я знал, что ты любишь меня, даже когда ты оттолкнула меня в прошлый раз. Но теперь всё иначе, верно? Скажи, что ты чувствуешь, и твой оппа сделает остальное. — Приди и забери меня сейчас, — твердо произнесла она, глядя на своё отражение уже без страха. Внутри Хэджин всё дрожало. Тревога, копившаяся неделями, теперь сгустилась в плотный ком в горле. Она смотрела на своё отражение, и ей казалось, что пышное белое платье — это клетка, а зеркало — стена, отделяющая её от настоящей жизни. Паника накатывала волнами: «А что, если он не придет? Что, если я сошла с ума?» Но сквозь этот шум прорывалось ясное, как вспышка молнии, осознание: остаться здесь и сказать «да» Андреасу — значит предать саму себя. Ошибка уже была совершена тогда, когда она позволила этому фарсу зайти так далеко. И сейчас, с телефоном в руке, она впервые за долгое время чувствовала, что поступает правильно в ответ она слышит тишину, а затем слышит, как открывается дверь. Хэджин смотрит в зеркало и видит его и он заходит в комнату, и на его устах появляется ухмылка. Хи У подходит ближе, медленно рассматривает её, а затем произносит: — Что ж, я заберу то, что принадлежит мне! Это платье останется на тебе, и ты станешь моей женой. Я сделаю тебя счастливой, и ты никогда не пожалеешь о своём выборе, моя дорогая Хэджин! Хи У делает шаг к ней, решительно заключает в объятия и накрывает её губы своими, Хэджин отвечает на поцелуй — жадно, отчаянно, отдавая всю ту любовь, которую прятала годами. Он берет её за руку, крепко сплетает их пальцы в замок и тянет за собой. Она едва успевает подхватить пальто и сумку они вдвоем выбегают из комнаты, Хэджин замечает ошарашенные взгляды Сухи и Чонха, застывших в коридоре, однако те не делают ни шагу, чтобы их остановить в их глазах читается немое понимание. Другие бы точно преградили путь, но эти двое лишь смотрят им вслед. Хэджин бежит рядом с Хи У, и её сердце ликует — это лучшее, что когда-либо с ней случалось. Его ладонь горячая, он сжимает её руку так крепко, будто боится, что она передумает и исчезнет но она бы ни за что не вырвалась. В машине Хэджин не может отвести взгляд от Хи У. Он уверенно ведет автомобиль, смотря на дорогу, а она чувствует, как внутри разливается покой теперь она хочет стать Ким Хэджин — его супругой, его опорой, быть под его защитой и просто быть бесконечно счастливой. Он признался в любви, и в каждом его жесте, в каждом взгляде была самая настоящая, неоспоримая правда. — Ты не сожалеешь, что сбежала со мной? — тихо спрашивает он, не оборачиваясь. Она качает головой и видит, как его губы трогает счастливая улыбка пока они ехали к нему домой, телефон в её сумке разрывался от уведомлений: друзья, родственники и, конечно, Андреас. Но Хэджин, даже не взглянув на экран, решительно выключает питание. Весь мир подождет потому что сейчас для неё существует только этот автомобиль, эта дорога и мужчина, который вернул ей её саму. В квартире Хи У воцарилась долгожданная тишина, нарушаемая лишь их прерывистым дыханием. Хэджин с наслаждением сбросила тесные каблуки — этот жест стал символом её окончательного освобождения. Пальто полетело на диван, и в ту же секунду она ощутила со спины крепкие объятия. Хи У уткнулся подбородком в её плечо, обжигая нежную кожу горячим дыханием. Короткий поцелуй в шею заставил её вздрогнуть от удовольствия. Когда он развернул её к себе, их губы снова встретились в нежном, подтверждающем всё без слов поцелуе. Прийти к этому решению — сбежать с любимым человеком прямо со свадьбы — оказалось самым правильным поступком в её жизни путь к этому осознанию был долгим и мучительным, но теперь, в безопасности его рук, она понимала: сожалений нет. Она любила его годами, пряча это чувство глубоко внутри, и теперь, когда он был рядом, мир наконец-то обрел правильные очертания. Да, возможно, её поступок выглядел жестоким по отношению к Андреасу. Но разве не честнее уйти сейчас, чем строить жизнь на лжи? Она поняла, что её чувства к жениху были лишь самовнушением, попыткой найти тихую гавань там, где её сердце никогда не билось по-настоящему. — Ты ведь завтра не передумаешь? — тихо спросил Хи У, заглядывая ей в глаза. — Нет! — твердо ответила она, и в этом коротком слове была вся её решимость. Хи У расплылся в счастливой улыбке и снова коснулся её губ. — Люблю тебя, Хэджин я никогда в жизни тебя не отпущу. — Обещаешь мне это? — Клянусь, моя дорогая. Я женюсь на тебе и сделаю самой счастливой всё, чего я хочу — чтобы ты любила меня так же сильно, как я тебя, всю нашу жизнь. Он снова поцеловал её, а затем, не в силах сдержать восторг, приподнял её и закружил по комнате, заставляя Хэджин звонко рассмеяться. — Мне бы переодеться... — прошептала она, когда он наконец опустил её на пол. — Хм... — Хи У лукаво осмотрел её пышное платье. — Я дам тебе свою рубашку а завтра мы съездим к тебе, заберем вещи и... — Ты хочешь, чтобы я переехала к тебе? — Да! А что? — он серьезно посмотрел на неё. — Мы женимся, так что в этом нет ничего плохого. — Так быстро? — Я слишком долго ждал, Хэджин, хочу, чтобы ты скорее стала Ким Хэджин хочу семью, хочу детей от тебя. В Корее не принято долго ждать, когда находишь свою судьбу. От его улыбки она готова была растаять когда он ушел, оставив ей свою одну из своих для неё белоснежную рубашку, Хэджин сбросила тяжелое свадебное платье. Шелк его рубашки коснулся кожи, принося с собой запах его парфюма — терпкий, уверенный, родной. На душе стало невероятно спокойно. Выйдя из комнаты, она встретила Хи У, который всё это время преданно ждал её у двери его взгляд, медленно скользнувший по её фигуре, заставил её щеки вспыхнуть было видно, как он доволен тем, что на ней его вещь. — Тебе очень идет моя рубашка, — низким голосом произнес он. — А штаны найдутся? — смущенно спросила она, поправляя подол. — Тебе и так хорошо, — он подошел ближе, снова сокращая дистанцию. — Тем более, ты теперь моя девушка. А совсем скоро станешь моей женой. Хи У подошел к ней почти вплотную его рука властно, но осторожно легла на её талию, притягивая ближе в тишине квартиры Хэджин, он ведь отчетливо слышала стук собственного сердца — бешеного, неукротимого. Когда их взгляды встретились, она увидела в его глазах не просто нежность, а триумф человека, который наконец вернул себе самое ценное. Он снова поцеловал её, и в этом жесте было обещание: теперь всё будет иначе и она понимала, что их союз — это не просто страсть. Хи У был её крепостью. Его статус прокурора, его волевой характер и эта странная, почти магическая уверенность в их общем будущем давали ей то, чего никогда не мог дать Андреас — чувство абсолютной защищенности. Между ними была связь, выкованная годами ожиданий и скрытой ревности. Хи У взял её за руку, переплетая пальцы, и потянул на кухню, где их уже ждал ароматный ужин. — Что будет, если завтра мы столкнемся с ним? — вдруг спросила она, когда они сели за стол. Хи У на мгновение замер, а затем его лицо приняло то самое выражение, которое он носил в зале суда. — Я решу всё сам, Хэджин. Пойми, я твой мужчина и будущий муж. Тебе больше не нужно беспокоиться о проблемах. — Знаю я, как ты все серьезно «решаешь», опа — буркнула она, вспомнив его напористый характер. — Боишься за него? — Хи У прищурился, в его голосе проскользнули нотки собственничества и добавил. — Я начинаю ревновать. — По-моему, ты ревновал меня всегда! — Но ты этого не замечала. Зато я прекрасно видел, как ты злилась из-за моих отношений с Хи А. Хэджин промолчала, ковыряя вилкой в тарелке он был прав она пыталась убедить себя, что остыла, что чувства прошли, но это была лишь искусная ложь самой себе. Ревность к Хи А тогда едва не выжгла её изнутри, и только сейчас она нашла в себе смелость признать: она всегда хотела быть на её месте. Ужин был безупречным, Хи У всегда умел удивлять своими кулинарными талантами, но сегодня еда казалась особенно вкусной. — И почему ты вообще приняла его предложение? — вдруг спросил он, глядя на неё в упор. — Потому что думала, что люблю... — Даже после того, как я дважды целовал тебя? Согласись, я ведь целуюсь лучше него? — он улыбнулся той самой дерзкой улыбкой, от которой у неё подкашивались ноги. — Какой же ты милый, оппа! — рассмеялась она, чувствуя, как краснеют щеки. Хи У, во всем был прав его поцелуи были наполнены такой особенной страстью, жаждой, что сравнивать их с кем-то другим было просто бессмысленно. Его одержимость ею не пугала, а напротив — дарила странное чувство собственной значимости. Она была для него центром мира. После ужина, когда они вместе отправились в спальню, Хэджин даже не взглянула на свой телефон. Она знала, что там творится хаос: сотни пропущенных от Андреаса, гневные сообщения от родственников, недоумение друзей она стала той самой «сбежавшей невестой» из заголовков газет, но сейчас это не имело значения. Рядом с ней был Хи У, и его объятия были единственным местом на земле, где она хотела находиться. Утро началось не с будильника, а с ощущения абсолютного покоя, Хэджин открыла глаза и не сразу поняла, где находится, пока не почувствовала тяжесть сильной руки на своей талии. Хи У спал рядом, его лицо в утренних лучах казалось моложе и мягче, чем обычно она очень осторожно высвободилась и подошла к окну. Город жил своей жизнью, не подозревая, какой скандал разразился вчера в элитном отеле. Хэджин наконец включила телефон экран мгновенно заполнился сотнями уведомлений пропущенные от матери, гневные тирады от Андреаса, вопросы от коллег... Она глубоко вздохнула и нажала «Очистить всё». Прошлое больше не имело над ней власти. — Уже бежишь сдаваться? — раздался сзади сонный, с хрипотцой голос Хи У. Он стоял в дверях, взъерошенный и невероятно домашний. Хэджин обернулась и улыбнулась. — Нет. Просто проверяла, не наступил ли конец света. — Для них — наступил, — Хи У подошел и притянул её к себе, игнорируя всё, кроме её взгляда. — Собирайся. Мы едем за вещами. Поездка к её дому напоминала спецоперацию, Хи У был сосредоточен, его взгляд постоянно сканировал зеркала заднего вида когда они подъехали, у подъезда она увидела машину Андреаса, сердце предательски екнуло, но рука Хи У легла на её плечо. — Иди в квартиру и бери только самое важное. Я подожду здесь. Если он попытается войти — я рядом. Хэджин быстро поднялась к себе в квартире всё напоминало о несостоявшейся свадьбе: коробки с подарками, оставленная фата на кресле. Она лихорадочно бросала вещи в чемодан — любимые книги, фотографии, одежду в дверь постучали. Сердце ушло в пятки. — Хэджин! Открой! Я знаю, что ты там! — голос Андреаса дрожал от ярости. Она замерла, не зная, что ей дальше делать в следующую секунду крики в коридоре стихли. Раздался спокойный, леденящий голос Хи У: — Она занята сборами, господин Андреас. И, боюсь, в вашем графике на сегодня больше нет места для встреч с моей невестой. Хэджин выглянула в глазок. Хи У стоял перед Андреасом, преграждая путь к двери его поза была расслабленной, но взгляд обещал проблемы любому, кто сделает шаг вперед. Андреас что-то прошипел про «суд» и «репутацию», на что Хи У лишь усмехнулся: — Как прокурор, я с удовольствием встречусь с вами в суде но как мужчина... советую вам уйти прямо сейчас. Через десять минут Хэджин вышла из подъезда с чемоданом, Андреаса уже не было и Хи У подхватил её багаж и забросил в багажник. — Видишь? Я же сказал, что решу всё сам. Она села в машину, чувствуя, как с плеч свалился последний груз. — Куда теперь, господин прокурор? — Домой, — он завел мотор и посмотрел на неё с такой любовью, что у Хэджин перехватило дыхание. — В наш настоящий дом. Дорога к дому Хи У казалась для Хэджин путём в новую реальность она смотрела в окно на пролетающий мимо Сеул и чувствовала, как внутри наконец-то воцаряется штиль больше не нужно было притворяться, не нужно было соответствовать чьим-то ожиданиям или играть роль идеальной невесты для человека, который никогда не понимал её души. Хи У вел машину уверенно, одной рукой придерживая руль, а другой крепко сжимая ладонь Хэджин. Он не отпускал её ни на секунду, словно подтверждая свои слова: «Никогда не отпущу» и когда они вошли в его квартиру, она уже не чувствовала себя гостьей. Теперь это было их общее пространство. Хэджин поставила чемодан в прихожей и обернулась к Хи У. Он смотрел на неё, прислонившись к дверному косяку, и в его взгляде читалось не только обожание, но и глубокое облегчение. — Знаешь, — тихо произнесла она, — я ведь до последнего момента боялась, что ты не ответишь на мой звонок. Или скажешь, что уже слишком поздно. Хи У в два шага преодолел расстояние между ними и обхватил её лицо ладонями его большие пальцы нежно погладили её скулы. — Для нас никогда не будет слишком поздно, Хэджин, я ведь так долго ждал этого момента годами и думаешь, я бы позволил какому-то Андреасу забрать то, что принадлежит мне по праву судьбы? - он наклонился и запечатлел на её лбу долгий, трепетный поцелуй. — Завтра мы подадим заявление. Никаких пышных отелей, никаких толп народа и фальшивых улыбок. Только ты, я и пара наших самых близких друзей. Ты согласна? Хэджин кивнула, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы счастья. — Согласна. Ким Хэджин... звучит гораздо лучше, не так ли? — Звучит идеально, — прошептал он ей в губы, прежде чем снова увлечь в поцелуй, который поставил окончательную точку в её прошлом и стал первым словом в их будущем. Хэджин смотрела на Хи У, и в этот момент все её прошлые сомнения казались лишь далеким, едва различимым шумом. Она больше не хотела оглядываться ей было важно, чтобы Хи У перестал поминать Андреаса и те ошибки, что она совершила — ведь в конечном итоге именно эти ошибки привели её в его объятия. Стать госпожой Ким было не просто сменой фамилии, а обретением истинного дома она понимала: если бы не эта болезненная встреча с прошлым, она, возможно, так и не решилась бы признаться Хи У в чувствах. Ей нужно было пройти через фальшивое «счастье» с другим, чтобы оценить подлинную глубину любви к нему — своей первой и единственной любви на всю жизнь, Хи У и сам признавал: его брак с Хи А был лишь попыткой убежать от реальности. Сейчас, спустя три месяца совместной жизни, их общая квартира стала для Хэджин крепостью. Продав своё старое жилье, она оставила там все страхи и неуверенность. Здесь, под защитой Хи У, всё было иначе — теплее, уютнее и, главное, честнее. — Знаешь, — прошептала она, перебирая его волосы, — я рада, что мы прошли через всё это. Теперь я точно знаю, что моё место здесь рядом с тобой. Хи У приподнял голову и посмотрел на неё — серьезно, без тени привычной ухмылки. — Ты больше никогда не будешь сомневаться, Хэджин. Я позабочусь об этом. Он притянул её к себе, и ведь в этом жесте было столько тихой уверенности, что Хэджин окончательно расслабилась. Впереди была свадьба, новая фамилия и целая жизнь, которую они наконец-то начнут писать с чистого листа. *** Хи У это был момент абсолютного триумфа он стоял на веранде их нового дома, прижимая Хэджин к себе со спины, и вдыхал аромат её волос. В лунном свете на её безымянном пальце поблескивало кольцо — символ его победы над прошлым. — Ким Хэджин, — негромко произнес он, смакуя каждое слово. — Тебе невероятно идет эта фамилия. Теперь ты официально часть моей жизни, и пути назад нет. Он развернул Хэджин, к себе, заставляя посмотреть в глаза в его взгляде читалась не только нежность, но и та самая собственническая решимость, которая помогла ему разрушить её помолвку с Андреасом. Хи У знал: он пойдет на всё, чтобы защитить этот союз. Как прокурор, он умел уничтожать врагов фактами, но как муж, он был готов стереть в порошок любого, кто просто посмеет взглянуть на неё не так. — Я слишком долго ждал этого дня, — прошептал он, касаясь губами её виска. — Теперь ты под моей защитой. Мой мир, мой дом, моё сердце — всё принадлежит тебе но и ты теперь принадлежишь только мне. Хэджин улыбнулась, обвивая его шею руками она чувствовала ту невероятную силу, которая исходила от него, и это дарило ей долгожданный покой. Больше не было сомнений, не было страха ошибиться. — Я никуда не уйду, Хи У, — ответила она. — Теперь я дома. Он накрыл её губы поцелуем — властным одновременно бесконечно ласковым в эту брачную ночь он окончательно осознал: он получил всё, о чем мечтал. Его «одержимость» обрела законный статус, и теперь он был готов сделать свою жену самой счастливой женщиной на свете, чего бы ему это ни стоило. Их медовый месяц стал тихим манифестом их новой жизни, Хи У выбрал небольшую виллу в Италии, подальше от шумных туристических маршрутов и любопытных глаз корейской прессы. Там, среди оливковых рощ и старинных мощеных улочек, они наконец-то были просто мужчиной и женщиной, а не прокурором и «сбежавшей невестой» каждое утро начиналось одинаково: Хи У просыпался раньше, чтобы иметь возможность просто смотреть на спящую Хэджин. Он собственнически переплетал их ноги под простыней, словно проверяя, не исчезла ли она. Теперь, когда на её прикроватной тумбочке лежал паспорт на имя Ким Хэджин, его сердце наконец-то успокоилось однажды вечером, сидя на террасе с бокалом вина и наблюдая за закатом, Хи У притянул её к себе. — Знаешь, о чем я думаю? — тихо спросил он, целуя её в макушку. — О новом деле в прокуратуре? — поддразнила она. — Нет о том, что я хочу, чтобы наш первенец был похож на тебя но с моим упрямым характером, чтобы никто и никогда не посмел его обидеть. Хэджин рассмеялась, прижимаясь к его крепкому плечу и она почувствовала себя абсолютно счастливой. Все страхи перед Андреасом, вся горечь прошлого остались за океаном. Здесь был только Хи У — её муж, её защитник и её единственная любовь. — Я люблю тебя, господин Ким, — прошептала она. — А я одержим тобой, госпожа Ким, — ответил он с той самой ухмылкой, которая когда-то заставила её сердце биться чаще. — И это навсегда. Впереди была целая жизнь, полная борьбы и вызовов, но теперь они знали: что бы ни случилось, они всегда вернутся в свой общий дом. Сеул встретил их прохладой, в машине Хи У было жарко от витавшего в воздухе напряжения, это был первый официальный выход в свет после свадьбы здание прокуратуры возвышалось впереди, как крепость, и сегодня Хи У собирался ввести туда свою королеву. Он припарковал машину и, прежде чем выйти, повернулся к Хэджин, его взгляд медленно скользнул по её лицу, задерживаясь на губах. — Готова? Сегодня все узнают, что ты — Ким Хэджин. И ничьих больше объяснений не потребуется. Он вышел, обошел машину и по-хозяйски открыл ей дверь когда Хэджин вложила свою руку в его, Хи У переплел их пальцы так крепко, что это было похоже на клятву. Они вошли в холл главного здания разговоры коллег, шёпот за спинами, любопытные взгляды — всё стихло, стоило Хи У появиться в дверях навстречу им шел главный прокурор Сеульской прокуратуры, где работал он, и несколько высокопоставленных чиновников. Хи У не замедлил шаг даже уж напротив, он расправил плечи, а его ухмылка стала еще более уверенной. — Ким Хи У! — воскликнул один из коллег, косясь на Хэджин. — Мы слышали... разные слухи говорили о какой-то сорванной свадьбе и... — Слухи — это работа для сплетников, — перебил его Хи У, и его голос прозвучал как удар хлыста. — А я привык оперировать фактами. - он притянул Хэджин ближе, обнимая её за талию, и посмотрел на присутствующих с вызовом: — Позвольте представить вам мою жену, Ким Хэджин с этого момента любые вопросы, касающиеся её чести или нашего брака, будут рассматриваться мной лично. Надеюсь, вы понимаете, что это значит. В холле воцарилась гробовая тишина все знали: если Хи У берется за дело, он доводит его до конца. Ревность и защита в его голосе были настолько очевидны, что ни у кого не возникло желания задать лишний вопрос. Уже позже, в его кабинете, Хэджин присела на край стола, наблюдая, как он снимает пиджак. — Ты был очень грозным, оппа. Кажется, они теперь боятся даже дышать в мою сторону. — Пусть боятся, — Хи У подошел к ней, зажимая её между столом и своим телом. — Я все же предупреждал: я заберу то, что принадлежит мне. Ты моя, Хэджин, и теперь весь мир получил уведомление об этом. Он наклонился, вовлекая её в долгий, собственнический поцелуй, в котором не было места сомнениям прошлое с Андреасом было стерто, сожжено и развеяно по ветру. Остались только они — господин и госпожа Ким, готовые вместе встретить любое будущее. Эпилог Прошло полгода и их жизнь в квартире Хи У стала для Хэджин тем самым «тихим миром», о котором она просила в тот судьбоносный день. Утро в их доме всегда начиналось одинаково: Хи У просыпался первым, но не спешил вставать он просто лежал, подложив руку под голову, и смотрел, как Хэджин спит. Теперь, когда она официально стала Ким Хэджин, в его душе наконец-то поселился покой больше не нужно было бороться, доказывать или вырывать её из чужих рук она была дома и она была его женой. Хэджин зашевелилась и открыла глаза, сразу наткнувшись на его внимательный, любящий взгляд. — Оппа, ты опять на меня смотришь? — сонно улыбнулась она, подтягивая одеяло. — Привыкаю к тому, что мне больше не нужно звонить тебе, чтобы услышать твой голос, — он притянул её к себе, вдыхая родной аромат. — Ты здесь. Настоящая. Моя. Вставать не хотелось, но работа в прокуратуре не ждала. Пока Хэджин готовила завтрак, Хи У подошел сзади и обнял её, привычно утыкаясь подбородком в плечо. На кухонном столе лежал её телефон — теперь он почти всегда был выключен или в беззвучном режиме. Андреас и всё, что с ним связано, превратились в пыль, в далекое воспоминание, которое больше не имело веса. — Знаешь, — тихо сказала Хэджин, накрывая его руки своими, — я иногда думаю... что было бы, если бы я тогда не набрала твой номер? Хи У на мгновение сжал её крепче. — Я бы всё равно пришел. Даже если бы мне пришлось выломать двери церкви. Я бы не позволил тебе совершить эту ошибку. Но я рад, что ты выбрала меня сама. Вечером они часто гуляли по парку, просто держась за руки. Хи У больше не скрывал своей ревности, но теперь она была другой — теплой, оберегающей когда прохожие оборачивались на красивую пару, он лишь плотнее переплетал их пальцы, без слов заявляя всему миру: «Эта женщина принадлежит мне» Хэджин смотрела на него — своего прокурора, свою первую и единственную любовь — и понимала, что Ён Ын была права. Сердце подсказало ей верный путь. Быть под защитой Хи У, носить его фамилию и просто любить его — это и было то самое счастье, которое она чуть не потеряла. — Люблю тебя, Хи У, — прошептала она, прижимаясь к его плечу. — А я живу тобой, Хэджин-а, — ответил он, целуя её в макушку. Их история, начавшаяся с побега, превратилась в тихую гавань, где больше не было места штормам. Только они вдвоем. Навсегда.