Холодное Собрание

— Дыхание Холода, Третья ката: Бесконечная зима, — на выдохе произнесла девушка, глядя на демона перед собой. В один миг она перерезала ему горло, но произошло это быстро. — Не стоит смотреть мне в глаза, — стоя к нему спиной произнесла девушка, убирая свой клинок в саю*, слыша звук испарения демона в своих ушах. Она медленно подняла взгляд на небо, замечая луну, которая освещала эту темную неприятную ночь. Ветер развивал ее короткие белые волосы на ветру, глаза сияли алым цветом, на которых так же светился знак в виде плюса. По глазам казалось, что она постоянно злилась, но просто в них заключалась ее сила. Имя этой красоты — Шимидзу Юки, что означает: ≪ледяная чистая река≫. У нее есть младшая сестра, которую зовут Шимидзу Хотару, что означает: ≪ледяная капля пламени≫. Семью девушек несколько лет назад съел демон, который был из фракции высших лун. Юки из последних сил защищала свою младшую, но потом на помощь им пришел хашира, имя которого было Томиока Гию. Тоже весь хладнокровный и невозмутимый, как казалось на первый взгляд. С тех пор Юки тренировалась, чтобы стать полноценным истребителем демонов с высоким рангом. Она убила около 150 демонов одна и 50 в команде. Из-за этого ояката-сама предложил ей стать столпом, ведь увидел в ней сильную девушку не только физически, но и морально. Столпы — это сильнейшие истребители демонов. Сейчас их на данный момент 10. Младшая сестра же владела дыханием пламени, что означало их полную противоположность. Юки — вся ледяная, словно зима, а Хотару — теплая, как яркое солнце летом, к которой тянутся все, но она не являлась столпом, потому что считала, что это очень ответственно, в чем она и сомневалась, не видя в себе это качество, всегда взваливая все на свою старшую сестру.

***

— Кто эти люди? Где я? — перед столпами лежал связанный и избитый мальчик в форме истребителя, с черно-зеленой накидкой в виде квадратиков. После потери сознания он не понимал, где сейчас находится. — Это штаб охотников за демонами. Сейчас мы на суде, Камадо Танджиро-кун, — произнесла девушка с заколкой в виде бабочки сзади, глядя на юношу равнодушным взглядом, который не предвещал ничего хорошего. Столпы. Десять самых высокоранговых мечников среди охотников за демонами. Охотники статусом ниже могут погибнуть ужасной смертью, но они другие. Столпы — это те, на ком держится организация охотников за демонами. — В суде нет никакой нужды! Защита демонов — это без сомнения нарушение устава! Так что мы сами можем все решить! Обезглавим каждого демона, — произнес золотоволосый мужчина со странными бровями. В словах его звучала нотка вечного оптимизма к любой ситуации. Огненный Столп: Ренгоку Кеджуро. — Тогда дайте мне блестяще отсечь ей голову. Я покажу, что могу пустить кровь блестяще, чем кто-либо другой. Это будет блестящая яркость, — произнес высокий мускулистый мужчина с привлекающей внешностью. Теперь понятно, почему у него 3 жены. Столп Звука: Узуй Тенген. ≪Хммм…неужели мы убьем такую милую девочку? В груди болит. Ох, так сильно≫, — подумала про себя девушка с большими зелеными глазами и розовыми волосами, удерживая руку около подбородка. Казалось она всегда дарила людям радость и теплоту. Любовный Столп: Канроджи Мицури. — Ах, бедное дитя, так печально. Как печально, что она родилась в этом мире, — сложив молитвенно руки произнес большой мужчина со шрамом на лбу. Столп Камня: Химеджима Гемей. ≪Что это были за облака? Как они называются? ≫, — задумавшись глядя на небо, подумал мальчик с длинными черными волосами, только концы были бледного зеленоватого оттенка. Он был самым молодым из всех. Туманный Столп: Токито Муичиро. — Незуко! Где Незуко?! Незуко! Незуко! Зеницу, Иноске, Мурата-сан! — ерзая по земле кричал Танджиро, у которого отобрали младшую сестру демоницу. — Куда важнее, что мы будем делать с Томиокой? , — раздался слегка хрипловатый голос в правом ухе у каждого. Это произнес парень с повязкой на рту и разными глазами, — У меня голова разболелась от того, что он стоит здесь несвязанный. По словам Кочо, Томиока также нарушил устав охотников за демонами. Как мы с ним поступим? Как принудим ответить за содеянное? Как заставим страдать? — Змеиный Столп: Игуро Обанай. ≪Игуро-сан как обычно настойчив, будто змея. Такой настойчивый и удивительный≫, — подумала Мицури, глядя на него влюбленным взглядом. Между ними была химия, это было видно. Недалеко от них находился хладнокровный черноволосый парень, который не произнес ни слова. Водный Столп: Томиока Гию. ≪Томиока-сан стоит там в одиночестве. Милашка≫, — улыбнувшись подумала Кандроджи, глядя на Гию. — Ничего страшного, он последовал за мной без разговоров. Так что о наказании для него подумаем позже. Сначала я хочу послушать историю этого мальчика, — произнесла девушка, у которой кончики волос были фиолетовыми, в волосах была заколка бабочки. Столп Насекомого: Кочо Шинобу. — Заткнитесь уже. Голова болит от вас, сколько можно? Тошно, — недовольно произнесла девушка с белыми волосами и красными глазами. Ледяной Столп: Шимидзу Юки. ≪Юки-сан, как всегда злится на всех, такая холодная…такая очаровательная…милашка≫, — подумала розоволосая и слегка улыбнулась, глядя на сердитую девушку. — Томиока-сан здесь из-за меня, — прокричал связанный мальчик, сразу получив по голове. — Ему нужно попить. Твой подбородок поврежден, так что пей не спеша, а потом расскажи мне свою историю, — произнесла Шинобу, протягивая Камадо флягу с жидкостью, — Сюда подмешано лекарство, так что тебе станет немного легче, но оно не вылечит тебя, так что сильно не перетруждайся. — Мою младшую сестру превратили в о’ни, но она не ела людей. Никогда раньше и никогда впредь. Незуко не вредила и не навредит человеку, — произнес уверено юноша, глядя на столпов. — Не спеши делать опрометчивые заявления. Первое время, она, конечно будет защищать свою семью. Я не могу доверять твоим словам, и я не буду верить им, — указывая пальцем на мальчишку произнес Обанай. — Ох, тобой завладел демон. Давайте быстро убьем это несчастное дитя и избавим его от мучений, — сказал Каменный Столп. Услышав слова Танджиро о младшей сестре, она тут же вспомнила про Хотару и в сердце девушки что-то екнуло. Да, снаружи она может и была холодной, но в душе в ней сидел самый яркий и теплый ребенок, который дарит людям любовь и тепло. — Прошу, послушайте! Я стал мечником, чтобы вылечить Незуко! Прошло уже два года с того момента, как Незуко стала демоном, и все это время она не ела людей! — Я ему верю, — тихо произнесла Юки, скрестив руки на груди. Все столпы перевели на нее взгляд, Камадо тоже, в глазах его светились лучики доброты и тепла, — Никогда не ощущала от человека такого тепла и чистой правды, хоть я и сама по себе холодная, но вот… — она перевела взгляд на Гию, — У нас есть свидетель, так? Юнец посмотрел на нее, а в глазах задрожали блики. Он подумал про себя, что она единственная, кто понимает всю суть его истории. Томиока незаметно выдохнул, услышав ее голос, но даже взглядом не повел. — Мы с моей сестрой можем драться вместе! Мы можем сражаться, чтобы защищать людей и охотников за демонами! — Так-так, похоже тут намечается что-то интересненькое, — раздался грубоватый голос в стороне, который держал в руке коробку с демоницей, — Так ты таскающийся с демоном кретин. И что планируешь делать дальше? Ветряной Столп: Шинадзугава Санеми. ≪Шинадзугава-сама, это изумительно — у вас стало еще больше шрамов≫, — подумала вновь Канроджи. — Эй, страшная рожа, — недовольно произнесла Юки, глянув на него сердитым взглядом. Глаза ее засветились под солнечным светом, — Прекращай самодеятельность, иначе я сделаю из тебя глыбу льда. — Шинадзугава-сан, не надо действовать в одиночку, — произнесла Кочо, которая явно разозлилась на Санеми. ≪Шинобу-сан, редко можно увидеть ее злой, потрясающе…≫, — мысли Мицури. — Кто этот демон для тебя, пацан? Вы можете сражаться, чтобы защищать людей и охотников за демонами? Видишь ли, это…Это невозможно, тупица! , — Ветряной Столп воткнул свой клинок в коробку, ранив Незуко. Юки вздрогнула, оскалив зубы. Она в один момент представила, что там могла быть и ее младшая сестра. Ей хотелось что-то сделать, но ее уже опередил юный Камадо, который своим крепким лбом ударил об голову Шинадзугавы. Кровь потекла из носа. — Мне плевать, кто это, даже если столп. Я не позволю кому-то обижать мою сестру! — Прекратите! Ояката-сама скоро прибудет! — наконец выкрикнул Томиока за долгие минуты молчания. — Вы вернулись, мои милые детишки, — произнес нежным голосом мужчина, у которого на лице виднелись черты болезни. Все столпы преклонились перед ним, Санеми схватил голову Танджиро, грубой силой укладывая ее в землю. — Я одобрил вступление Танджиро и Незуко, поэтому хочу, чтобы вы приняли их. Все столпы издали удивленный звук, кроме Юки. Она лишь хладнокровно выдохнула на это. — Ох, даже если этого просит ояката-сама, я не могу дать свое согласие, — изложил Химеджима. — Я тоже блестяще против этого. Никогда не смогу принять охотника за демонами, путешествующего вместе с о’ни, — сказал Узуй. — Я приму все ваши предложения, ояката-сама, — очаровано произнесла Мицури. — Мне все равно…я тут же об этом забуду, — спокойно сказал самый молодой столп Токито. Кочо и Томиока промолчали. — Я не могу сказать, что это правильно, оставлять демона в организации сильнейших истребителей, но я верю этому мальчику. Я могу его понять. Да и вы бы тоже поняли. А если бы это были ваши братья или сестры? Как бы вы себя повели в такой ситуации. Уверена, вы бы вели себя совсем иначе, — серьезно произнесла ледяная девушка, поднимая голову на Кагаю Убуяшики, — Ояката-сама, я верю этому мальчику и согласна принять его, и его сестру в наши ряды, даже если это будет стоить мне жизни, ведь я могу понять его, как никто другой, потому что у меня тоже есть младшая сестра, которую я обязана защищать. — Не доверяю я им, не доверяю, — произнес Игуро, — Начнем все с того, что мы ненавидим демонов. — Я уважаю вас до глубины души, но не могу понять образ ваших мыслей. Я однозначно против! — оптимистично, как и всегда произнес Ренгоку. — Мы охотники за демонами, цель которых уничтожать о’ни. Я за наказание и для Камадо, и для Томиоки, — заключил Санеми. — Тогда письмо, — произнес глава, глянув на своего ребенка по правую сторону. — Слушаюсь. Мы получили это письмо от бывшего столпа, Урокодаки Саконджи-сама. Я прочту отдельные предложения из него. ≪Прошу, простите Танджиро за то, что он путешествует с демоном. У Незуко несгибаемая воля, и она придерживается человеческого хода мыслей. Даже голодая, она не ест людей. Незуко остается на этом пути уже более двух лет. Возможно, вам будет тяжело поверить, но это чистая правда. Если вдруг случится так, что Незуко нападет на кого-то, то Камадо Танджиро, а также… Урокодаки Сакоджи и Томиока Гию вспорют себе животы в качестве извинения≫ — Что я должен сказать, раз они хотят совершить самоубийство, если хотят умереть, пусть умирают и гниют. Это не дает нам никаких гарантий, — недовольно сказал Ветряной Столп. — Шинадзугава абсолютно прав! Если она убьет и съест человека, мы не сможем повернуть время вспять! Убитые люди никогда не возродятся! — снова с нотой оптимистичности сказал Огненный Столп. Юки недовольно оскалила зубы и цокнула. Казалось, что она единственная была в себе и была на стороне юного Танджиро, который пытается защитить свою младшую сестру. Она сейчас разозлилась. Вокруг стало холодно. Все вокруг почувствовали это. Шимидзу выдохнула. Из ее рта был замечен пар от холода. Даже столпы напряглись. Юки будто перестала ощущать мир вокруг себя, будто бы все вернулось на несколько лет назад, когда ее семью пожирает демон, с ухмылкой на лице, который явно любил полакомиться особенно девушками. — Кроме того, Танджиро встречал Кибуцуджи, — эти слова сразу же вернули ее в настоящий мир. Юки вздрогнула, услышав имя своего самого настоящего врага, которого она тоже когда-то могла случайно повстречать. — Эй, демон, выходи! — произнес Санеми, который порезал свою руку, для того, чтобы привлечь демоницу в коробке. Все случилось слишком быстро. Шинадзугава оказался в покоях Убуяшики вместе с коробкой, а Обанай приложил дергающегося Танджиро локтем, так сильно, что ему было тяжело дышать. Юки наблюдала за картиной, как Санеми кровожадно держит свою руку перед бедной Незуко. Шимидзу недовольно цокнула и выдохнула. — Страшная рожа, прекрати! — сердито произнесла девушка, оскалив зубы. ≪Юки-сан…так стало холодно, она снова разозлилась…красавица≫, — подумала Мицури, оглядывая девушку. Незуко отвернулась. Отвернулась. Это доказательство того, что она не станет есть людей. Шимидзу выдохнула и произнесла: — Ояката-сама, и вы меня простите, что так войду к вам без приглашения, — все случилось, словно вспышка. Все столпы наблюдали за ситуацией, все они прекрасно знали, что когда Юки злилась, хорошего тут никому не пожелать, кроме Муичиро, который в прямом смысле всегда летал в облаках. Ледяной Столп мигом оказалась между Санеми и демоницей Камадо, одарив его недовольным взглядом. Сначала Юки посмотрела на Незуко, укладывая свою руку ей на щеку. Она нежно вытерла ее слюни своей тряпочкой, которая всегда лежала в рукаве и улыбнулась ей. Танджиро так же наблюдал за этим, словно увидев в столпе их родную любимую маму. — Засыпай. Набирайся сил, Незуко-чан, — шепотом произнесла девушка, наблюдая, как Камадо младшая укладывается обратно в коробку, а после Юки закрывает ее, слегка нежно поглаживая. Шимидзу перевела сердитый взгляд на Санеми и раздраженно выдохнула, подойдя к нему прямо впритык. Ояката-сама понимал все, но не видел, что сейчас происходит между двумя столпами. — Шинадзугава, ты тупица, — сердито произнесла девушка, глядя ему четко в глаза. Эти оба всегда не любили друг друга, но иногда подшучивали, будто лучшие друзья. — А? Че ты сказала, кусок льдины, — недовольно спросил беловолосый, смотря на нее. Глаза ее светились в тени, глядя прямо в глаза Санеми. Два сильнейших столпа находились в конфликте. Было страшно и взглядом на них повести. — Не тебе ли понять юного Танджиро, а? Не у тебя ли младший братик, которого ты отчаянно заставляешь уйти из истребителей грубой братской ≪любовью≫, — специально задевая за живое произнесла Юки, оставаясь все такой же равнодушной. — Эй, вы двое, прекратите сейчас же! — выкрикнула Шинобу, у которой так же в голосе прозвучала нотка злости. Они словно не услышали ее, но и Кагая не пытался их остановить. Он словно ждал, что она сможет образумить Санеми, потому что понимал, что из столпов она имела самый острый ум в любой ситуации. — Ха? Это здесь причем? — сказал он. — Ты такой тупой, что даже осмыслить не можешь, — на выдохе сказала Юки, похрустев своими ладонями, — Представь, что там сидит твой младший братик, а я тут машу своей рукой с кровью…ему неприятно, он бросается на меня и кусает, — психически улыбаясь произнесла Юки, — А потом я перерубаю ему горло и он испаряется под дневным светом. — Заткнись, — сердито произнес Санеми, хватая девушку за воротник. — Детишки, успокойтесь, — словно приказав сказал Убуяшики, не глядя в их сторону, — Доказательства достаточно, что Незуко не станет есть людей. Главное вы, перестаньте ссориться. ≪Какой холодный столп…я прямо чувствую запах зимы…неужели такое бывает…какая же у нее сила…≫, — подумал Танджиро, наблюдая со стороны. Юки глянула на Ветряного Хашира и слегка улыбнулась, выдергивая свой воротник из грубых рук Шинадзугавы. Девушка послушно покинула покои ояката-сама, поклоняясь ему и выдохнула, словно выпустила весь свой накопившийся гнев за долгие годы конфликта с Санеми. — Танджиро, ты доказал свою правоту. Вы с Незуко можете сражаться на стороне охотников за демонами, — спокойно произнес ояката-сама, — Победи демона двенадцати лун. Если ты сделаешь это, все признают тебя, и вес твоих слов изменится, Танджиро. — Я и Незуко победим Кибицуджи Мудзана! Взмахнем нашими мечами и рассечем эти цепи страданий! — уверено произнес Танджиро, тем временем Юки одобрительно ухмыльнулась, гордо глянув на Камадо. — С твоими нынешними силами тебе его не победить, Танджиро, так что для начала попробуй одолеть демона двенадцати лун, — с улыбкой на лице произнес Убуяшики. — Да, господин, — краснея сказал Камадо. — Столпы охотников за демонами обладают способностями, которые, естественно превосходят твои. Они достигли своего положения путем тренировок, на которых доводили себя до такого состояния, что кашляли кровью, и они выжили, будучи на волосок от смерти. Столпы же могу одолеть демона двенадцати лун. Именно поэтому столпов уважают и соответствующе относятся. Танджиро, ты должен быть почтительным при обращении к ним, — заключил глава. — Да, господин. — И еще Санеми, Обанай, не слишком задирайте младших, — произнес он, — Юки, не ругайся с остальными детишками. — Как прикажете, — в три голоса произнесли они, склонив голову вниз. — На этом закончим разговор о Танджиро. Ты можешь ступать. Самое время начать собрание столпов, — спокойно сказал Убуяшики, глядя на своих сильнейших детишек.