Cénesthésie

Вокруг принца всегда лучезарно, но беспардонно обманывая, искра внушала ему глухую надежду и молчаливую мольбу о счастье. Но разве может божество обетовать о красоте чистоты благоразумия, если внутри того пустота и одноликость? Лучше уж смириться с болью потерь, чем внушать себе безумную идею, слепо веря в чудо, лишь бы только избежать монотонного однообразия. Всё в жизни Высочества одинаково, и, увы, он будет ждать перемен вечно.