Часть 1

      Первая неделя после окончания школы прошла на удивление спокойно. Видимо, Дурсли всё же опасались второго пришествия малолетних магов на летающем автомобиле, и на Гарри внимания не обращали. Вообще. Как только он оказался на пороге, ему молча, но выразительно указали на дверь комнаты. Молча изъяли школьные принадлежности. Молча оставили его наедине с интеллектом, то есть практически в одиночестве.       Гарри сильно не огорчился. Ну, забрали учебники, и флаг им в руки. Раз так душеньке спокойнее. Он-то всегда мог достать их (шпилька Фреда и Джорджа была в его полном распоряжении) если понадобятся. А пока целыми днями Гарри бродил по городу. Мыслей было много. Среди них были приятные: о друзьях и Хогвартсе, не очень приятные: о Дурслях и одиноких каникулах и совсем уж неприятные: о тайной комнате и незабвенном Лорде.       Он шёл по тихому переулку, насвистывая что-то себе под нос. Мотив возник в памяти, вызывая ощущения тепла и ласки, и был похож на старую колыбельную. Почему-то представлялся яркий огонь с камине, шум дождя за окном и родители, живые и счастливые.       БАБАХ! БУМ! ПЛЮХ!       Гарри заткнулся на полуноте, обрывая воспоминания и укрылся за забором. Ибо геройство геройством, а осторожность всё же иногда срабатывает даже у Поттера. Из легкого золотистого мерцания в переулке возникла девушка. Она настолько не вписывалась в обстановку Литтл-Уингинга — чистого и аккуратного английского городка с по линейке подстриженными газонами, что Гарри задним чувством понял, что готовится нечто странное. Одета она была в светлые широкие штаны, странную длинную рубашку с поясом и кожаную жилетку. Босиком. Из-под взлохмаченных волос (тут Гарри подумал, что его прическа, возможно, не так и плоха), в которых застряли тоненькие веточки, глядели вокруг ошалелые синие глаза, а на лице застыла сложная смесь непередаваемых чувств. Непонятный предмет выпал из её рук и булькнул, исчезнув в луже. Свечение угасло.       Постепенно, во взгляде незнакомки появились понимание и ярость. Она сверкнула дикой синевой глаз и выдала на незнакомом Гарри языке нечто вроде:       -"Chert poderi!» Осмотрелась. И мановением руки привела себя в порядок. Перед Гарри стояла, несомненно волшебница, в ОБЫЧНОМ деловом костюме. Но босиком.       И тут сработало шило в одном месте, и герой Всея Британии вылетел перед девушкой на дорогу. И начал допрос:       — Кто вы? Вы волшебница? Что вы здесь делаете? И тд. Ибо нечего подозрительным иностранным ведьмам шастать по магглозаселенным местам.

***

      Лёля, дочь старейшего на Магической Руси волхва Александра Всеволодовича Перунова, занималась сложной умственной работой. Она пыталась подобрать слова, достойно способные описать приключившуюся с ней … неприятность. Слов не было. Нет, начиналось всё неплохо. Капризный артефакт перемещения в пространстве, то бишь портал, соизволил, наконец, внять стараниям учеников десятого класса Высшей Академии имени Истислава Владимировича Учёного, пытавшихся наделить его разумом и добрым характером.       Но где-то они накосячили…       Характер у артефакта оказался ужасным, и, как следствие, создателями он не восхитился. И отправил незадачливых экспериментаторов Яросвета и Лёлю к лешему на куличики. В разные места.       Не успела Лёлька выяснить, что она в Англии (ну, вывески не зря висят), мирно слиться с окружающей обстановкой и подумать, что, в принципе могло быть и хуже, как на неё налетел подросток и, сверкая зеленючими глазами, начал допрос…       Нет, не могло.       До неё скоро дошли слова «Тоже волшебница», и девушке стало совсем худо. То, что в Англии есть маги она знала, но забыла. А теперь…       За нелегальное магическое пересечение границы ей могло о-го-го как прилететь по шапке. А наставники ещё добавят. Для профилактики. -Чертов артефакт! — прошипела сквозь зубы Лёля.

***

Девушка зашипела не хуже Салазарова питомца, чье бренное тело истлевало сейчас где-то под Хогвартсом, а дух вкушал райское блаженство (или все прелести ада) в загробном мире. Вдруг перешла на чистый английский язык и… последовательно ответила на все вопросы: — Лёля Перунова, десятый класс Высшей Академии. Да, ведьма. Стою и думаю, как починить артефакт и свалить отсюда. И тут Гарри подвис. Ну не слышал он ни о какой Академии, да и имя было странное. — Россия, — проговорила девушка, видя его затруднения. Легче не стало. — Я всё сказала. А теперь, валяй. Кто ты? Где я? И можно ли здесь найти обувь? Гарри растерялся. Лёля не делала ничего дурного, выглядела относительно нормальной… — Ну, спасибо, — ехидно ухмыльнулась она. — Ты читаешь мысли?! — Нет, ты просто громко думаешь. Никакой защиты. — А как защищать? Этому можно научиться? — Не уходи от темы. И Гарри выдал требуемую информацию: — Ты в городе Литтл-Уингинг. Я — Гарри Поттер. Обувь в магазине. — Ясно, — девушка даже не дернулась при звуке его имени. И это Гарри понравилось. Она о нем не знала. И… Лёля резко обернулась. Гарри тоже. В переулок вошли Дадли и его свита. Который совсем расслабился за учебный год и решил разнообразить себе жизнь старой детской игрой. Ну, нет воображения, что поделаешь. — Вернулся, Поттер. Может, тебя и приютить больше некому. Ненормальный. Гарри выдохнул и посчитал до десяти. Минутка аутотренинга помогла. Но Лёля явно не въехала в происходящее. Показав Дадли кулак, она схватила одной рукой Гарри, другой — артефакт, что-то прошептала и свалила из переулка.

***

      Лёля вовсе не собиралась становится защитницей обиженных и страждущих. Но Гарри ей понравился. А припершийся толстяк — нет. — Кто это? — брови сдвинулись. — Кузен. Я живу у родственников. Они меня недолюбливают за то, что я волшебник. Вот это поворот. Неожиданный. Бедный парень. Лёля задумалась. И вдруг почувствовала мысленный толчок. Телепатировал Яросвет. — Лёля! Лёлька! Ты где? Лёлька! Жива? Здорова? — Не ори. Голова уже раскалывается. В Англии. Определенно, жива. Вроде, здорова. Яросвет переваривал информацию. Мысленный разговор прервался, но на краю сознания она услышала, как Яросвет посылает куда подальше сам портал и его создателя с семьей до десятого колена. Голос Гарри пробился словно сквозь вату: — Они идут за нами. — Чары невнимания. Я наложила. Не парься — русская мудрость. Со всех сторон стояли коттеджи с ровными газонами и до тошноты чистыми участками. Небо, затянутое сероватой дымкой, готовилось заплакать мелким нудным дождиком. — А ты что делать будешь? — Гарри посмотрел на спутницу. — Понятия не имею. Идеи есть? — У меня побудешь. С чарами невнимания. Лёлька фыркнула. — Что ты хочешь за жилплощадь? — ну, не бывает бесплатного сыра, настолько бесплатного. — Защиту сознания. Логично. Мальчик соображает. — У нас проблема, — вновь голос Яросвета. — Мы в них по самую маковку. Конктретизируй. А проблема была мощной. Яросвет приземлился неудачно, сломал ногу и теперь вкушает все прелести медицины. Тоже в Англии. Они вошли в дом, на котором висела кровная защита, слабая, какая бывает после случайного ритуала. Гарри притащил провизию. Лёля не впечатлилась. И предложила начать с защиты. Взглянув на мальчика ведьминым глазом, вдруг дернулась и уставилась, как на покойника. И слабым голосом попросила рассказать, ВСЁ о странном шраме.