Утро (джен, мистика, братья)

      Марвина разбудил бодрящий аромат кофе. Сначала мужчина попытался спрятаться под одеялом, но сон не возвращался.       Сдавшись, Марвин встал с дивана и накинул вчерашнюю рубашку. Он смутно помнил предыдущий вечер, даже помотал головой, оглядывая комнату. Они что, так оттягивались, что у него память отшибло?       Квартира младшего брата выглядела на удивление аккуратной. Обычно Гейб разбрасывал вещи по захламлённой комнате, но сегодня царил почти порядок. Это удивляло. Мать всю жизнь пыталась приучить сыновей к порядку, но вышло так себе. Даже став жить отдельно они не превратились в образцовых домохозяек.       На журнальном столике стояла пепельница, полная окурков. Такие обычно курил Гейб. Но кроме них — ничего. Никаких бутылок или крошек.       Да что вчера было?       Потерев виски, Марвин отправился на кухню. Пол холодил босые ступни, кофе пах одуряюще.       Гейб стоял спиной, колдовал над туркой, в привычных джинсах и футболке. Скрестив руки на груди, Марвин прислонился к дверному косяку.       — Что вчера было? Ни черта не помню.       Гейб обернулся, смотря как будто неверяще. Марвин успел прокрутить в голове сотни вариантов, в каждом из которых он что-то накосячил, но вместо этого Гейб ответил:       — Спиритический сеанс.       — Серьёзно? Знаю, ты веришь в эту чушь… но как я-то согласился?       — У тебя не было выбора. Я позвал.       В голове Марвина вроде бы мелькали воспоминания, связанные со свечами, доской с написанными буквами и какими-то не очень приятными ощущениями. Может, он какой дряни накурился… хотя ощущение было ровно наоборот. Как будто до этого он спал, а теперь наконец-то проснулся.       — И как? — хмыкнул Марвин, пытаясь скрыть зевок в ладони. — Духи нам ответили?       — Да.       Гейб смотрел на брата широко распахнутыми глазами, как будто не верил тому, что видел.       — Год назад ты умер, Марв.