Немая отшельница

Женщина с давно поседевшими коротко остриженными волосами медленно шла по протоптанной дороге. Её ярко-оранжевое ханьфу можно было увидеть за несколько ли. Оно развевалось огненным вихрем, гонимое холодными ветрами. За её спиной висела огромная плетёная корзина, а на голове была доули. Глаза цвета пасмурного неба смотрели на мир по-доброму, слегка улыбаясь. Загорелая кожа покрылась морщинами, но это не портило внешность женщины, а добавляло в её образ большей нежности. Эта странная женщина жила вдали от людей, в небольшом домике на окраине леса, где было относительно безопасно. Она делала целебные отвары и настойки, продавала мази и помогала людям. Женщина подбирала сирот и заботилась о них, а дети помогали ей по хозяйству. Она всегда была вежливой, но не любила говорить с деревенскими жителями, поэтому многие считали её немой. Отшельница, живущая скромно и уединённо вызывала много сплетней и слухов, которые распространялись далеко за пределы деревни, поэтому туда приезжали некоторые любопытные люди, но далеко не каждому удавалось увидеть женщину в доули. В этот день она решила заглянуть в деревню и продать свои лекарства, но на пути увидела молодого юношу, что лежал на земле. Его белые одежды были испачканы в грязи, а живот был проткнут мечом, вокруг которого расползлось багряное пятно крови. Женщина охнула и бросилась к юноше, упав перед ним на колени. Он дышал, и его медовые глаза были открыты, но они смотрели куда-то ввысь, как будто не замечая её. Юноша был страшно бледен и худ, сердце женщины налилось кровью. Она не могла видеть, как кто-то страдает. – Кто же так с тобой, касатик мой? – она не требовала ответа, просто причитала, аккуратно положив голову юноши себе на колени. Женщина достала флягу с водой из корзины и поднесла её к потрескавшимся губам юноши: Пей, голубчик мой. Пей. Сейчас я вытащу из тебя этот меч, но будет больно. Ты же потерпишь, милый? – она погладила юношу по голове, пока тот медленно пил. Когда он закончил, женщина забрала флягу и приступила к извлечению меча. Из корзины отшельница достала маленький нож и баночку с целебной мазью, немного снижающей боль. Чуть-чуть порывшись в корзине она вытащила небольшой кусок ткани. Обмыв руки водой, она взяла нож и вырезала ткань в области живота юноши. Её взору предстала страшная картина. На впалом животе не было живого места, весь он был изранен, точно решето, и залит кровью. Раны были глубокими и достаточно свежими. Женщина намочила ткань оставшейся водой. Её руки заметно тряслись, а из глаз потекли слёзы. – Милый касатик мой, потерпи, потерпи ещё немного. Я постараюсь быстрее. Ты уж прости старую, – одной рукой она продолжила гладить его по голове, а второй невесомо, еле касаясь промывала раны. Смыв кровь и грязь, женщина нанесла обезболивающую мазь особенно тщательно вокруг лезвия меча. – Ты можешь держать меня за ногу, не стесняйся, кричи, если будет слишком больно. Не сдерживайся, я всё пойму. Женщина встала и обхватила рукоять меча двумя руками. Глубоко вздохнув, она с силой потянула меч вверх и почувствовала острую боль в лодыжке, из-за чего женщина чудом не навалилась на меч. Пошатнувшись, отшельница вскрикнула, но продолжила тянуть меч вверх, хоть от боли наворачивались слёзы. Наконец оружие покинуло тело и упало на землю. Женщина осела рядом с юношей, тяжело дыша. Она вытерла слёзы и направила своё внимание на юношу. – Было очень больно? Прости, я не хотела, но теперь будет легче, – из открывшейся раны хлынула кровь, женщина достала какой-то флакончик из корзины и вылила жидкость на рану, та покрылась белой пеной, а в воздухе появился кисло-сладкий запах с небольшой примесью горечи. Женщина принялась дуть на рану. – Тише, тише. Боюсь, я не донесу тебя до своего дома, милый. Ты сможешь идти? – она посмотрела в пустые глаза юноши. – Почему? – тихо спросил он. – Что, голубчик? – женщина взволнованно наклонилась к нему, чтобы лучше расслышать. – Почему вы помогаете мне? – О, голубчик, а разве нужна причина? Я могу помочь, так почему бы мне не сделать это? – женщина добродушно улыбнулась и перевязала рану. – Так что, пойдёшь со мной? Я накормлю тебя и найду новую одежду, если тебе некуда идти, то ты можешь остаться у меня. Ян Роу и Сюнь Лэй будут рады старшему брату. Только бы эти паршивцы не съели все пироги, – улыбнувшись сказала отшельница. – Надо поторопиться, а то Лэй-Лэй точно всё съест. Ох уж этот сластёна! Взгляд юноши прояснился, и он сел. Женщина придержала его за спину. Он был очень красив. Его каштановые волосы спадали до самой поясницы правильные и нежные черты лица были похожи на девичьи, и всё же его было нельзя было перепутать с женщиной. Однако, нездоровая бледность портила его внешность. Женщина осмотрела спасённого и покачала головой, грустно вздохнув. Если бы она могла, то спасла бы всех детей мира. Жаль, что это невозможно. – Спасибо. – Да, что ты, голубчик. Пойдём скорее, а то смотреть на тебя больно одна кожа да кости, – женщина протянула ему рисовый мантьоу. – Держи, перекуси по дороге, а дома я уж тебя накормлю, голубчик. Надо будет попросить малышку Роу нагреть чайник. Юноша осторожно взял мантьоу из рук женщины, та поднялась, опираясь на одну ногу, и повесила себе за спину корзину. Она сняла бамбуковую доули и надела её на голову юноши, озорно улыбнувшись. Пряди её серебряных волос мгновенно поднял ветер и разметал в разные стороны. – Так лучше. Глаза юноши испуганно расширились, он посмотрел вниз. Женщина тоже опустила взгляд и увидела чёрное лезвие меча, пронзившее её насквозь. Улыбка спала с лица. Глаза отшельницы наполнились ужасом и непониманием. Она коснулась холодного лезвия и посмотрела на юношу, её губы странно изогнулись, женщина хотела что-то сказать, но было поздно. Тело безвольно упало, но юноша не дал ему коснуться земли. – Теперь точно лучше, – раздался до противного сладкий голос мужчины в маске.