Охота

Небо грозное, яркий сверк. Будто в болезненной печи, Среди огня стоит берсерк И от агонии кричит. Кричит от боли, от ожогов, Все тело булькает, шипит. И, если честно, без намеков, Не жалко, ведь он бандит. Бандит, что грабит, и девок травит, Таких, как он, на Земле полно, Но из всех, кто жестокость славит, Он единственный, кому не повезло. Не повезло — за ним идет охота. И в этот месяц, день седьмой, Роль его сменился вполоборота, На зайца-труса, забитого судьбой. Судьбой, наказавшего его, Ввиде пламенной девицы — Смерти, что стоит недалеко, В образе теневой волчицы. Волчицы чёрной, одноглазой, С топором большим в руках. Будто чернилой кто-то вмазал, Пятно на огненных цветах. Цветах больших, горящих алым, И от них исходит Ада смрад. Как все кругом, совсем усталым, Ярким поблеском лампад. Лампад на небе много-много, Лес искрится, трескается, дрожит. На первый шаг девицы, в итоге Берсерк в огонь сломя бежит. Бежит, не смотря на боль — Тело булькает, шипит. Недовно выпитый алкоголь, Помогает все решить. Решить по тупости, идиотски, Он продолжает убегать. Хотя, как мешок картошки, Упал и перестал дышать. Мая месяц, день седьмой, Когда у Бога выходной, Вот закончилась охота На насильника и урода.