7 часть

      После игры в волейбол, Сарада пошла в свою комнату. Её команда проиграла, она, действительно, не думала, что вражеская команда настолько сильна, особенно Чочо.       Учиха думала, что надо будет попросить Чочо с ней в следующий раз поиграть. Сарада могла бы попросить её об этом после игры, но Чочо ушла в травмпункт, она как-то умудрилась сломать палец отбивая мяч.       Конечно, игра не остановилась и последние две партии играли без Чочо, и число было неравным. Но Йодо из команды Чочо, наконец-то проснулась и одержала победу в её команду.       В комнату Сарады постучались.       — Войдите, — крикнула девушка поправляя очки.       — Здравствуй, — в комнату зашла девушка среднего роста с короткими чёрными волосами и большими чёрными глазами — это Шизуне, вторая медсестра.       — Ой, извини, ошиблась комнатой. Ты не знаешь где Чочо? — сказала медсестра.       — Знаю, — коротко ответила Учиха, но потом добавила: — А вам что-то надо ей передать? Я могу ей передать       — О, спасибо, эм… — она задумалась, ведь не знала имени девушки.       — Сарада. Учиха Сарада, — представила девушка.       — Хорошо Сарада. Ты передашь Чочо вот эту мазь. Просто я с Цунаде-самой её потеряла, и вот только что нашла. Я Чочо обещала, что сразу как найду отдам ей мазь.       — Хорошо, я ей передам.       Шизуне отдала мазь девушке в руки и сказала, что она побежала, а то у неё ещё много дел.       Сарада пошла к двери в комнату Чочо и постучала в дверь. Чочо сидела на своей кровати с набитым ртом. Но Сарада не придала этому большое значение.       — Чочо, это я — Сарада, можно войти?       — Угумчх… — промычала в ответ. Черноволосая приняла это как согласие, и вошла в комнату.       — Чочо, как твой палец? — спросила Сарада приближаясь к Чочо, которая за спиной что-то держала.       Чочо не ответила, она просто пожала плечами. Сарада присела возле неё и продолжила разговор:       — Медсестра Шизуне-сан попросила отдать тебе вот эту мазь, — девушка протянула ей маленькую коробочку. — Давай я тебе намажу и всё будет хорошо.       Акимичи отрицательно повертела головой.       — А почему? — не поняла Сарада.       — Сама справлюсь, — неразборчиво ответила Чочо.       — Хорошо, я тогда мазь на этот столик положу, ладно? — спросила Сарада приближаясь к столу, который был весь в бумагах.       Акимичи повертела головой в знак отрицания, но Сарада этого не видела. Учиха поставила мазь на стол, от стола странно пахло. Акимичи заметила, что Сарада почувствовала запах и тихо заскулила.       — Чочо, тебе не кажется, что надо проверить комнату, а то духота и вонь сплошная, — сказала Сарада, смотря на неё серьёзным взглядом.       Рыжая не знала, что ответить. Поэтому продолжала молчать. Черноволосая не дождавшись ответа, пошла к окну и открыла его.       Дунул сильный поток ветра, почти все бумаги лежавшие на столе сдунулись, и Сарада повернула голову, чтобы поднять их.       Чочо быстро вскочила с места, но и шагу не сделала. А Учиха собирала бумаги с пола и извинялась. Потом Сарада посмотрела на стол и случилось то, чего сильнее всего боялась Чочо, а именно — у неё заметили чипсы.       Сарада молча поставила бумаги на стол и начала вслух считать пачки чипсов на столе:       — Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь… Восемь пакетов чипсов, пятеро уже пустые и только троя ещё не открыты. — Сарада серьёзным взглядом посмотрела на Акимичи. — Ты что не знала, что нельзя брать чипсы в лагерь?       Чочо посмотрела в пол и кое-как выдавил слово «Прости». Сарада посмотрела и заметила, что рот девушки полностью забит чипсами.       — Сначала прожуй, потом говори, — прокомментировала Учиха.       Чочо стала медленно жевать, она знала, что от Сарады нет спасения — она по-любому расскажет.       Она уже представила себе кошмар, где у неё забирут все чипсы и она ещё три месяца будет без своей любимой вкусности.       — У тебя же за спиной девятый пакет чипсов, верно? — спросила Сарада, хотя знала ответ заранее.       — Угу… — только и сказала Чочо, она протянула Сараде.       Она подумала, что может таким способом она найдёт с Сарадой общий язык.       — Будешь? Хоть половину чипсов я уже съела. Но не важно как ты начнёшь есть еду: с конца, с начала или с середины. Еда сохранит свой сочный вкус, не зависимо от того, как ты начала есть       — Спасибо, но нет. — Сарада отвернулась от чипсов. — Чипсы запрещены в лагере.       — Ой, да ладно тебе, — подмигнула ей Чочо.       — Ничего не «да ладно». Надо соблюдать правилам, — не отставала от своего Сарада.       — Сарадочка, не будь такой занудой, расслабься в конце концов. — сказала Чочо, а потом тише добавила: — Будешь всех бесить и друзей у тебя не будет.       Эти слова Сарада услышала, это ей больнее ножа. У Сарады никогда не было друзей, ей всегда говорили, что она всех бесит.       Сарада посмотрела на Чочо, которая ей улыбалась и протянула пачку чипсов.       — Бери и угощайся, — сказала золотоглазая.       Учиха посмотрела на чипсы, поправила очки, и решила всё-таки взять одну штучку. Тщательно пожував, черноглазая сказала:       — Вкусно, а можно мне ещё?       — Конечно, бери, — Чочо протянула ей пакет. — Бери сколько хочешь.       Дальше девочки сели на кровать, ели чипсы и разговаривали. За время проведённое вместе, девочки успели сдружиться, как оказалось у них полно общих интересов.       — У нас в отряде столько красавчиков, только все они не интересны, — сказала Чочо, кладя в рот чипсы.       — А почему они не интересные? — спросила Сарада, повторяя действия рыжей подруги.       — Один лентяй. Второй хулиган. Третий грубиян. Четвёртый помешан на спорте, и кроме спорта, его ничего не интересует. Пятый лицемер. Шестой безрассуден. Седьмой словом убить может, — перечисляла на пальцах Чочо.       — Ты от части права, — сказала Сарада и начала загибать пальцы. — Шикадай ленивый, но умный. Ивабе просто нужно завести друзей. Каваки грубый, но с добрым сердцем. Метал Ли просто трудолюбивый. Иноджин не лицемер, просто иногда любит повредничать. Про Боруто согласна, а вот Мицуки чем тебя так обидел?       — Он намекнул мне на то, что я страшная! — возмущалась девушка беря чипсы.       — Ого, это на него не похоже… А ты в этом уверена, может он нечаянно? — не понимала Сарада.       — Уверенна. А насчёт Боруто, ты просто согласилась, когда за других заступилась. Даже за хулигана Ивабе, мол, он изменится появившись у него друзья, — подметила Чочо.       — Просто этот дурак только делает, что ведёт себя безрассудно, не думая о последствиях. Ничего он не умеет, даже нормально почистить картошку, — сказала Сарада и рассердилась, вспомнив блондина.       — Ну, я тоже не умею нормально чистить картошку, — призналась рыжая, нервно поглаживая затылок. — Как и шить, и готовить…       — Эх, — тяжело выдохнул Сарада. — Давай поменяем тему разговора       — Хорошо, — согласилась Чочо.

***

      После разговора девочки пошли погулять. Девочки гуляли и ни о чём не подозревали, а к ним направились Боруто с Мицуки.       — Чочо, — начал Мицуки. — Можно тебя на минутку?       — Что там у тебя? Давай тут говори, — немного грубовато ответила Акимичи.       — Ладно, — пожал плечами Мицуки и поклонился. — Чочо, я хотел извиниться за тогдашний случай. Извини, я не хотел тебя обидеть. Я хотел сказать, что ты красивая девушка и у тебя со временем тоже появится парень. Ты меня прощаешь? — закончил свои извинение Мицуки.       — Хорошо, я тебя прощаю, — улыбнулась рыжая.       Мицуки выпрямился и улыбнулся. А Сарада выжидающе смотрела на Боруто, вскоре блондин заметил на себе пристальный взгляд и спросил:       — Что такое, Сарада?       — А ты мне ничего сказать не хочешь? — вопросом на вопрос ответила девушка, поправляя очки.       — А должен? — не понимал блондин.       — Как бы да, — сказала черноволосая.       — И что я должен сказать и за что?       — За тот самый странный поход за пределы лагеря, — напомнила девушка.       — А за что я должен извиняться? Во-первых, не я его организовал. Во-вторых, ты сама за нами побежала «хвостиком». В-третьих, ты ещё долго будешь этот случай вспоминать?       Сарада ничего не смогла сказать, она только продолжала смотреть злым взглядом на Боруто.       «Действительно, почему это я его виню? Виню его даже не разобравшись, кто предложил этот поход. Это очень некрасиво с моей стороны, надо перед ним извиниться. Даже перед таким болваном, как Боруто» — мысленно отчитывала себя Сарада       — Прости, Боруто. — извинилась Сарада. — И ты прости, Мицуки.       — Это точно наша Сарада? — тихо шепнул Узумаки своему другу, что хорошо услышала Сарада.       — Боруто, ты бы тихо разговаривать и шептать научился, — посоветовала Учиха.       — Да нормально я шепчу, — сказал Узумаки.       — Только тебя ещё весь лагерь слышит, — пошутила Учиха.       — Ладненько, давайте в знак примерения пойдём в вышибалы сыграем? — предложил Боруто.       — Я бы с радостью, но четверо человек не маловато для игры? — спросила Сарада.       — Ничего, мы мальчишек позовём, правда, Мицуки? — сказал Боруто толкая синеволосого в бок.       — Правда, только половина не согласится…       — И то верно, — задумался блондин.       — Тогда вы пригласите тех, кто согласится, а мы позовём девчонок. — отозвалась Чочо. — Встречаемся здесь через пятнадцать-двадцать минут, сгодится?       — Сгодится, — согласились все и побежали кто-куда.

***

      Через двадцать минут, на площадку прибыли восемь мальчиков и семь девочек. Среди ребят, были знакомые нам персонажи: Васаби, Намида, Сумирэ, Чочо, Сарада, Йодо, Боруто, Мицуки, Иноджин, Шикадай, Метал Ли, Шинки.       А из неизвестных, это были: Кагура Каратачи, Шизума Хошигаки и Бунтан Куросуки.       Кагура Каратачи — парень высокого роста, со светлыми волосами и фиолетовыми глазами. Под левым глазом красуется розовый шрам.       Шизума Хошигаки — парень похожий на акулу. Его родственник — Кисаме, работает в океанариуме. Поэтому Шизума знает всё о рыбах. У него длинные волнистые чёрные волосы и голубые глаза. Встречается с Бунтан.       Бунтан Куросуки — девушка невысокого роста, со светлыми короткими волосами, и со светлыми глазами. Встречается с Шизумой.       Бунтан, Шизума и Кагура находятся в шестнадцатом отряде. Отряд подростков от 14 до 16 лет.       — Ну что мелкие, — начал Шизума. — Разбиваемся как: старшие против младших, девочки против парней, или как?       — Ну мы думаем, чтобы команды были равны, поэтому разбежимся по разным командам, — объяснил Боруто.       — Идея интересная, — сказал Кагура. — Но во-первых, как мы разделимся по командам, а во-вторых нас неравное число.       — Значит одной команде повезёт больше, — улыбнулся блондин. — Это во-первых. А во-вторых, мы с Сарадой будем выбирать. Никто же не против? — обратился он ко всем, на что все махнули головой, мол, нас всё устраивает.       Эти двоя остались стоять в центре, напротив друг друга. А остальные отошли. Кагура вверх запустил монету, чья сторона выпадет, тот и будет первый выбирать. Монетка выпала орлом, эту сторону монетки и выбрал голубоглазый.       — Значит я первый, — хмыкнул блондин. — Мицуки.       Вышеназванный приблизился к блондину. Многие закатили глаза, мол, это было ожидаемо. Теперь была очередь Сарады выбирать.       — Чочо, — сказала она, и рыжая подошла к ней.       — Шикадай.       — Йодо.       — Иноджин.       — Васаби.       — Кагура.       — Шинки.       — Сумирэ.       — Шизума.       — Бунтан.       — Намида.       — Метал Ли, — назвал Боруто последнего.       — Блин, меня опять самым последним выбрали, — тихонько под нос, бурчал чёрноглазый.       Команды разошлись по зонам. Кинув мяч, игра началась…

***

      — Восьмой отряд! — кричала Ханаби. — Вы помните, что мы собираемся сделать?       — Да, — крикнули детки. — Мы должны убрать мусор!       — Молодцы, — похвалила их вожатая. А где мы будем убирать мусор?       — На травянистой площади! — крикнула самая умная девочка в отряде, а остальные повторили её ответ.       — Отлично. А теперь шагом марш, и песню напеваем! — скомандовала Ханаби.       — Тётя Ханаби, тётя Ханаби, — говорила Химавари, подняв руку вверх.       — Никакая я не «тётя Ханаби». Мы на территории лагеря, а не дома, — напомнила она своей племяннице.       — Ой, — вспомнила девочка. — Ханаби-сан!       — Что случилось, Хима-чан? — спросила она.       — У меня два вопроса.       — Задавай, — голосом капитана, скомандовала Ханаби.       — А когда мы будем на речке? — поинтересовалась Хима. — Просто мне девочки сказали, что в прошлом году они купались на речке, и собирали красивые ракушки.       — Этим мы будем заниматься примерно с середине — к концу июля. Когда речка согреется, — ответила Ханаби.       — И ещё, почему ты говоришь, как капитан? — спросила свой второй вопрос девочка, на что многие тоже заинтересовались.       — А это военная тайна, — сказала она, скрестив руки на груди, и обидчиво смотря куда-то в сторону. — А если серьёзно, то это прикольно.       — Я тоже хочу быть капитаном! — крикнул какой-то мальчик.       — Обязательно, когда вырастишь, — сказала Ханаби, пока не вспомнила. — Ах, вы хитрицы! Зубы решили мне заговорить, чтобы не убираться. Нет милые мои, меня не обманешь!       Дети тихонько захихикали. А Ханаби решила состроить обидчивую мордашку, чтобы было смешнее. Всё-таки Ханаби знала, как поднять детям настроение. За это они её и любили.       — О, смотрите — это же Конохамару-сенсей! — крикнули несколько девочек, и Ханаби, как маленькая, повелась на это.       Пока Ханаби повернулась назад, куда и показывали указательные пальцы девочек, и выискивала там знакомый силуэт, дети спрятались за деревьями. Ханаби повернулась назад, и увидела, а точнее не увидела детей.       «Господи, какая же отвратительная вещь — слухи. Даже эти мелкие знают о моей симпатии!» — подумала Ханаби.       — Эй, а куда это подевался мой любимый восьмой отряд? — сказала Ханаби. — Наверное пропал, надо Ируке-сану и Какаши-сану об этом сообщить, чтобы нашли этих детей. А то вдруг медведь их съест, или того хуже — Призрак Джердан Канифиш!       Её слова подействовали, и дети быстро вернулись к ней. Хоть медведя дети не так боялись, ведь знали, что он тут не водится. А вот про призрака они знали, не зря же отряд по старше обнаружил этого призрака в реке.       Ханаби была права — слухи расходятся мгновенно.