Остров

– Вот, батюшка, воровка! – вздохнула Мария Фёдоровна, женщина в мирских делах сведущая, занесла кулак с зажатой в нем серебряною ложкой и рассекла, словно молнией, воздух. С чего бы ей, доброй прихожанке, клеветать? Илья кивнул сам себе, сокрушаясь: не быть вечеру тихим, и оглядел гостью.