Часть 1

      Ставлю точку. Такую приличную точку, заканчивающую строфу. И выдыхаю крупное облако дыма, кинув окурок в пепельницу. Сегодня портсигар пустел и наполнялся два раза. Перевожу взгляд на часы. Половина первого. Скоро мне ехать с Шарлем на встречу. Вроде с каким-то египтянином.       Как хорошо быть поэтом. Златокудрые музы, тащите сюда лавровый венок, вина, да перо с бумагой! Да, стих удался… Но теперь меня интересует, почему обои в моей комнате из светло-синих стали ярко зелёными. А вместо кресла в углу прямо из пола растёт какой-то цветок, похожий на смесь одуванчика и фикуса. Занятно. Стоп. Почему обои поменяли цвет, а в углу из пола растёт громадный одуванчик? Зажмуриваюсь и с закрытыми глазами иду к окну. По гравийной дорожке внизу идёт на задних лапах огромная зелёная ящерица.       Ещё лучше. Похоже, что я начал сходить с ума. Хотя теряющий рассудок обычно не осознаёт это. Но не так же резко… В дверь стучат. — Войдите! Лучше бы я молчал… На пороге появляется труп. Разлагающийся труп в униформе слуги. Вид отталкивающий, но есть в нём что-то, что притягивает взор. Неудержимо манящее. Достойное моего пера.       А следом за ним - моё спасение. Барон. Он нисколько не изменился, притом, что по всей комнате побежали фиолетовые разводы. - Тим. - А? - Собирайся, мы едем, - в его чёрных очках отражаюсь я.       Начинаю натягивать на себя...яркую рубаху с узором в цветочек? Что вообще происходит?! У меня галлюцинации? Но всё же накидываю сверху какой-то походный плащ, напоминающий кожу рептилии.       Отель тоже, мягко говоря, преобразился. Он похож на какой-то тропический лес, а вместо людей тут ходят звероящеры вперемешку с живыми мертвецами. Чудесная картина, прямо-таки кладезь материала для сюрреалистов.       Небо и вовсе из голубого стало жёлто-оранжевым, а над лиловой землёй сияет синее солнце. Я иду на подгибающихся ногах к авто, стараясь не подавать вида, что я вижу ЭТО... ***       У меня ощущение, что по дороге мы не ехали, а плыли. Во всяком случае, укачивает. Сильно. Прямо перед дверьми в отель, где должна проходить встреча, я замечаю дерево с синими листьями, растущее в кадке. Прислоняясь к нему, стараюсь отдышаться. Тошнота вроде проходит. И чувствую, как Шарль взял меня за руку и пытается повести дальше. Я и не сопротивляюсь...       Весь народ в этом отеле оказывается либо ящерицами, либо разлагающимися телами, а само помещение больше похоже на какой-то сад, словно написанный Босхом. Вдруг рядом со мной появляется труп, очевидно женщины. Она говорит с Шарлем, что-то по поводу перевода, но я даже не слушаю. На поводке она держит ящерку, переливающуюся всеми цветами радуги. Я гляжу на неё, не в силах оторваться, а затем эта замена болонки будто бы гавкает на меня. И тут я всем телом чувствую, как взгляды трупа и барона устремлены на меня. Я киваю, хоть ради приличия, и тело, видимо удовлетворённое таким ответом, отходит.       Я иду по этому плоду галлюцинаций дальше и вижу огромную королевскую кобру в деловом костюме, ползущую к нам. Она равняется с нами, а затем что-то шипит. Барон отвечает ей, а я гляжу на змею. Вдруг повисло молчание. Мы словно играем с ней в гляделки. Я понимаю, что должен пожать руку этому египтянина, но... Рук у него нет вообще. Как я, чёрт меня возьми, должен это сделать?!.       Я сижу на переговорах. Акэнатон Аджо что-то шипит, а барон отвечает по поводу охраны нефтяных вышек от нападений. Я особо не вникаю, потому что хочется спать. Сильно хочется спать, вокруг всё плывёт, меняет очертания и цвета...       Я сижу на заднем сидении и машине. Едем мы почему-то в полной тишине. И я чувствую, как начинаю отключаться... *** - Проснулся? - слышу я над собой металлический голос. С трудом открываю глаза, в голове гудит, но я узнаю очертания комнаты барона. Всё стало как прежде, нет даже следов от этих цветных призраков. Барон меряет шагами комнату от окна к дивану. Таким я его ещё не видел... Его голову венчают чёрные рога, крылья едва держатся, чтобы не раскрыться, а глаза стали полностью чёрными. Шарль явно сдерживает гнев, и мне от этого не по себе. - Что с... Со - пытаюсь выговорить я, но губы меня не слушаются.       Он в два шага подходит ко мне и упирается рукой в спинку дивана, где лежу я. - Объясни мне, мой милый, что происходило с тобой? - А что было... Он выдыхает сквозь зубы и тихим голосом начинает: - На кой чёрт ты хватал швейцара за живот? Я вспоминаю все события этой странной поездки, но швейцара... А затем всё понимаю. - Я думал... Он был деревом. Шарль смотрит на меня, как на сумашедшего. - Что такого ты нашёл в сумке переводчицы, мадам Долорес? - Это была ящерка. Она немного гавкала на меня... Его глаза округляются всё больше. - И наконец, почему ты стоял как истукан перед Аджо?! - У него не было рук...       Виснет молчание. Барон чуть ли не падает рядом со мной на диван и почти что стонет: - Тим! Почему у него не было рук?!.. - Он был змеёй. Коброй в костюме. Барон закрывает руками лицо. Я вижу, что он беззвучно смеётся, и сам начинаю смеяться от самого абсурда ситуации. - В следующий раз не кури перед встречами, - говорит он, не переставая смеяться...