XV

      Начался пасмурный сентябрь. Данил погряз в работе. Со съемок он теперь возвращается ближе к ночи, так что времени на себя не осталось, что уж говорить о Николь. Каждый раз, выходя из квартиры, он смотрит на ее дверь и замедленно идет к лифту: вдруг она тоже выйдет? Снова, как в прошлый раз — случайно? Но случайности не происходят. Видимо, Вселенная дает понять: пора брать инициативу в свои руки.       В один из таких дней, возвращаясь домой уже за полночь, Данил заметил толпу у подъезда. Не желая привлекать внимание, он надел капюшон, опустил взгляд в пол и ускорил шаг. Последнее, чего ему хотелось, — это чтобы его узнали и начали сталкерить у дома. У него не было ни времени, ни желания заниматься переездом.       — Загадывай желание, Николь! — завизжала одна из девушек, держа в руках розовый торт в форме сердца.       Николь закрыла глаза и, загадав желание, задула свечи. Она заметила Данила, но сделала вид, что не видит его. Ей не хотелось чтобы ее подруги обратили на него внимание. Она знала что ее подруги еще большие фанатки, чем она. Пусть ей было больно от того, как равнодушно он прошел мимо, она сделала вид, что все в порядке.       Уже дома, с шарами в форме сердечек и остатками торта, Николь грустно зашла в квартиру. В груди тянула тоска. Полторы недели они не виделись, так он еще и мастерски проигнорировал ее на улице. Немного всплакнув и пожалев себя, девушка решила взять себя в руки.       «Колечка, я, кажется, оставила свои ключи в одном из пакетов. Посмотри, пожалуйста,» — написала лучшая подруга.       «Да, они у меня. Тебе курьером отправить?» — порыскав по пакетам, Николь действительно нашла связку ключей.       «Не, я недалеко ушла, минут через двадцать зайду, окей?» — прочитав сообщение, Николь решила быстро принять душ.       После душа она надела мини-шорты и футболку с оголенным плечом. Волосы убрала в небрежный пучок, на носу красовались большие очки. Настоящая tumblr girl. Услышав стук в дверь, Николь схватила ключи и уверенно открыла, не глядя в глазок, думая, что это ее лучшая подруга.       — С днем рождения, — тихо произнес Данил. Он выглядел уставшим, помятым, но в руках держал огромный букет лилий. — Пришлось немало переплатить за экстренную доставку. Тебе хоть нравится?       — Очень, очень нравится! — Николь едва сдерживала восторг, рассматривая букет. — Ты угадал с цветами, я просто обожаю лилии!       — Правда? — Данил сделал вид, будто не сталкерил ее социальные сети, узнав ник от Telegram. — Видимо, интуиция. Да и тебе они идут.       — Спасибо, Данил, правда… — Николь не знала, как выразить благодарность. Ей хотелось обнять его, но в этот момент послышался звук открывающегося лифта. Она резко схватила его за руку, втянула в квартиру и закрыла дверь. — Так, сейчас ни слова, — зашептала она. — Моя подруга просто помешана на Хазяевах и Асфальте. Я серьезно, не дыши даже.       Данил послушно прижался к стене. Николь открыла дверь, отдала ключи подруге, которая тут же присела ей на уши. Парень стоял в прихожей, пытаясь не двигаться, но раздражение понемногу накапливалось. И все же он был благодарен этой странной ситуации. Николь стояла так близко, что он впервые мог рассмотреть ее вблизи: неуловимые блики на коже, как случайно спадают пряди с пучка…       «Как я вообще оказался в такой ситуации?» — думал Данил, но ответ был очевиден: он сам этого хотел.       — Фух, пронесло, — Николь издала нервный смешок, попрощавшись с подругой и закрыв дверь. — Извини, что тебе приш…       Данил заткнул её поцелуем и прижал к стене, у которой сам смиренно стоял мгновение назад. Он устал просто смотреть на неё. Он постоянно думает о ней в душе, перед сном, в такси, на перерывах между съёмками. В его голове мелькают сцены, как он имеет её в том самом душе, на кровати, в машине, в гримёрке… Он представляет её обнажённой, как она стонет, изгибается от его ласк, как смущенно прячет взгляд. Но он больше не хочет представлять. Вот она, прямо перед ним, в коротких шортиках и майке с оголённым плечом. Куда ему девать себя, если не в её объятия?       Она же не сопротивлялась. Наоборот: её тело наконец расслабилось в его руках. Ей тоже было непросто ждать. Николь очень боялась, что он так и не решится сделать первый шаг.       — Я хочу на диване, — тихо сказала она, глядя ему в глаза. Из застенчивой и тихой девушки она превратилась в хищницу, ведьму, которой хочется отдать не только тело, но и душу. Данил поднял её на руки и уложил на диван. — Нет, сверху буду я, — добавила она.       «А-ху-еть», — пронеслось в голове Данила, когда она оказалась сверху. Обычно уверенный в себе, напористый, он вдруг оказался безмолвным, поражённым её уверенной, властной энергетикой. Она сама сняла с него футболку, сама расстегнула ширинку, медленно стягивая штаны. Она оставляла поцелуи на его животе, постепенно спускаясь всё ниже и ниже. По итогу он был полностью обнажён, а она — всё ещё одета.       — Лучший подарок на день рождения, — хихикнула она, разглядывая его пресс и эрегированный член.       — Я не знал, что ты такая развращённая, — пробормотал Данил. Ему одновременно льстило и пугало, с какой жадностью она смотрела на него.       Она взяла его в рот полностью, игнорируя слёзы и подавляя рвотный рефлекс. «А-ХУ-ЕТЬ», — опять подумал Данил, и громкий стон сорвался с его губ. Иронично: теперь это он извивается перед ней и смущенно прячет взгляд.       — Не сдерживайся, меня это заводит, — сказала она и, не убирая рук с его члена, начала облизывать соски. — Где же твоя уверенность, м? Ты ведь это начал.       Внутри Данила что-то щёлкнуло. Он отодвинул её шортики в сторону, усадил её на свой член и оставил мокрый поцелуй на груди. Бледная фарфоровая кожа, упругая грудь, розовые соски. Она выглядела как живая кукла, только растрёпанная, с засосами и без грамма невинности. Между ними больше нет никакого барьера.       Он кончил ей на живот и застыл, будто к нему вернулось сознание. Испуганный взгляд встретился с её довольным, румяным лицом. Николь спокойно поднялась, взяла полотенце и пошла в ванную.       Данил осмотрел зал: лилии на кофейном столике, воздушные шары в коридоре, разбросанная одежда.       — Может, всё-таки оденешься? — игриво спросила она, бросив в него его футболку.       — Можно я останусь на ночь? — с лёгкой робостью спросил он. Николь кивнула.       Несмотря на двенадцать часов съёмок, у него остались силы целовать её до утра. И только под утро Николь уснула в его объятиях.