Глава 4

      В Каннах магическая часть была чуть ли не в каждой достопримечательности города. Только проявлялась она в весьма необычных видах. Да и попасть туда надо постараться. В некоторые магические места могут пройти только французы.       Франция — гордая страна. И французские волшебники тщательно охраняют свое наследие. Некоторые свои территории они закрыли от проникновения иностранных магов. Не говоря уже о маглах.       Мы с Драко не сразу сориентировались на месте. Я использовал зондирование, только потом поманил Драко за собой в сторону ближайшей магической территории.       Сами Канны светились со всех сторон. Наш путь лежал по набережной Круазет, чья длина была, довольно, впечатляющая — 2,8 км. Со стороны моря светились многочисленные яхты и лодки. С другой стороны — отели, рестораны, казино.       Некоторые маглы-туристы с интересом на нас поглядывали. Немного необычен был для них наш с Драко внешний вид. Приоделись мы с ним под строгим наблюдением Друэллы, которая лично выбрала нам выходной наряд.       — Тут, вам не Париж! В Каннах нужно выглядеть соответствующе — маги здесь, словно озабочены нарядами, косметикой, перстнями, браслетами и прочими безделушками. Что-нибудь всегда здесь нужно носить, что могло бы сойти за стоящую ставку в казино. Это азартный город. Казино здесь полно. Да, и всегда встречают по одежке.       Проходили мы набережную, игнорируя взгляды любопытных маглов. Для них мы сошли за детей каких-нибудь богатых родителей, а то и за детей кинозвезд.       Ведь, совсем недавно — в мае этого года, а точнее 1992 года в Каннах прошел очередной ежегодный кинофестиваль, 45-й по счету.       По близости с Дворцом фестивалей, мы заметили выставочные доски с победителями кинофестиваля. Мое сердце защемило, когда я заметил:       «Самостоятельная жизнь» советский кинофильм Виталия Каневского, драма — 2-й победитель премии «Приз жюри».       Я впервые за год с лишним увидел что-то родное, русское. Тут же вспомнил родину, семью.       — Гарри? — привел меня в чувство Драко.       До барьера осталось немного как мимо нас прошла французская семья с ворчливой девушкой.       — …уже достаточно взрослая, могу сама за себя постоять, — послышался недовольный ее голос.       — Не говори глупости, дочь, мы идем вместе на церемонию, а там уже можешь идти куда пожелаешь, — возразил глава семейства.       Драко подлетел ко мне.       — Я только сейчас вспомнил, сейчас же будет церемония по вручению наград выдающихся волшебников за вклад в историю зельеварения в этом году.       — В конце августа? — удивился я.       — Ну, да, в этом году перенесли, обычно проходит в начале лета, — поманил меня Драко рукой, — давай за этой семейкой, пойдем лучше на церемонию. Родители с Друэллой, возможно, тоже подойдут. Они думают, мы с тобой по казино пойдем. Я не любитель этого.       «Странно, я думал, что как раз наоборот» — подумал я.       Преследуя французскую семью, я все чаще ловил себя на мысль, не вейла ли эта девушка, которая возмущалась всю дорогу. Что-то тянуло меня к ней. Но это «что-то» пугало меня. Такое у меня впервые.       «Не поддаваться!» — твердил я себе, ссылаясь на очередное воздействие вейловской магии.       Драко спокойно шел, без каких-либо эмоций.       — Что за церемония-то? — спросил я.       — Ну, концерт обычно с оркестром и шоу эльфов с животными, после каждого выступления награждают человека.       Я скептически посмотрел на друга.       — Не скучно ли это?       — Ты, что? Такое никогда не бывает скучным! — воскликнул Драко. — Не исключено, что наградят нашего профессора Снегга. Он нас посещал, когда тебя не было. Говорил, что его Волчий отвар очень высоко оценили в Гильдии Зельеваров Европы и его номинировали на премию.       — Волчий отвар, то есть он помогает оборотням?       — Да, и после обращения они контролируют себя, а не становятся дикими и неуправляемыми, — проговорил Драко, — это большой прорыв в истории зельеварения. Никто еще этого не придумал, а наш декан смог.       К нашему разговору стали прислушиваться проходящие маги, так как мы уже пересекли магический барьер. Нас привело к прилегающему к морю зданию. Магическая часть знаменитого Каннского Дворца фестиваля и конгресса.       Магия в Каннах уникальна — магия иллюзии вперемешку с магией эльфов-домовиков давала необычный эффект. Казалось, что мы сделали круг, но барьер как бы перенаправил нас в обратный путь, но в ту часть города, где царила магия.       На улице царило веселье, и легкая музыка под стать атмосфере. Недалеко от берега иллюзионисты демонстрировали свою магию.       Стараясь все осмотреть и не потерять из виду ту французскую семью, мы с Драко оглядывались по сторонам. Пока Драко не повернулся ко мне и взволнованно кашлянул.       — Слушай, а как мы туда попадем? У нас нет ни пригласительных, ни билетов, ничего!       — Я перемещу нас туда, — прошептал я ему в ответ, хватая его за руку.       По Теням мы оказались в нужном нам помещении.       — Молодец, конечно, а если у нас спросят про билеты? — не отстал Драко.       — Применим «Конфундус» или «Империо», — предложил я.       Мы вышли в шумную толпу. По близости оказалась та самая семья, за которой мы шли. Девушка обратила на меня внимание.       Наши взгляды встретились и у меня сперло дыхание. Ей было приблизительно лет четырнадцать или пятнадцать. Я словно потонул в ее голубых глазах. Внутри все вскипело. Голова потяжелела.       — Возьми себя в руки! — раздраженно прошипел голос. — Когда ты научишься себя контролировать при контакте с вейлами?       — Все-все! Я контролирую себя, доволен? — отозвался я в ответ и отвернулся от девушки.       Драко повел меня в глубь. Некоторые люди толкались в коридорах, переговариваясь между собой. Повсюду была французская речь. Тяжесть в голове так и не прошла. Метка ожила и словно инородное тело пронеслось по руке.       Я схватился за руку.       — Гарри, что случилось? — обеспокоенно спросил Драко.       — Рука, — прошипел я, выдумывая ответ на ходу, — моя защитная руна словно ошпарила мне руку.       — Что? Как? — Драко взял меня за руку, оголяя рукав. Дракон на руке вспыхнул. Да так, что моя кровь вскипела и я подавил желание вскрикнуть от боли. Миг и все прошло.       «Что это, черт возьми, было?»       Такого еще ни разу не было в этом мире. Такое было при первой встрече с Шен Дю и его сыном Драго и другими демонами из потусторонних миров, чьи барьеры открывал Шен Дю.       — Все прошло, — рассеяно я проговорил.       — Уверен? — с недоверием спросил Драко.       Я кивнул. Поспешив заблокировать всю магию Теней, как можно глубже в себе. Мысленно проговорил древнее заклинание блокировки, какому меня учил Шен Дю.       Драко все еще периодически на меня поглядывал, когда мы оказались в одних из верхних лож с отличным видом на сцену.       — Добрый вечер, господа, ваши билеты или пригласительные? — обратился к нам служитель культурной обители.       — Вам прекрасно известно, что у нас места в этой ложи, наше присутствие здесь даже не обсуждается, — техника убеждения и подавления воли от магии Теней прошла на «ура». Пришлось-таки использовать ее, на «Империо» я не решился.       — Действительно, месье, присаживайтесь, приятного вам вечера, — нас с Драко оставили, наконец, в покое.       Слева от нас в соседней ложе была замечена длинная белая шевелюра Люциуса Малфоя. Нарцисса с Друэллой сидели рядом с ним. Драко помахал им, надеясь привлечь их внимание. Друэлла заметив нас показала нам большой палец. Люциус с Нарциссой обернувшись к нам сдержанно улыбнулись.       Представление началось и нас поглотило в шоу музыки и шоу. Первые три незначительные для нас награждений. И уже после выступления французской группы певцов со стаей маленьких птиц прозвучало долгожданное:       — Награждается «Премией за Великий прорыв» в зельеварении профессор школы Англии «Хогвартс» Северус Тобиас Снегг за зелье «Волчий отвар». Его функция — сохранение рассудка оборотней после обращения тех особей, которые не приняли своего внутреннего зверя.       Раздался восторженный гул присутствующих, затем гром аплодисментов. Мы с Драко аплодируя, поднялись со своих мест. Многие восприняли это объявление также почтительно стоя.       На сцену вышел гордый и в тоже время счастливый наш профессор. Сияя улыбкой, он взял в руки награду — золотую чашу с гравировкой. Вежливо и коротко поклонившись публике, он Северус Снегг удалился, под начинающую музыку.       Через несколько выступлений было еще награждение некоего Гектора Вальца за новое противоядие от яда акрамантула, уникальность его была в том, что за основу герр Вальц взял кровь черного единорога. Единорог может дать свою кровь добровольно магу истинно в благих намерениях. А уж тем более черный единорог… Такие единороги игнорируют мужчин. И подпускают девушек-девственниц благородного происхождения — чистокровных.       Кровь черных единорогов очень мало изучена и творение Гектора Вальца было тоже оценена той же наградой, какой удосужился и Северус Снегг.       Музыкальное сопровождение мне показалось скучным. А когда животные выходили на сцену, то мне было жалко их, особенно змей.       Я, владеющий змеиным языком, с усиленным слухом мог услышать, что они шипят. Что они чувствуют, что они хотели бы свободы, что они боялись магии. Я с ненавистью смотрел как укротители заставляли их ползать по парящим в воздухе кольцам.       В конце церемонии вышел на сцену за наградой китайский зельевар Ливей Чен. За подчиняющее зелье сознания драконов был награжден премией «Прорыв в столетии».       Что? Я, как только услышал, что зелье его подчиняет сознания драконов, пришел в ярость. У меня возникло желание убить этого зельевара. «Прорыв в столетии» еще! Разумеется, подчиняющее сознание зелье уже вызвало у всех присутствующих восторженные лица, но драконов. Я служитель демона-дракона был крайне возмущен этим. Да и драконы, каких мне показывал Шен Дю в разных мирах мне сильно приглянулись.       Ливей Чен, получив награду, скользнул взглядом по присутствующим, словно искал кого-то. Он словно заметил мой взгляд. Я тихо зарычал. Тот мило улыбнулся. Метка немного запылала. В голове раздался словно колокольчик, предупреждающий о попытки проникновения в сознание. Я с лёгкостью поставил блок — учение Шен Дю спасло меня.       Ливей Чен будто был чем-то шокирован, но быстро пришел в себя и раскланявшись всем поспешил покинуть сцену.              

***

      Когда церемония окончилась, мы с Драко поспешили к Малфоям-старшим и Друэлле.       — Неожиданно, было увидеть вас здесь, — приветствовал нас Люциус, — мы были уверены, что вы будите в совершенно иных местах.       — Это в каких же? — поинтересовался я.       — Например, в казино, — протянул Люциус, — Друэлла пророчила ваш проигрыш в размере пятистах галлеонов.       — Ну, что ж, порой пророчества не сбываются, — подошла Друэлла. — Как вам церемония, мальчики?       — Довольно неплохая, рад за профессора Снегга, — проговорил я.       — О, да, — улыбнулся Люциус, — Северус всех поразил своим Волчьим отваром. Кстати, спасибо, что напомнил мне его. Я отойду, найду Северуса, хочу переговорить с ним.       Люциус ретировался. Мы же вчетвером поспешили в ресторан. Было уже довольно поздно, и мы с Драко еле поглощали заказанные десерты под чай.       Было бы все прекрасно если бы в ресторан не вошел Ливей Чен. С его появлением дамы поспешили толпой к нему за автографом.       — До чего же напыщенный этот китаец, — пробухтел Драко.       — Ничего, Локонс ему даст фору, — усмехнулся я.       Драко согласился. Нарцисса с Друэллой не поддались начавшемуся дурдому — в сторонке попивали шампанское.       В свою же очередь господин Чен железно выдержал массовое давление. После раздачи автографов поспешил на выход. В это же время я направлялся в сторону махавшего мне Сэми Де`Груаля.       Ливей Чен словно целенаправленно идя мне наперерез, врезался мне в плечо.       — Ох, прошу прощения, молодой человек, — театрально извинился он, — случайно вышло.       Я несколько секунд промолчал, разглядывая китайца во всей красе. Не нравится он мне. Что-то с ним не так. Метка кольнула.       — Ничего, просто будьте внимательны в следующий раз, — сдержанно, но немного угрожающе выговорил я.       Мистер Чен усмехнулся и удалился под внимательным взором Друэллы.       — Гарри, все в порядке? — обратилась она ко мне.       Я кивнул.       — Нда, интересный этот человек, — подошел ко мне Сэми, — чего это он словно Титаник с айсбергом столкнулся с тобой?       — Если бы я знал, — пожал плечами я. Хотя очень хочется это выяснить. С этой целью я поспешил в безлюдное место.       Метка не стало бы реагировать так на этого Ливея. По Теням я поспешил на поиски китайца, но не успев преодолеть и нескольких метров, как меня выбросило из моего излюбленного перемещения в мрачное помещение с одним единственным горящим камином. Раздалось тихое покашливание. Я спрятался за ближайшей колонной.       — Еще раз спрашиваю — что это за парень был? — услышал я знакомый голос Чена.       «Ну надо-же, взаимное любопытство» — заметил я.       — Это Гарри Поттер, мальчишка из Англии, — последовал незнакомый голос, — там он считается Героем. Одиннадцать лет назад в Англии была война с темным волшебником. Этот темный маг был сокрушен непонятным образом годовалым Поттером.       — Что за бред? Как темный волшебник смог погибнуть от руки годовалого ребенка? — раздался холодный голос Чена.       — Никто не знает, — услышал я отчаянный голос.       — Я считаю, что мальчишка опасен, — голос Чена дрогнул.       Метка Дракона на руке вспыхнула с новой силой.       — Да, что с тобой происходит? Что с твоей меткой? — мой «друг» был на взводе.       — Что за, черт? — вскрикнул Ливей Чен. Я поспешил по Теням назад к Малфоям.       Меня словно пнули по воздуху и переместившись назад, я повалился на пол.       На ум приходило только одно — этот господин Чен как-то связан с магией Теней. Он вполне может оказаться одним из старых приятелей Шен Дю. Одним из демонов-драконов. Если так, то какого Мордреда не намекнул мне об этом.       Я старался, припомнить всех знакомых мне подобных демонов-драконов. Я был на хорошем счету у них, благодаря Шен Дю. Пару раз приходилось скакать по мирам, выполняя задания учителя, и оказывая услугу этим демонам.       Дверь в помещение где я находился открылась и меня лежачим застал Люциус со Снеггом.       — Вот, ты где, мы тебя потеряли… — осекся Люциус, заметив меня лежачим, — что случилось? Что с тобой? — подлетел он ко мне.       — Я в порядке, — поднявшись соврал я, — просто поскользнулся и упал.       — Вы с Драко точно чай пили? — с усмешкой спросил Снегг.       — Северус! — рявкнул на него Люциус. — Мои сыновья, конечно, рады за тебя, но не до такой степени, чтоб напиваться по такому поводу. Нарцисса уж за этим проследила бы. Да и Друэлла за километр учуяла бы алкоголь в парнях.       — Не сомневаюсь, — усмехнулся Снегг, — учитывая, что она сама не против пригубить.       Люциус фыркнул.       — Вам точно не нужно никакое зелье, мистер Поттер? — уточнил Снегг.       — Точно, я в полном порядке, — отозвался я, но в голове был полный сумбур.              

***

      Последние два дня во Франции прошли быстро. Все что произошло после награждения было мною забыто. Посчитал, что это было всего лишь излишнее любопытство по отношению к Ливею Чену. А вспышку метки я сослал на то, что она среагировала на потенциальную опасность со стороны китайца. Было что-то такое в нем загадочное. Поставив пометку, найти информацию о нем в книгах я постарался не зацикливаться на этом.       Вернувшись на Туманный Альбион, мы с Малфоями угодили в серую атмосферу Англии. Дни все становились все сырее и сырее, и на перроне «Кингс-Кросс» разразился дождь. Под водоотталкивающими чарами мы прощались с Люциусом и Нарциссой.       — Удачи вам в этом году, — пожелали они нам.       — На счет Рождества я не уверен, мальчики, — нервно проговорил Люциус, — в этом году я постараюсь вновь усилить давление на Дамблдора, и неизвестно как будут развиваться события, особенно в Хогвартсе. Будьте готовы отражать любые нападки гриффиндорцев, в частности тех, кто особо благоволит вашему директора. Держитесь сгруппировано с остальными слизеринцами. Их родители уже в курсе о предварительных действиях. Постарайтесь сдружиться с чистокровными учениками с Когтеврана.       — В переводе на обычный язык, мальчики, будьте настоящими слизеринцами, — коротко объяснила Нарцисса.       — Да, мама, — кивнули мы с Драко.       Нарцисса прослезилась и обняла нас.       — Ну, все, идите.       Люциус пожал нам руки.       — И да, напоследок, — улыбнулся нам Люциус, — можете делать что угодно, но Дамблдору и его любимым рыжеволосым я приготовил особый сюрприз, как в прочем и всем грязнокровкам. Не подведите меня и подыграйте мне в замке. Но для этого нужно время. Я еще пришлю вам сову. Счастливого вам года, парни!       — Ты понял, что значат слова отца? — спустя десять минут в купе спросил Драко.       — Без понятия, — развел я руками, — но если это что-то навредит Дамблдору, то я в деле.       — Не любишь ты его, — усмехнулся Драко.       — Я его ненавижу, — поправил я брата.       — От Сириуса нет вестей? — спросил вдруг Драко.       Я замотал головой.       — От него нет вестей. Он лечится неизвестно где от последствий Азкабана. А это сам знаешь, отнюдь не курорт.       Путь до Хогвартса был довольно веселым. К нам заходили проходившие наши друзья со Слизерина. Нотта как оказалось вовсе не было в поезде.       — Тео писал мне, что он задержится в Риме вместе с Блейзом и появятся вдвоем у замка с помощью портала, — сообщила зашедшая к нам Трейси Дэвис с Дафной.       Девушки просидели с нами все оставшееся время. Дверь в купе открылась в очередной раз и к нам ввалился Флинт с Пьюси.       — Всем привет! — лучезарно улыбнулся нам Маркус. — Ну что, могу сообщить вам, что Хиггс выпустился и место ловца теперь вакантно. — с вызовом посмотрел он на нас с Драко.       — Я буду в охотники метить, — заявил Драко, — Гарри еще зимой мне чуть инфаркт не спровоцировал, так что ловец у тебя уже есть, Маркус.       — Ничего, ловцы должны быть немного сумасшедшими, готовые в лепешку разбиться, но схватить чертов снитч, — проговорил с улыбкой Эдвин Пьюси.       — Я готов к этому, — заверил я его.       — Обсужу с деканом расписание отборов и сообщу вам, тогда и покажете, чего стоят ваши слова, — сказал Флинт. — Увидимся!       После Флинта и Пьюси Драко делился впечатлениями о нашем отдыхе во Франции девушкам, я же углубился в книгу Локонса — «Победа над привидением». Это не было не замечено Дафной.       — О, читаешь книгу нашего нового преподавателя? И как?       — Если честно, то чушь полная, — разочарованно отбросил я книгу, — похоже новый преподаватель будет не лучше, чем предыдущий, а то и хуже. В жизни не поверю, что приведение можно загнать в лучевую клетку, якобы с помощью древнеегипетского заклинания, формулу которого он не вписал. Локонс сослался лишь на то, что многие пожелают поэкспериментировать это заклинание и неправильно взмахнут палочкой или ошибутся в произношении и попадут в Дуат к Анубису, к автору этого заклинания.       — И что не так? По-моему, это логично, — после минутного переварения информации спросила Дафна.       — С одной стороны, да, логично, но есть одно, НО… — задумался я с минуту, затем продолжил, — по мифологии Анубису никакое заклинание и не нужно было, чтоб забрать в загробный мир душу умершего. Я бы еще понял, что автор заклинания является кто-нибудь из жрецов, которые готовили обряды погребения. Но и те особо не верили в приведения. Локонс можно сказать, взял эту информацию с потолка, не разбираясь в этом.       — А ведь, действительно, — подхватил Драко, — к тому же Анубис не забирает душу в загробное царство, а сопровождает тех, кто воскрес в Дуате.       Трейси робко покашляла.       — Для особо тупых… Дуат — это что? Загробный мир судя по всему?       — Да, верно, чьим единственным богом и судьей был Анубис, — ответил Драко.       — Ну это продлилось не долго, — заметила Дафна, — Осирис лишил его этих прав, когда появился в его царстве мертвых.       — Подожди, Осирис же вроде не был никаким богом, он же был фараоном, — вспомнил Драко, — не Анубис его убил?       — Нет, он был его сыном и не убивал, а бальзамировал его тело, а убил Осириса его брат Сет, — ответил я ему, поражаясь, что присутствующие в курсе данной темы, — его в саркофаге бросили в реку, где он трое суток промучился и умер.       Драко передернуло от ужаса.       — Я бы и трех часов не пережил, — с отвращением заявил он, — я бы пытался вылезти из этого ужаса.       — И что бы ты делал? — усмехнулась Дафна. — Ты попробуй взломай саркофаг изнутри без палочки. Я бы тебя туда засунула, убедившись, что ты безоружен.       — Беспалочковой магией старался бы, — парировал Драко.       — Ну да, конечно, — съязвила Дафна, — на беспалочковую магию способны очень немногие волшебники. Из нас только Гарри такое уже может.       — Гарри, ты же научишь меня беспалочковой магией? — чуть ли не жалобно обратился ко мне Драко.       — Конечно, родной, научу, — засмеялся я. — Только попробуй попасть к Анубису, убью! И лично тебя мумифицирую!       — Сделайте милость, заткнитесь! — огрызнулась побледневшая Трейси. Дафна закивала, видимо ей тоже надоело. — Или смените тему на что-то более позитивное. Надоело слушать всякие ужасы.       — Ты слышал, брат? Все, затыкаемся! — весело обратился я к Драко. — А то, Трейси разозлится.       — Действительно, а то она нас лично забальзамирует, — подыграл мне Драко, наблюдая как Трейси закипает.       — Или мумифицирует, — продолжил я, — я еще хотел жениться на Дафне, а не попадать к Анубису.       — Придурки! — вскрикнули поднявшиеся и разъяренные девушки.       Мы, смеясь, вылетели из купе, напоследок начертив палочкой на зеркальной дверце купе знак Осириса.