Часть 1

Раньше я был человеком. Стопроцентнейшим. Да, ещё и волшебником, при этом. Каюсь, есть такой грех. Но, человеком. Теперь, даже, и не знаю кто я. Во мне столько всего намешалось, что у меня не только мировозрение поменялось, но и от обычного человека я отличаюсь, если присмотреться. А прямо сейчас, стою я, привязанный к надгробию и наблюдаю за истерикой. Пытаюсь не ржать, но получается плохо. На "хи-хи" меня пробивает довольно таки серьёзно. А всё потому, что задумал Волди ритуал возрождения провести. И в помощниках у него Питер-крыс-Петтигрю, который этот самый ритуал и проводит. И всё бы ничего, но вот только один ингредиент они добыть не могут. Ну, вообще никак. Что бы Питер не делал, а не получается. А я боюсь умереть от щекотки. Потому что, кожа моя не поддается ритуальному ножу. Куда бы, в какое место, его не тыкали. Прогибается, но даже царапин не оставляет. Да и болевой порог у меня теперь настолько высокий, что боли я не чувствую. Вообще. Обычные касания одежды к коже или ощущения воды и огня я прекрасно ощущаю. Жар, холод и многое другое. Но, вот именно боли нет. Как и следов воздействия. Ни обморозиться, ни поджариться мне больше не грозит. А всё благодаря драконихе. И, наверное, василиску. И фениксу Фоуксу, наверное, тоже. В общем, спасибо всем трём Существам высшей категории опасности. Все внесли свою лепту в моё... э-э-э... существование? Нет, ну а чего? Василиск меня покусал? Покусал. Вон шрам на руке. Фоукс на рану поплакал? Поплакал. Поэтому-то я и жив всё ещё. Но вот с драконом это была отдельная... песня. Эта ящерица-переросток с крыльями и огнеметом в пасти отметилась больше всех. Как внутри меня, так и снаружи. Первые двое как начали во мне изменения так и закончили. Как говорится. Потому что, не видно совсем их было. А вот Венгерская хвосторога (дракониха такая), на старые дрожжи, так сказать, в мою кровь, добавила своей. И кишок с говном. И желудочного и поджелудочного соков. И печёночного, если есть такой, конечно. Я практически и переварился, и переродился. Как-то так, наверное? Или нет? В общем, сложно всё это. Как говорится, это магия, Гарри. Не, дракониха меня не съела, как вам могло показаться в начале. Но вот внутри у неё я побывал. Почти умер, но выздоровел, переродился и получилось новое существо. Какое? Не знаю. Чем-то на супермена похож, только сам не летаю и лазеров из глаз нет. В моменты бешенства частично трансформация происходит. Зрачки вертикальные становятся, ногти вытягиваются, становясь когтями. Клыки отрастают, голос становится рычаще-шипящим и колдую в такие моменты без всякой палочки. В основном разрушительное. Потом, гораздо позже гуляя с Гермионой по Лондону, мы услышали одно заинтересовавшее нас слово. Довакин. Мы заинтересовались, что это такое. И выяснили, что это выдуманный персонаж. А само это слово означает драконорождённый. В общем, подумали мы с ней, подумали и решили, что он это я и есть. И с тех пор иначе я себя и не называл. Но, это будет потом. А началось всё на первом испытании. Я тогда успешно увернулся от Хвостороги. А она, не менее успешно, долбанулась об стену замка. Стена оказалась крепче. А я и обрадовался и, довольный и расслабленный, полетел в сторону арены. И тут как в фильме! Ну, когда Злодей или Герой приходит в сознание и из последних сил пытается прибить неприятеля. Герой Злодея замечает и убивает, как-нибудь... эпично. Злодей замечает восставшего недобитого Героя и, тоже, эпично, но, погибает. А меня хвосторога, не менее эпично, поджарила. Уже над ареной, где валялось золотое яйцо, я почувствовал жар, но поздно среагировал. Моя метла и я, объятые пламенем рухнули вниз. Дракониха зависла прямо надо мной и собралась добавить ещё огоньку. А я, из последних сил, с диким желанием жить или избавиться от боли, случайно использовал магию. Как тогда, с тётушкой Мардж получилось. Дракониху, правда, стихийный выброс не убил, но располосовал ей брюхо. Хотя магия и не действует на дракона прямо. Или, если действует, то мало эффективно. Но, видимо, "засандалил" я ей от всей души. И ей этого хватило. Рухнула она на меня своей раной, из которой и кровь с какими-то другими соками лилась, и кишки с дерьмом вываливались. А если ещё учесть, что я собой раздавил настоящие драконьи яйца, то, возможно, что и это тоже повлияло на моё выживание. В общем, оказался я, полностью обгорелым и магически истощеным, внутри драконихи. С диким желанием избавиться от всепоглащающей боли. Кстати, по рассказам очевидцев дракониха была ещё жива, когда на меня свалилась. Дико орала от боли и плевалась огнём на все триста шестьдесят. Народ, естественно, в полнейшем... э-э-э... ужасе наблюдал за кровавой сценой. И ни директора, ни драконологи просто не могли приблизиться и спасти меня. В общем, на арене был ад. А потом всё резко закончилось. Хвосторога взревела, напоследок, замерла и уронила свою башку на землю. Затем, ещё минут десять, никто не решался подойти к трупу ящерицы да и вообще всем ясно было, что от меня ничего не осталось. Только фиг они угадали. Когда жар над землёй стал спадать и драконологам хватило смелости подойти к туше дракона, тут-то на свет я и появился. Прямо... из жопы дракона. Другого выхода, видимо, не нашёл. Этого момента я к счастью не помню. Это мне потом рассказали. В общем, сначала люди увидели нечто странное. Тело драконихи начало мелко подрагивать. Будто внутри неё что-то было. А потом из её... отверстия, довольно большого, кстати, появился на свет я. Весь в крови и остатках внутренностей. Целый и невредимый. Разве что, без волос, бровей и ресниц. Как и почему это произошло, никто не знает. Что я собой представляю, тоже никто не знает. Потому как, моё тело не поддается диагностике. На него вообще магия не действует. Даже кровь сдать не могу на анализы. Кожа очень прочная. И не только снаружи. Даже глаза прочные, необычайно. Отдел тайн в плотную занялся моим обследованием. Ну, пока я две недели валялся в больничном крыле не приходя в себя. Я же, как только вылез, так и потерял сознание. Меня всего-то и смогли что отмыть. Вся Британия теперь видела меня голым и поэтому меня зовут не МКВ. Мальчиком-который-Выжил. А Мальчиком-который-вылез-из-Жопы. Рита Скитер постаралась. Ж-ж-жучара... блин! "Ежедневный Пророк" только обо мне и писал в течениии недели. Все шесть страниц газеты с моими фото. И с интервью очевидцев, специалистов и разных "левых" знатоков-свидетелей. Ну да. Мировая... блин!.. новость и известность. В жопу такую известность. В ту самую, из которой я вылез. Ещё я помню, как ушла боль. Когда я в драконихе находился. Не, немного не так. Сначала была БОЛЬ. Всё тело горело, а потом часалось. Хотелось содрать с себя кожу, лишь бы прекратить эту пытку. Дышать я тоже не мог. Горло и нос были чем-то забиты. Я что-то глотал, не чувствуя вкуса и мне становилось легче. Ну, и еще я пытался и втянуть в себя что-то. Очень большое и горячее. Было ощущение, словно я в пустыне нашёл оазис с теплой водой. Наверное, как-то так. Но, самое моё большое везение было в том, что когда я очнулся, то первым человеком, которого я увидел, была Гермиона. Девушка-то, потеряла сознание от ужаса, когда меня поджарила дракониха. И её доставили в больничное крыло сразу после меня. А потом она просто от меня не отходила, забив не только на уроки, но и вообще на всех. Вот тогда и произошло это. Импринтинг. Я увидел Гермиону и мне в последствии никто уже не был нужен. Даже больше скажу. С этого момента и до конца наших дней мы с ней не расставались. "Запечатление" прошло у нас обоих. Вот она мне всё и рассказала. Единственное, чего она не знала и не видела, это как я вылез из ж... э-э-э... из драконихи. Но, всё остальное она запомнила, записала и сделала свои выводы. Мальчиком-из-Жопы меня перестали дразнить как только я навесил люлей Малфою и его подпевалам. Сразу же. Это, кстати, были первые люди, которых я увидел, выйдя из больничного крыла. И они же, все скопом, и слегли туда. На пару дней. Тоже, почти сразу же. Почему-то. Потом им компанию составили трое Уизли, но уже на глазах у большого скопления людей. И моё новое прозвище стали стараться произносить только когда меня уже не было рядом, и я этого не слышал. Огнем я к счастью не плевался, но моя магия, воздушными таранами разбросывала всех, кроме Гермионы. Она просто оказывалась в каком-то защитном коконе, что ли, который пропадал, как только опасность исчезала. Мне за это ничего не было. Как оказалось, мои физические и магические возможности выросли в разы. Я теперь мог до-о-о-лго магичить. Опять же, долго и быстро бегать, высоко прыгать и с легкостью вырывать двери из косяков, если вдруг они были заперты. Ну, когда я об этом не знал. Только, опять же, в отношении Гермионы мои сила и магия резко регулировались. Я, например, свободно брал её за руку, не причиняя дискомфорта. Хотя, Краму я сломал руку нисколечко не напрягаясь. Он видите ли хотел девушку пригласить на Бал. А тут я мешаюсь. Честно-честно, я его лишь слегка задел. Мы потом воспоминания смотрели в спецальном артефакте, доказывая мою правоту. Конечно, было непросто учиться, осваивая новые возможности. Зрение, слух и обоняние приходилось постоянно контролировать. Как и физическую силу вместе с магической. Простейшие заклинания получались убойными. Обычным Люмосом я мог и стену прожечь. Каменную. От всего этого настроение скакало и было, как у раненой хвостороги. Только в присутствии Гермионы я и был спокоен. Меня, разумеется, освободили от занятий. И пришлось Флитвику меня учить медитировать и брать под контроль свою магическую силу. Так же пришлось и Гермионе постоянно находиться со мной рядом. От уроков её тоже освободили, на время, пока я не научусь себя нормально контролировать. Сама же девушка была, одновременно, и расстроена, и в восторге. Её расстраивало отсутствие уроков и новых знаний, но в то же время она постигала мудрость полугоблина наравне со мной. Даже, опережая меня. Так и продолжалось до второго тура. Который был в феврале месяце и в Черном озере. По заданию у нас должны были украсть нечто важное. Как я не сорвался, сам не знаю. Ну, когда я проснулся и не нашел, не почувствовал, Гермиону. Пришлось Дамблдору мне рассказать, что девушка стала участником и она в полной безопасности. Он, мол, ручается. Выстрел из пушки я услышал в полёте, когда прыгнул в воду. Да и вообще, я плохо помню, как добрался до центра подводной деревни, оборвал веревки и вернулся на берег. Время на выполнение задания было затрачено мизерное. Каких-то восемь минут. Остальные участники даже еще не доплыли до своих заложников. Потом выяснилось, что никаких заклинаний и растений я не использовал. Добрался на чистой магии. У судей завязался спор, но мне было плевать. Гермиона цела и рядом. А Альбус, как и все остальные могут спать спокойно. Пока. До третьего этапа жизнь вошла в нормальную колею. Я стал общаться с сверстниками. Страх передо мной, и недоверие, как и события случившиеся во время первого тура народом как-то забылись. Так что и моё новое прозвище больше не звучало. Мой круг общения поменялся. Теперь со мной рядом, помимо Гермионы, были Невилл, Симус и Лаванда с Парвати. Потому что, они показались мне самыми вменяемыми. И честными, наверное? По крайней мере своей новой эмпатии и интуиции я доверял. И ещё, кстати, я от Гермионы... оторвался. В том смысле, что расти я стал. И в высь, и в ширь. Руки-ноги теперь спичками не выглядели. Ростом, к лету, я сравнялся с шестикурсниками. Ну, и ещё я сильно потяжелел костями. Кровать стала прогибаться подо мной довольно сильно. Гермионе пришлось искать чары для укрепления. Как моей постели, так и моей же обуви, и диванчика перед камином. Но, это так. Мелочи. Наступило время третьего тура. Я, по результатам, заходил последним. Но, в итоге, два из трёх участников были выведены мной из строя. Я имею в виду Крама и Диггори, которые за каким-то... ну, пусть будет хреном, устроили дуэль. А Флёр, в это время, почему-то, валялась без сознания. Так вот, чары сна на этих двоих подействовали как оглушалки. Живность, приготовленая Министерством и Хагридом никакого вреда мне не несла. Бежали они от меня без оглядки. Нутром, видимо, чуяли во мне сильнейшего. Даже Сфинкс. Ну, я так думаю. А вот Кубок оказался порталом с сюрпризом. Меня выкинуло на высоте метров десяти как минимум, да еще и на скорости. Поэтому и долбануло меня сильно. Я и отключился на минуту. Хвосту этого хватило, что бы меня связать множеством веревок и привязать получившийся кокон к памятнику. А когда я очнулся, то решил посмотреть, что будет дальше. А дальше, Питер приволок здоровенный каменный котёл, опустил туда мелкое чудовище, отчекрыжил себе руку и на этом ритуал... прекратился. Потому что взять мою кровь ему помешала моя наипрочнейшая кожа. Он и так-то на ногах еле-еле стоял от потери крови и боли, так еще и моей кровушки забрать не мог. И это, наверное, хорошо было. Потому что мне в голову мысль пришла. Вдруг бы у них получилось? И чтобы это был бы за монстр? Ну, если бы Волдеморт возродился с моей кровью-то? К счастью не срослось. А потом мне надоел этот балаган. Я разорвал верёвки, чем сильно шокировал Крысюка, и призвав палочку, наколдовал усыпляющее. На всех. И на кубок Акцио. После чего, на трибуне, перед судьями появился я, Гарри Поттер, с кубком в одной руке и с каким-то здоровенным мешком в другой. Первым делом, найдя взглядом Гермиону, я успокоился. Потом дождался судей и, как оказалось министра магии Фаджа, которого сопровождала Амелия Боунс, глава ДМП. Вот тут-то я и расчехлил своих пленников. Фадж, не долго думая, как только понял, что ему сказали, приказал дементору атаковать пленников. Но приказ, к его огромному изумлению, никто ны выполнил. Дементора-то рядом... не было. Его вообще не оказалось на территории школы. Лишь позже его найдут в Азкабане и допросят. Окакажется, что он испугался неизвестной силы, которую излучал кто-то очень могушественный. Но, это будет потом. А прямо сейчас... Если Питер просто сильно разозлил Боунс и повторно напугал Фаджа, то вот "зародыш" или "куколка" Тёмного лорда Волдеморта заставила, говоря фигурально, обосраться, почти всех присутствующих. Как и представленная их вниманию змея, неизвестного вида. Впрочем, тут же, растолкав толпу, проявились Невыразимцы и, не слушая возражений, забрали Волдеморта и его змею. Боунс забрала Петтигрю, а Фаджа утащила мадам Помфри. Ему все эти новости просто сбили сердечный ритм. В конце концов Поттера, то есть меня, наградили, Турнир официально закончили и французы с болгарами покинули Туманный Альбион. А у меня возникла новая проблема. Из-за своей связи с мисс Грейнджер, мне предстояло знакомство с родителями девушки. И жить мне предстояло теперь с ней. Ну, не могли мы долго находиться далеко друг от друга. Не могли. И эта проблема виделась мне... непреодолимой. Впрочем, мелькнёт у меня мысль, на этот счёт. Потом. Что, если предотвратить не можешь, то... возглавь. Но, это будет потом. А пока этого ещё не случилось, я, Мальчик-Который-из-жопы вылез-и-который-всех-победил и будуший Довакин, занимался весёлым ничегонеделаньем.