Часть 1

*** Он смотрит на картину и чувствует, что плывет, В самую даль, в текстуры, что где-то там найдёт — Объяснение, хотя бы кратковременное и забыть, От чего так бьётся сердце, от чего так хочется жить. Его ждут. Цветы роняют лепестки на асфальт. Ему не дают шанса, вся жизнь ушла чтобы понять. Вспыхивают золотом гребни волн, движется картина, Он бежит от надвигающего шторма, да все мимо. Уже почти, почти ощутимо — волны совсем близко, Он оборачивается, с бестрашием, чтобы не выглядеть низко. Готовится встретить судьбу, отправиться в Лимб. И только тогда он понимает — они расступаются перед ним. Он видит это, как щупает, и в этих ощущениях, Вдруг находит ответ, весь переполнен решением. Картина перед ним перевозданна и вечна, Потому что вся основа его духа открыта — и она бесконечна. И потому, что в ней есть печать божественной вечности, И одновременно — печать необычайной небрежности. И потому, что она внутри его. Что там? За границей материи? Какие нужны доказательства, какие для вечности критерии? Приходит в себя, рассеивая видение, рядом девушка что-то говорила, Он не верит, это не может быть за пределами материального мира. То, что видел он — уникально; его настиг паралич, По сравнению с вечностью, он сравнивает себя подобию — простой кирпич. Просыпается посреди ночи — он слышит ее слова: О том, что знает за пределами этого угнетенного мира гроза. Жаждет ли он быть центром ее, жизни его лишив? Он человек из картины, он человек ее души. Он без сомнений кричит всем естеством свое громкое "да", Он только не знает, какой может быть она. И в смерти его голова, которую он может видеть в гробу, Тоже будет принадлежать ей. А она мне...? Отвечает: "А я не могу". ***