Прощайте.

Дни шли. Солнце сменялось луной, на улице становилось всё холоднее. Близился конец учебного года. Погрузившись в учебную рутину, занятия с Эри и подготовку к выпускным экзаменам, я позабыла о всех словах и предупреждениях сказанных той богиней. К тому же, помимо всего уже перечисленного, моя голова была также забита тем, чтобы на учебе вести себя как обычно. И я и Шота отлично справлялись с тем, чтобы в учебное время вести себя исключительно как учитель и его ученица. Отлично разделявший личное и рабочее, Шота оставался все таким же требовательным и строгим ко мне. Да и мне так было лучше. Подачки и получение чего-то по блату, не считалось мной чем-то хорошим. За время, проведенное с Шотой на тет-а-тет, я увидела в этом человеке, ту часть, которую никогда не ожидала увидеть. Ну, или по крайней мере не думала, что она будет именно такой. Шота был очень отзывчивым, милым и нежным. Чем больше времени мы проводили вместе, тем больше мне казалось, что мы трое похожи на небольшую, и, невероятно странную семью. Но как говорится, в каждой бочке мёда есть ложка дёгтя. В моём случае, такое ложкой стало моё здоровье, которое неожиданно, как, например, неожиданно может выпасть снег в апреле, стало ухудшаться. И все бы ничего, ведь я давно привыкла к постоянно скачущему давлению, головным болям и прочему, только вот, когда я стала терять сознание на ровном месте, я поняла, что что-то не так. До конца учебы осталось полтора месяца. День начался с очередного занятия на площадке для причуд. Пока мы занимались, моё тело решило сыграть со мной злую шутку. Последнее что я слышала испуганный крик Очако и то, как она успела коснуться меня. Всё следующие голоса казались белым шумом, словно я включила старое радио, которое не могло поймать сигнал. Всё тело ломило, органы словно выворачивало наизнанку. И в один момент всё пропало. Мне казалось, словно вокруг ничего нет. Ни боли, ни звуков, ни-че-го. Тело будто бы дрейфовало в пустоте. И я позволила этому безмятежному чувству уводить меня. Постепенно даже мысли стали путаться и пропадать. Внезапно, чья-то рука схватила моё плечо и до боли сжала. Я распахнула глаза и увидела смоляную, непроглядную черноту волос, два небесно-голубых глаза, и белую, словно фарфор кожу. Это было бы прекрасным зрелищем, если бы не две тонкие дуги бровей, сведённые к переносице, создающие между ними складочку недовольства. — Мда. — мелодично протянула женщина, — кажется, времени у тебя меньше, чем я планировала. Я смотрела на Морану и не понимала, что она имеет в виду. — Долго ты ещё собираешься лежать? — она выпрямилась, поднимая от меня свою голову и отрывая мне вид на бесконечное голубое небо. — Хотя лежи. Я и так могу тебе рассказать, что у тебя не осталось времени в этом мире. Конечно была бы рада, если бы мой эксперимент прошёл до конца, но раз твоё бессознательное уже начало откликаться на твоё тело в том мире… я не могу этому противостоять. Смысл её слов доходит до меня неприлично медленно. Хлопала глазами пытаясь следить за выражением её лица, но не могла уловить ни единой эмоции. — Наверняка во всём виноват Свагор. Эти его правила на счёт потеряшек меня так бесят. У нас тут так скучно, а он пытается запрещать развлекаться время от времени. — она цокнула языком, её лицо всё ещё оставалось безэмоциональным, однако воздух вокруг нас стал холоднее. — В общем. У тебя осталось максимум два три дня в этом мире. И тебя отправлю обратно. — Что? — смысл слов неожиданно дошёл до меня, словно окатив ледяной водой. Я вскочила на ноги так быстро, что у меня закружилась голова. — Но ты обещала, что я доучусь здесь! Мой голос звучал хрипло и обессиленно, хотя я не чувствовала себя слабой. — Не кричи. — она махнула рукой. — Я прекрасно помню, что я тебе говорила. Но ты не хочешь же исчезнуть без следа прямо на глазах у этих людей не так ли? Я не могу идти против столь сильных правил. — Но… — Нет. — она махнула рукой предупреждая следующие мои высказывания. — Я понимаю. Я помню, что я тебе говорила. Но я не могу пойти против законов миров. Я дам тебе отсрочку в три дня, прежде чем отправлю обратно. Она села на траву возле меня, и вся зелень сразу покрылась инеем. — Сейчас ты вернёшься обратно. Делать тебе ничего не нужно. Я всё решу. Поняла? Я молча кивнула головой, всё ещё думая о том, как так могло получиться. Чувство опустошения и осознания того, что я буду видеть ребят последние дни накрыло меня. Если бы у меня оставался месяц, я бы смогла морально подготовиться к данному факту, но когда тебе говорят, что у тебя осталось три дня… Морана махнула рукой. Пространство вокруг меня потемнело. Не успела я опомниться, как увидела перед собой потолок больничной палаты академии. Повернув голову, я увидела ширму, а за ней два светящихся силуэта. Из-за внезапного переноса, мой слух не позволял мне услышать их голоса в полной мере. Лишь обрывки фраз. — … из-за перенапряжения... — … отдых и покой… — Простите, я пришла в себя. — Прочистив горло, произнесла я. Ко мне сразу же подошла исцеляющая девочка, а за ней показался Шота. Его лицо было встревоженным. — Как себя чувствуешь? — мягко поинтересовалась старушка, садясь на стул возложил койки. — Вроде нормально. Голова только слегка кружится. — ответила я, после небольшого молчания. — Помнишь, как потеряла сознание? — вновь спросила старушка. Я покачала головой. — Останешься тут пока твои показатели не придут в норму. Ближе к вечеру меня всё же отпустили к себе в комнату. Ко мне сразу же зашёл Шота. Он выглядел уже спокойнее. Мы провели премия вместе пока мне не захотелось спать. По обыкновению, Шота остался со мной до того момента пока я не уснула. Для него это стало своего рода традицией — сидеть со мной в кровати, ласково поглаживая меня по волосам, убаюкивая. На следующий день, мне на телефон пришло сообщение от «мамы». Я сразу поняла, что это было именно то, что пообещала сделать Морана. «Привет, солнышко, мы с отцом узнали о твоём самочувствии и уже купили билеты тебе обратно. Высылаю тебе электронную версию на почту. Директор и твои учителя уже предупреждены о твоём отъезде.» Следующие два дня стали сумбурными. Ребята устроили для меня прощальный вечер. А самый последний день из этих трёх пришёлся на выходной, который Шота провёл со мной. Для меня было удивительным, что этот человек, что так серьёзно относиться к работе и вовремя сданным документам, забил на всё и просто был со мной. И даже ночью он был рядом, убаюкивая меня в своих объятиях, пока я лежала у него под боком. Засыпая, я чувствовала, как крепко он обнимал меня, словно не хотел отпускать. Я бы, и сама не ушла, если бы не это дурацкое правило. Мне многого стоило сдерживать свои слезы от осознания того, что я никогда больше не увижусь ни с кем здесь, потеряю все, что выстроила и я его добилась. Утром, взяв чемодан, я покинула академию UA. Села в самолёт. Однако, девушка по имени Т/И Т/Ф севшая в самолёт не достигнет конечной точки полёта. Она просто исчезнет без следа.

***

Просторный зал, выполненный в светлых тонах, был освещён свечами, парящими в пространстве. В самом центре стояло два силуэта. Это были я Морана. — И так, Т/И, вот и пришло время отправиться домой. Готова? — ее голос как всегда был мелодичным и спокойным. — Морально? Нет… — ответила я, смотря в белоснежный пол, — разве к такому можно быть готовой? Уйти и больше никогда их не увидеть… — Хочешь взглянуть на них в последний раз? Кажется, ее вопрос был действительно из добрых побуждений. Однако, несмотря на всю привлекательность возможности ещё раз увидеть их всех, я знала, что если сделаю это, то точно не смогу уйти. Потому я просто молча покачала головой. Женщина махнула рукой и рядом с нами, из ниоткуда, появилась дверь, такая же белая, как и все вокруг. Она повернула ко мне свое невообразимо красивое лицо и улыбнулась, открывая дверь. И за место того, чтобы увидеть другой конец помещения, я увидела непонятную субстанцию. По-другому я никак не могла назвать эту темную завесу в дверном проёме, переливающуюся оттенками синего и фиолетового цвета, и, словно движущуюся как вода от лёгкого ветра. — Мне нужно пройти в… Это? — неуверенно спросила я. — Именно так. — ответила Морана кивнув. — Кстати говоря, ты не вспомнишь того что была в этом мире. Последние ее слова заставили меня остановиться у самого входа. Я обернулась. — Что? В каком смысле не вспомню? — В прямом. Ни единого воспоминания не останется ни у тебя, ни у кого-либо в этом мире. — Она развела своими тонкими руками в стороны. — Неужели ты правда думала, что я могу быть такой жестокой? Стирание память своего рода… Добродетель? Не помню, как это называет Свагор. В любом случае, я не могу отправить тебя в твой мир с воспоминаниями об этом. Тогда твоя душа будет метаться и угасать, теряясь в жизненном пути что был тебе предначертан. А потерянные души — сплошная головная боль. Я наблюдала за тем как она водила руками в воздухе, безостановочно продолжая говорить в быстром темпе. — К тому же, когда ты вернёшься к себе, та, чье место ты заняла, вернётся на свое место. А она не проживала того что прожила ты. Тогда будут проблемы. Поскольку, если с ней будут общаться те, с кем общалась ты, она не сможет ничего «вспомнить». Так что не особо расстраивайся. Только проснешься в своем мире, как ничего не будет тебя тяготить… Разве что только проблемы, которые были у тебя там. — Она нетерпеливо подтолкнула меня в спину. — Ну все давай иди уже. Приятного пробуждения не желаю. С этими словами, ей все-таки удалось затолкнуть меня в проход. Я не успела никак отреагировать, как единственное белое пятно, бывшее за моей спиной исчезло, и я погрузилась во мрак. Было невыносимо холодно, хотелось обнять себя руками чтобы хоть как-то согреться. Но все мои движения были медленными, словно само пространство давило на меня. Попытка сделать вдох провалилась, голова закружилась, а глаза сами по себе стали закрываться. Единственное, о чем я успела подумать было —

«Прощайте»