20 глава. Скелеты в сундуке

Гринграсс уже давно проснулась, привела себя в чувства после вчерашней вечеринки и была готова начинать этот самый обыкновенный школьный день. На фоне, как обычно, из проигрывателя звучали любимые песни. Блондинка не любила делать что-либо в тишине — музыка всегда должна присутствовать. Кровать Ави была скрыта балдахином. Когда девушка заметила это, она мысленно успокоилась: значит, Барская в комнате и с ней всё хорошо. — Ну всё, Ави, вставай! — когда до завтрака оставалось тридцать минут, Ри решила, что пора будить подругу. Она подождала несколько секунд, но не получив ни одного звука в ответ, цокнула языком и раскрыла ткань, скрывавшую кровать. Гринграсс хотела было что-то сказать, но от шока не смогла вымолвить и слова. А внезапному удивлению добавилось то, что помимо Барской в её постели она увидела и Барти. Он лежал на спине и обнимал девушку за талию, а голова брюнетки покоилась на его груди. Парень медленно открыл глаза. — Доброе утро, — сонно проговорил русый. — Очень доброе! Знаешь, ладно, я, пожалуй, пойду, но учти, Крауч, на завтраке вы расскажете нам всё, — с этими словами Ригель вышла из комнаты. Парень усмехнулся и вернул взгляд на Ави. На душе было спокойно: он вновь мог вдыхать полной грудью и улавливать родной запах трав и пряностей. Так для него ощущалась брюнетка. Он нежно провел пальцами от лба до скулы девушки, стараясь запечатлеть этот момент в памяти. — Уже утро? — пробубнила Барская, не раскрывая глаз. — Да, пора вставать, — промолвил русый, хотя на самом деле хотел пролежать так целый день, а может и всю жизнь. Девушка тяжело вздохнула и медленно поднялась, потягиваясь. — Перестань смотреть на меня таким взглядом, — проговорила она, заметив, что парень бессовестно разглядывает её. — Каким? — мелодично спросил русый. Их глаза встретились, и обоим стало легко. Все невзгоды ушли, и они вновь были рядом. Крауч притянул брюнетку к себе за талию, оставляя между их лицами всего несколько жалких миллиметров. — Прости меня, mon âme, — произнес он. — Всё хорошо, mon bon, — ласково ответила она. Барти нежно коснулся губами её губ, зарылся рукой в её распущенные темные волосы. Ави обняла его лицо обеими руками, она была так счастлива находиться с ним вместе. Эта ночь была чудесной просто потому, что ей ничего не снилось, голова не болела, а рядом был любимый человек. Парень целовал её с неутомимой жадностью, но при этом с нежностью. Они бы и продолжили, если бы не завтрак и допрос от друзей.

***

— Вы не поверите, кого я увидела сегодня в нашей спальне! — проговорила блондинка, резко присаживаясь на скамейку. — Дара? — ухмыльнулся Басти. — Вполне ожидаемо, он тебя вчера так пикантно со стола снял, я думал, он и ещё кое-что снял. — Реджи, я не дотянусь! — раздраженно сказала Ри. И брюнет тут же получил по голове свежей газетой от Блэка. — Кого увидела-то? — спросил Эван. — Барти и Ави! — всплеснув руками, ответила она. — В одной кровати! — Неужели он пришел в себя? Значит, сейчас я по полной отыграюсь на нём за то, что его не было вчера, — буркнул Лестрейндж. — Мне кажется, ему реально было плохо, — отозвался Регулус, продолжая читать газету. — Ну хоть узнаем, что вообще произошло, — хмыкнул Розье. — Кажется, это они — посмотрев на выход, объявил он. Все тут же проследили за его взглядом. Пара подошла к столу и, под вопросительные взгляды, села за стол. — Ну давай, объясняй, — проговорила Ригель. — Сразу извиняюсь за своё поведение. Басти, перед тобой особенно из-за дня рождения. Подарок ждёт тебя в спальне. В общем, отец наложил Империо, — друзья тут же округлили глаза. — Вот старик, ахуел! — промолвил Рабастан. — А как ты его снял? — отойдя от шока, спросил Блэк. — Ави сняла, — ответил русый и придвинул названую ближе к себе за талию. — Как? — изумилась Гринграсс. — Я сама не поняла как, будто я изначально это умела. Действовала по наитию, — улыбчиво пояснила девушка. — Я смотрю, ты отлично себя чувствуешь? — спросил Рег. — Или опять накурилась? — добавил Эван. — Я чувствую себя и вправду замечательно, и нет, я не курила, — ответила брюнетка. — Накурилась? — уточнил русый. — Ой, ты такое пропустил! — засмеялась Ри. — Это просто надо было видеть! — сокурсники засмеялись. — Получается, вы теперь официально вместе? — резко спросил Басти. — Да, — незамедлительно ответил Крауч и поцеловал брюнетку в висок. Барская взглянула на него и улыбнулась. — Это значит, прошло... — Розье начал загибать пальцы, что-то бормоча. — Прошло четыре месяца, я победил, — хмыкнул Блэк. — Теперь вы оба должны мне по ящику огневиски. — Вы что, спорили на нас? — изумилась Авигея. — Лично я нет, — проговорила Гринграсс, подняв руки в знак капитуляции.

***

— Итак, дети, сегодня мы изучим с вами боггартов и защиту от них, — произнесла Дина Гекат. — Кто-нибудь знает, что такое боггарт? Как обычно, два самых дружных факультета объединились на уроке по защите от тёмных искусств. Вверх взметнулись большинство рук. Профессор выбрала одну из львиц. — Боггарт — это разновидность приведений, — начала девушка. — Никто не знает, как он выглядит на самом деле, потому что боггарт меняет свою форму в зависимости от того, кого или чего боится стоящий перед ним человек. — Пять очков Гриффиндору! — улыбнулась женщина. — На этом уроке каждому из вас придётся столкнуться с вашими страхами и обезвредить его заклинанием. Вам нужно будет направить палочку на боггарта и проговорить: "ридикулус". Повторите. — Ридикулус! — слегка вразнобой произнес класс. — Замечательно! А теперь встаньте в одну шеренгу, — приказала профессор, а сама тем временем принесла сундук в центр помещения, в котором, по всей видимости, хранились все страхи. — Страшно? — зловещим голосом спросил Басти у впереди стоящего Регулуса. — Нет, — усмехнулся брюнет. — Я понимаю, что там будет, — уже тише проговорил он. — Прошу, мистер Блэк, — произнесла Дина и раскрыла сундук. Из него тут же вырвалась мгла, она прокружилась в воздухе несколько раз, а затем прояснилась в картину. В этой своеобразной сцене были мать и отец Реджи. «Ты опозорил нашу фамилию!» — раздраженно проговорила женщина, и парень, направив палочку, произнес: — Ридикулус! — картина рассыпалась на множество осколков. Класс захлопал ему, Блэк, не обращая на это внимания, ушёл в конец. — Ты молодец — слегка улыбнувшись, произнес Сириус, и второй кивнул ему. Очередь двигалась, и следующим был Басти, тот беззаботно улыбался. Осколки страха Реджи собрались в совершенно новую картину. Напротив Лестрейнджа стоял он сам, только уже не окружённый друзьями и смехом. Он был совершенно один. Вокруг была пустота, и можно было услышать обрывки фраз: «Ты никому не нужен!», «Ты всем надоел!». — Ридикулус! — он практически выплюнул это заклинание. Внутри разжигалась злость и ненависть. Его страх взорвался. — Чёрт! — тихо проговорила Ри, оглядываясь на друзей. — Ты чего? — волнуясь, спросила брюнетка. — Да ничего, эти боггарты — полное публичное унижение! — Не хочешь взглянуть страху в глаза? — усмехнулся Эван. — Я представляю, что там будет, но не хочу, чтобы об этом знали все, — пробурчала блондинка. — А вы, знаете, какой у вас страх? — Я бесстрашен — расхрабрился Розье. — Наверное, отец. Хотя мне так наплевать на него стало, — поделился Барти и взглянул на Барскую. — Я думаю, это будут либо сны, либо... родители, — русый приобнял её за плечи. В это время большинство уже прошли своё испытание, конечно, не без провалов, но на тот случай рядом стояла профессор. Наступил черед Римуса, он мешкался. К удивлению многих, его боггартом была самая обычная полная луна. Но для всех она казалась безобидной, а для Люпина это была настоящая пытка. — Ридикулус... — с дрожью в голосе проговорил гриффиндорец, но иллюзия не исчезала. Тогда он резко выдохнул и, собрав всю волю в кулак, выкрикнул уже увереннее: — Ридикулус! Луна тут же превратилась в воздушный шарик и, летая по классу, постепенно сдувался. — Странный у него боггарт, — промолвил Эван, и наступил его черед встретиться со своим страхом. Мгла начала принимать четкие линии и в итоге обратилась в весьма интересную картину. В центре стояла Пандора. Розье сначала озадачился, но потом заметил, что она вся подавленная, с мокрыми глазами и яркой отметиной на щеке. А возле неё стоял полный мужчина, лицо которого было смазанным. Он нагло притянул Дору к себе за талию. — Ридикулус! — прокричал парень, и всё растворилось. Блондин тяжело дышал, эта сцена была неожиданной, но четко попала в самое сердце. — Бедный, — произнесла Лили. — Это самый ужасный урок! — Согласен, Лили, — хмыкнул Джеймс. — Я буду рядом, — подбадривающе произнёс шатен, и Эван ярко улыбнулась ему. Барский, ухмыляясь, смотрел на них. Какой же он хороший, что сплёл их вместе. О том, что рыжая и Поттер вместе, Дар узнал первым. Это случилось сразу после приезда в Хогвартс. Сохатый от счастья чуть не сломал кровать, на которой прыгал. — Чего же боится наш Сириус? — насмешливо проговорил Дарий, когда настала очередь бродяги. Боггарт тут же показал красочную иллюзию, в которой к нему спиной стояли девушка-блондинка и парень-брюнет. Не медля, парень произнёс заклинание, которое успешно сработало, и, как и многие, удалился в конец класса. — Он боится, что мы с Реджи отвернёмся от него, — тихо промолвила Гринграсс. — Главное, что вы помирились, — поддержала её Авигея. Наступила очередь самой Ри. Мрак прокручивался в воздухе, постепенно вычитывая страхи девушки и в дальнейшем материализуясь в них. Перед Ригель стояли её друзья, которые то и дело говорили: «Ри, нам не нужна», «Мы нашли друзей получше». Гринграсс тяжело вздохнула. — Ридикулус! — проговорила блондинка, и картинка рассыпалась на мелкие частички. Затем она прошла к друзьям, которые уже пережили это. — Иди сюда — раскинув руки, проговорил Регулус, и Ригель приняла его объятия. — Наша малышка-глупышка, — молвил Басти, обнимая её следом. — Мы тебя никогда не бросим — поддержал Эван и щелкнул её по носу. Следом был Джеймс, у которого уже была палочка наперевес и бешеный интерес, так как парень даже не предполагал, чего он боится. Иллюзия показала ему самого себя, но в тени. Толпа людей, все смеются, а Поттер позади них, и его никто не замечает. Шатен на секунду впал в ступор, но быстро собрался и произнёс успешно сработанное заклинание. — Я думаю, что Дарий ничего не боится, — мечтательно протянула Мэри. — Ну конечно, он же весь из тебя такой храбрый и сильный, — писклявым голосом проговорила Марлин. — Все чего-то боятся, и на этом качке свет клином не сошёлся. — Ты справишься — шепнул Барти на ухо брюнетке, когда подошла её очередь. Парень стоял позади, но держал её за руку. Боггарт не удивил её: это была кровать в ночи. Что ж, этого следовало ожидать. — Ридикулус! — чётко сказала Ави, и страх рассеялся. — Умница — в один голос сказали Крауч и рядом стоящий Дарий. Второй скептически оглядел его, но решил тактично промолчать. Всё-таки он обещал себе быть менее придирчивым к лопуху, но в первую очередь он обещал это Ригель. Когда Барти шагнул вперёд, ожидая свою порцию страхов, двойняшка наклонился к брюнетке и, как бы невзначай, проговорил противным голосом: — У-умница. — Ты сам только что так же сказал, — закатив глаза, ответила она на его подкол. Мгла кувыркалась, моталась в разные стороны, а затем резко остановилась и материализовалась. Русый широко распахнул глаза. Это была Астрономическая башня, на ограждение которой стояла брюнетка, заносившая ногу для шага. Барские стояли рядом и могли прекрасно всё разглядеть, особенно замечательную точность девушки с иллюзии и Ави. Дар резко повернул голову к сестре; в её глазах застыл страх. — Ридикулус! — выкрикнул Барти, и картина расплылась. — Что это, блять, было? — раздражённо спросил старший у неё. А затем повернулся к Краучу. — Мистер Барский, ваша очередь, — произнёс профессор. Названный нервно задышал, в его глазах пылал настоящий огонь. — Да идите вы все к черту! — прокричал русый и быстро вышел из класса. За ним тут же вышла Гринграсс. — Что ж, наверное, урок закончен, — озадаченно проговорила Дина Гекат. — Дар! Да стой же ты! — пытаясь догнать парня, кричала блондинка. — Барский! — это сработало, он резко развернулся. — Что?! — Я ничего не поняла, там, что ли, Ави стояла? — промолвила Ри. Она и сама уже догадалась, но другой вопрос для Бурого блондинка не успела придумать. — Ты серьезно побежала за мной, чтобы это спросить? Иди у этого узнай, он точно в курсе. — Ещё я хотела успокоить тебя, — медленно проговорила девушка. Русый оторопел, его взгляд смягчился, но тут же он вновь нахмурился. — Лучше своего Сириуса успокаивай, — с этими словами он удалился, оставив Ригель одну. Девушка замялась на месте, его слова оставили неприятный осадок.

***

В гостиной Слизерина стояла тишина. Только что Барти и Авигея рассказали, что было тогда на башне. — Ребят, не молчите, пожалуйста — взмолилась брюнетка. — Вы можете считать меня сумасшедшей, но... — ей не дали договорить. Гринграсс накинулась на неё с объятиями. — Дура! Что бы я без тебя делала?! — сначала девушка зло кричала, слегка колотя подругу по плечам, а потом отстранилась, и в её глазах можно было заметить слёзы. — Всё, началось, сейчас потоп будет, — хмыкнул Эван. — Даже жаль, что никого не затопишь, — поддержал Басти. — А вообще, Ави, мы не считаем тебя сумасшедшей. Возможно, ты слегка с ебанцой, но как и мы все. — Да. Мы ведь тоже не чисты, и у каждого бывают свои тараканы в голове, — проговорил Блэк. Утерев слёзы, Барская улыбнулась. — Теперь пойдём к твоему брату, — тяжело вздохнув, произнёс Барти. — Нет! — отрицательно замотала головой она. — Он сейчас в бешенстве. — И? — произнёс русый, вставая с дивана. — Он убьёт тебя, — объяснил Эван. — Это правда, давай я одна схожу, — поднявшись следом, предложила брюнетка. — Нет, Ави. Одна ты теперь никуда не ходишь, — буркнул тот и потянул её за руку на выход. — Скажите же, что они милые, — смотря удаляющимся вслед друзьям, произнесла Гринграсс. — Ага, кстати, где два ящика огневиски? — вспомнил Регулус. Лестрейндж и Розье тут же вскочили с кресел и убежали в спальню. — Детский сад, — пробурчал брюнет, и Ри засмеялась.

***

— И где он? — осматривая пустое поле, спросил Крауч. Барская выдохнула и, заметив шевеление в деревьях, проговорила: — Там. — Русый проследил за её взглядом и уверенно двинулся вперёд. Девушка покачала головой, предвкушая, что сейчас будет. Из чащи леса медленным шагом вышел бурый медведь. Он направлялся прямиком на Барти. — Это он, да? — обернувшись, спросил парень. — Ага, лучше отойди, иначе он тебя сейчас разорвет, — наблюдая за тем, как животное постепенно увеличивает скорость и переходит на бег. Но слизериниц упорно стоял на месте. — Барти, прошу, отойди. Когда стало понятно, что парень не уйдёт, а медведь уже стремительно приближался, девушка подбежала вперёд, но Крауч загородил путь рукой, заставляя её встать за него. В моменте бурый прыгнул и в прыжке трансформировался в человека. — Чё, не боишься, типа? — хмыкнул Дар. — Не боюсь, — тут же ответил второй. — Поговорим? — Ну давай попробуем, Авигея, стой здесь, — и парни отошли чуть подальше. — Тогда я спас её, — произнёс змей. — Правда? — русый изобразил «очень» не поддельное удивление. — А я было подумал, что помог спрыгнуть, — съязвил он. — Ты чё, сука, думаешь, я не догадывался, от кого она каждый божий день письма ждала, чей взгляд вечно искала? Ты где был, когда она корчилась от болей? Воздух, несмотря на январь, стремительно накалялся. — Отец наложил Империо, я не мог ничего сделать. Тогда на башне Ави помогла избавиться от этого. — Мм, ясно, — протянул Дар. — За то, что жизнь ей спас, спасибо, но не думай, что я подпущу тебя к ней. — Я люблю её. И честно, мне плевать, что ты думаешь обо мне и что разрешаешь. Я люблю её, — сказал он с нажимом, — И теперь всегда буду рядом, нравится тебе это или нет, — чётко произнёс Крауч. Барский оглядел его с низу вверх. Он много что хотел ему сказать, но сейчас хотел поговорить с сестрой. Понять её и почему она решилась на этот шаг. — Ави, позови, а сам уебывай отсюда, — раздражённо сказал лев. — Позову, но уйду только с ней, — сказав это, русый вернулся к брюнетке, что-то шепнул, после чего она подошла к брату. Но, как Барти и сказал, с места он не сдвинулся. — Дар, — тихо начала девушка. — Лучше молчи, Авигея. Ты вот чем думала? Тебе что, совсем поебать на бабушку, на Ри, на меня, черт возьми? Ты думала о том, что мы потом делали? У тебя уже совсем фляга свистит?! В глазах брюнетки начали накапливаться слёзы. — Я...я просто устала. — Почему ты молчала?! Сука, ты же могла хоть слово мне сказать! Но нет, ты решила накуриться и сброситься! Молодец, Авигея, родители бы похлопали! — Замолчи... — тихо проговорила девушка. — Замолчи?! Чё, серьёзно, что ли?! Нас не так воспитывали, чтобы мы потом с крыш прыгали! Не так! Эгоистка! Младшая опустила голову. Да, она чертовски не права, и своё поведение ей тяжело оправдать. Брат — это не слизеринцы, которые спокойно могут принять этот факт. Дарий и спокойное молчаливое принятие — вещи несовместимые. — Я... — её голос дрогнул. — Я не знаю, что тебе сказать. Я не знаю, что двигало мной в тот момент, и ты прав, я эгоистка. — Она нервно теребила свой перстень. — Прости. Барский молчал, кажется, целую вечность. Молчал не потому, что ему не было, что сказать. Наоборот, сказать хотелось ой как много чего, но Авигея по-прежнему оставалась его сестрой, и сквозь пелену гнева он видел её искреннее сожаление. Поэтому он закрыл рот на замок, давая себе возможность хоть немного успокоиться, чтобы не наговорить лишнего. — Я, блять, поседею с тобой, — смог проговорить русый, и Барская медленно подняла свой взор, улавливая в его голосе нотки спокойствия. — Ты всё равно коротко стрижёшься, — промямлила девушка, и тот хрипло рассмеялся. — Обещай, больше так не делать, — встревоженно промолвил парень. — Конечно, обещаю. Тем более Барти от меня ни на шаг теперь не отходит. Оба обернулись на Крауча, который продолжал стоять на прежнем месте. — Вот про него я ещё не готов слушать, — буркнул Дар. — А ты послушай. С ним у меня меньше болит голова, и я могу спокойно спать, — она притихла, а затем добавила: — И да, мы встречаемся. — Нет! — помотав головой, сказал он. — Да! — нервно улыбнулась Авигея. — Ну нет, только не с ним, он бесит меня! — не отступал Барский. — Я люблю его, — тихо промолвила девушка. — Рядом с ним мне спокойней, значит спокойно и тебе. Постарайся принять его, иначе бабушка узнает, что ты стащил самогон и наливку, — парень закатил глаза. — Ладно, встречаетесь, но я не обещаю, что не буду его задирать, — пошёл русый на компромисс, на что сестра скептически оглядела его, но кивнула.