24 глава. Вина

Авигея медленно приняла сидячее положение, голова, как обычно, гудела. К этому она привыкла, но в этот раз боль была связана с алкоголем, который она выпила накануне. Весь вечер за нее расплачивался Басти. Девушка казалась, что просидела целую вечность на постели, пытаясь прийти в себя. Рядом мирно спал Барти, а время показывало десять утра — значит, на сборы оставалось меньше часа. Преодолев себя, брюнетка встала и направилась в ванную. В голове постепенно складывались пазлы, и она уже поняла, почему оказалась в одном нижнем белье. От этих воспоминаний щеки покрылись пунцом. Ави быстро привела себя в порядок, сделала небрежный пучок и перед выходом не забыла наложить косметические чары на запястья. С пола она подняла юбку, а, порывшись в шкафу Крауча, одолжила у него мягкий зелёный свитер. — Доброе утро, — чуть хриплым от сна голосом произнес Барти. Брюнетка обернулась на него. — Доброе, — она мягко улыбнулась ему, и когда тот поманил пальчиком, подошла ближе к кровати. Парень потянул ее к себе за руку, и она оказалась в его крепких объятиях. — Скоро травология начнется, а тебе еще собираться нужно, — промолвила Барская. — Мне и тут хорошо, — он притянул ее еще ближе, девушка погладила его по щеке, и тут взгляд русого изменился. В памяти резко всплыли шрамы. Крауч резко оголил запястье брюнетки, но ничего не обнаружил. — Ты чего? — смеясь, спросила она. Вместо ответа он осмотрел вторую руку, но та тоже была безупречно гладкой. — Барти? — в её голове начали закрадываться подозрения. — Ночью я видел на твоих руках шрамы, — подняв глаза, произнес парень. — Какие шрамы? Ты чего? — недоуменно произнесла девушка, стараясь сохранить невозмутимость. — Может, тебе показалось? Её лицо оставалось непроницаемым, но внутри всё перевернулось вверх дном. «Дура! Дура! Дура!» — в мыслях корила себя Авигея. Косметические чары всегда нужно было обновлять, но если маг силен в чарах, то это не требуется. Девушка никогда не забывалась и всегда контролировала магию, но, видимо, водка от Басти затуманила ей разум. Крауч задумался: вроде он не так много пил, чтобы выдумывать такое. Его память точно не подводила, ведь обещанный танец он прекрасно помнил. Русый внимательно изучил лицо Ави, и к нему не было прикопаться: невинная улыбка и красивые выжидающие глазки. Может, и вправду показалось? — Ты точно с собой ничего не делаешь? — серьезно спросил он. — Конечно, — мысленно она уже молила о прощении и корила себя за вранье перед столь дорогим ей человеком. — Ладно, видимо, перепил, — усмехнулся русый и, поднявшись с кровати, направился в ванную. Только тогда брюнетка протяжно выдохнула и часто задышала. Нельзя, чтобы он узнал правду, это слишком ранит его. Но она солгала... Ему нельзя знать об этом вдвойне. Натянув улыбку, Барская вышла из спальни и тут же узрела интересную картину: Басти и Эван спали в обнимку на ковре, укрываясь пиджаками. Пожав плечами, брюнетка продолжила путь в свою комнату, но и тут её ждал сюрприз: Дар и Ри спали на одной кровати. От увиденного девушка даже забыла, зачем зашла. — Можешь не будить, мы сегодня откисаем, — сквозь сон пробубнил брат. Постояв ещё недолго, она направилась на выход. Слишком много экшена за тридцать минут, срочно нужен был перекур. — Доброе утро, — проговорил, зашедший в гостиную Блэк. — Доброе, а ты куда ходил? — присаживаясь на диван, поинтересовалась девушка. — Я каждое утро на метле летаю, — хмыкнул брюнет, присаживаясь следом. — Ничего себе. А эти что тут забыли? — кивнув на неразлучников, проговорила она. — Ну так Барти запер нашу спальню, и мы решили не мешать вам, — Рег игриво подмигнул. Пару минут Ави тупила в стену, а затем раскрыла рот от удивления. — Ничего не было! Мы просто спали! — Из спальни, как на заказ, вышел Крауч. — Барти, подтверди! — Да ты чего нервничаешь? — озадачился Блэк. — Я же в шутку. Брюнетка и вправду выглядела нервной, в голове у неё была только одна мысль: «Он видит шрамы». Это не давало ей покоя, хоть она и старалась держаться невозмутимой. Барская выдохнула и достала жестяную коробочку с сигаретами, которые всегда были при ней. Парни переглянулись. Тут Крауча вновь посетила мысль, что всё не так просто, но решив, что разберется с этим позже, он улыбнулся и сел рядом с девушкой, закинув руку на плечо. — Дар и Ри, как я понимаю, сегодня отдыхают? — перевёл тему русый. — Ага, — ответила Барская, делая очередную затяжку. — А с этими что делать будем? Урок через десять минут начнется, — продолжил Барти. — Ну, Басти мы не разбудим, Эван пошлёт нас, поэтому думаю, можно их тоже оставить. Только их перенести в спальню надо, мы же всё-таки добрые, — хмыкнул Блэк. Авигея взметнула две руки, и лежавшие тут же запарили в воздухе, а затем перенеслись в комнату.

***

Уроки пролетели незаметно, без приключений, вот уже и ужин настал. — Ави, ты куда? — спросил Барти, когда заметил, что девушка пропустила поворот в сторону большого зала. — Я хочу в библиотеку зайти, — обернувшись, ответила она. — Я с тобой, — он подошел к ней. — Я ненадолго, хотела просто книгу одну взять. Ты иди, я скоро подойду, — и не дав ему опомниться, она быстро чмокнула его в щеку и спешно удалилась, оставляя парня недоумевать. — Тебе не кажется, что она сегодня довольно нервная? — повернувшись к другу, спросил Крауч. — Есть слегка, — согласился Рег. — Обычно она всегда всё записывает на уроках, а сегодня даже перо в руки не брала. — Парни медленным шагом направились на ужин. — Ещё и на травологии молчала, может, опять мигрени или сны? — предположил брюнет. — Не думаю, — пробурчал второй, теперь он был максимально уверен, что Ави что-то скрывает. — Ри за столом Львов? — изумился Регулус, русый тут же проследил за его взглядом. В самом деле, за столом Гриффиндора находилась Гринграсс, а рядом с ней сидел Барский, обнимая блондинку за плечи. — Короче, сальто мне сделать так и не дали, — недовольно пробурчал Дар. — Что, мамочка запретила? — прыснул от смеха Джеймс. Мародеры были уже в курсе отношений Барского и Ригель, все очень положительно отнеслись к этому. До Сириуса тогда дошло, почему Бурый был слишком отрешенным от него. Блэк был рад за подругу, так как видел, что её глаза горят. За столом отсутствовал только Римус, в последнее время он вновь стал более закрытым, что не скрылось от парней, они всячески подбадривали его, прекрасно понимая, почему он закрылся. — Поттер, я смотрю, ты совсем ни под кого не стелишься, каблуком не работаешь? — саркастично проговорила Ри, намекая на рядом сидящую Лили. И в момент, когда шатен ответил, девушка совершила шикарный подкол, успев задать каверзный вопрос раньше ответа: — Только языком ночью? — Да! — смеялся весь стол, Эванс залилась краской, но тоже не смогла сдержать смех. Сириус даже упал со скамьи, сгибаясь пополам от хохота. — Гринграсс, ты всегда будешь меня подъебывать? Вот слова доброго от тебя не дождешься! — Ну, ты умри, и я на твоих похоронах скажу. Всё-таки о мертвых — или хорошо, или ничего, — вздохнув, подытожила девушка. Барский восхищенно смотрел на свою новоиспеченную девушку. — Прошу нас простить, — проговорил Барти. — Мы забираем нашу змейку. — Тоже хотим получить дозу язвительности, — поддакнул Блэк. Дар что-то шепнул Ригель на прощанье, от чего та закатила глаза, и отпустил за родной стол. — Ничего нам сказать не хочешь? — ухмыляясь, спросил Крауч, когда все трое присели за стол. — Ну... мы встречаемся, — наконец произнесла Гринграсс. — Всё-таки наш план сработал, — радостно проговорил Рег. — Поцеловались уже? — Как невежливо такое спрашивать, — театрально изумилась девушка. — Да ты подожди, о ваших отношениях ещё Эван и Басти не в курсе, там и не такое услышишь, — рассмеялся русый. — Да, я уже предвкушаю их шутки, — пробурчала Ригель. — Вернемся к вопросу. Да, но первый поцелуй был ещё неделю назад... — И ты молчала? Я разочарован, — нахмурился брюнет. — Как про Дору спрашивать, так ты первая. А о львёнке ты решила умолчать, ужас, Ригель! — Я полностью поддерживаю вашу позицию, мистер Блэк, минус сто очков из кармы, мисс Гринграс! — серьезно заявил Крауч. — Да ладно вам, всё равно же догадывались. Кстати, а где Ави? — Она в библиотеку пошла, но обещала вернуться, — хмыкнул русый, и от былого настроения не осталось и следа.

***

Барская действительно направилась в библиотеку. Расписалась за приход и ушла в самый дальний угол. Чертовы мысли не давали покоя, на фоне этого начинала предательски болеть голова. Брюнетка, присев на кресло, согнула ноги и обхватила себя руками, утыкаясь лицом в колени. Острое желание вонзилось в мысли. Вдох... выдох. Не сейчас, нельзя. Вдох... выдох. Ави хотела избавиться от мазохизма, честно, она пыталась, но раз за разом сдавалась. Сейчас же у неё появился поистине серьезный стимул прекратить самоиздевательство — Барти. Когда возник риск, что он всё узнает, стало страшно. Если бы она сказала ему ещё раньше, то, возможно, парень бы понял её, но сейчас, когда она нагло солгала, глядя ему в глаза, это уже было из ряда вон выходящее. Она бы сама не простила человека за такое, от этого понимала всю серьёзность ситуации. — Авигея? — голос Римуса вытащил её из тяжелых раздумий. — Всё хорошо? — А? Да... да, всё хорошо, — она натянуто улыбнулась. — Присаживайся. В целом Люпин выглядел не лучше. Та же фальшивая улыбка и усталый внешний вид. — Ты как? — промолвила Ави. — Нормально, а что? — озадачился шатен. Тогда девушка решила переключиться, давно она хотела поговорить с ним. — Я знаю про случай с Дарием, — его глаза нервно забегали. — Я ужасен, меня нужно отгородить от людей. Я же монстр! — быстро затараторил Римус. — Эй, подожди, — мягко начала она. — Ты не виноват в этом, и тебя никто не винит. То, что происходит с тобой, не твоя вина. Ты обречён на это, и всё, кто в своем уме, прекрасно понимают это. Ты очень сильный и смелый, что борешься с болезнью, это достойно уважения. Я хочу, чтобы и ты это понял. Люпин тяжело выдохнул, но продолжал слушать. — Посмотри на себя со стороны жертвы, которая продолжает бороться, а не со стороны монстра. Понимание — начало согласия. — Бенедикт Спиноза? — улыбаясь, спросил Римус. — Он самый, — кивнула Барская. — Спасибо тебе, Авигея, я обязательно прислушаюсь к твоим словам, — искренне произнес парень. — Зови меня Ави, — промолвила та. Шатен последний раз улыбнулся и ушел, оставляя девушку наедине с собой. — Я понимаю, что совершаю ужасную глупость, — тихо проговорила брюнетка. Неожиданно стало слегка легче. Осталось делом за малым: искоренить привычку мазохизма и признаться в этом, для начала, Барти. Всего-то. Авигея сделала последний глубокий вдох и выдох и направилась на выход, уже продумывая в голове, как объяснит свою нервозность. Она скажет правду, но чуть позже. Главное, чтобы Крауч не догадался обо всём раньше...