Эпилог

      Это был тихий обед в полдень. Паг проспал всю ночь, следующий день и добрую часть утра, прежде чем поднялся. Он чувствовал онемение и понимал, что настоящее бремя произошедшего обрушится на него лишь через несколько дней, а то и недель. Он прожил достаточно, чтобы знать: сердце и разум заживают в своём собственном ритме, и когда придет время, они сами справятся с тем, что он совершил.       Калеб с женой Мари, мальчишки — Джомми, Тад и Зейн, — Магнус и Миранда тихо беседовали, радуясь просто тому, что они вместе. На улице стоял пасмурный день, но Пагу даже нравилась эта мрачная атмосфера, поскольку она гармонировала с его состоянием.       Наконец он спросил у Миранды:       — Сколько Всемогущих в итоге спаслись?       Она на мгновение задумалась, прожевывая пищу, затем ответила:       — Сорок один прошёл через разлом в Академию, и ещё около сотни — в новый мир.       Джомми фыркнул:       — Им придётся придумать название для этого места. Нельзя же вечно называть его просто «новым миром», верно?       Паг улыбнулся. Он был бесконечно рад, что его приёмные внуки остались живы.       — А другие? — спросил он.       — Точных цифр нет, — ответила Миранда. — Около десяти тысяч цурани прошли через разломы сюда и в тот, что возле Ламута. Большинство хочет отправиться в новый мир — к облегчению короля, уверена. Хотя некоторые останутся в Ламуте. Многие из тех, кто был с Каспаром, присоединились к нему на Новиндусе. У него будет целая армия, когда он поступит на службу к махарадже Мубои.       Магнус спросил:       — Отец, мы когда-нибудь узнаем, сколько...       Паг лишь коротко покачал головой:       — Погибло? Нет. Никогда.       По самым оптимистичным подсчётам, чуть больше двух миллионов цурани успели перебраться в новый мир. Но это означало, что на каждого спасённого приходилось пятеро погибших — от рук дасати или в момент уничтожения планеты.       Он посмотрел на Миранду:       — А турилы?       Она выдавила улыбку:       — Оказались куда практичнее, чем мы думали. Большинство успело уйти. Учитывая их культуру, они, вероятно, приживутся в новых высокогорьях быстрее, чем цурани на своём континенте.       — А туны?       — Никто не знает. Придётся отправить разведчиков.       Паг не стал спрашивать о чо-джа, поскольку уже знал ответ. Грусть сдавила ему горло при мысли, что целая раса таких величественных существ предпочла погибнуть вместе со своим миром.       Он долго смотрел в окно, по которому струился дождь, затем медленно отпил вина и произнёс:       — Мне будет не хватать этого маленького жулика.       Калеб рассмеялся:       — Только не во время карточных игр.       — Или игры в кости, — добавил Джомми.       Паг вздохнул:       — Я прожил почти пятьдесят лет, прежде чем встретил его... но кажется, будто он всегда был рядом.       Миранда взяла мужа за руку:       — В каком-то смысле он и сейчас с нами.       Паг поднял кубок:       — За Накора!       — За Накора! — хором ответили остальные.       Джомми нахмурился:       — В тот день мы потеряли двух хороших друзей.       Паг кивнул:       — Накор был последним из старых друзей Эрика, вы знали?       — Нет, — признался Джомми. — Держу пари, у них были приключения покруче наших!       — Одно-два, — с лёгкой улыбкой ответил Паг, поднимаясь. — Мне нужно кое-что доделать в кабинете, а потом — отдохнуть.       Когда остальные двинулись было за ним, он жестом остановил их:       — Я устал, а не ранен. Доедайте.       Поднявшись, Паг открыл дверь в кабинет — и замер. За его столом, в его кресле, сидел темноволосый мужчина.       — Бан-Ат?       — Именно, — ответил Бог Воров. — Считаю, ты заслужил знать кое-что важное. Темный Бог уничтожен. Настолько, насколько вообще можно уничтожить Повелителя Ужаса. Он низвергнут в Бездну, так что для всех практических целей, его больше нет.       — Но как? Неужели...       Паг замер, ожидая продолжения. Бан-Ат усмехнулся:       — Твой трюк с пылающей планетой? Неожиданно, признаю. Я впечатлён. Полагал, ты попробуешь развернуть землю под городом, чтобы Священный Город рухнул в расплавленное ядро, утянув Повелителя Ужаса за собой. Или утопишь его на дне океана. Но превратить целый мир в пыль... Это... заслуживает уважения.       — Значит, мы наконец в безопасности? — спросил Паг.       Бан-Ат рассмеялся:       — Никогда.       И исчез.       Паг стоял, размышляя, есть ли способ проверить, говорил ли Бог Лжецов правду.       И вдруг заметил шкатулку на столе. Подойдя, он на мгновение заколебался, затем открыл его. Внутри лежал свиток. С неприятным ощущением в животе он развернул его и увидел знакомый почерк.       «Так что, возможно, ты заслуживаешь узнать две вещи, — гласило послание. — Это не ты отправлял все эти записи назад во времени. Это делал я».       Внизу стояла подпись: «Калкин».       Паг опустился в кресло, стараясь не рассмеяться.