Глава 3. Сумасшедшие встречи

Джульетта, сидя на полу и прячась за диваном, опрокидывала один бокал розового вина за другим. Они довели Николь. Последней каплей стало «лечение белладонной». При этой мысли в Джульетте неожиданно проснулось сожаление, что, в свою очередь, заставило её ощутить чувство вины. Она осознанно и специально сильно переборщила с дозой, что и привело к плачевным последствиям. И Джульетте вдруг захотелось, чтобы Николь выкарабкалась. А вот если нет… Но долго предаваться самобичеванию девушка не смогла, поскольку её кошмары снова ожили. В этот раз стоявшая в углу помещения комнатная финиковая пальма в большом горшке, как в фильме о Гарри Поттере, превратилась в… кусты пресловутой белладонны. Тряся колокольчатыми ядовитыми цветками чёрно-фиолетового цвета, растение… плакало и затапливало «слезами» комнату. Гостиная наполнялась омерзительной чёрной жижей, которая поглощала всё подобно цунами. И посреди этого чёрного, мерзкого «озера» стояла она — Николь — в потрёпанном, окровавленном, белом платье. Её запястья были перемотаны бинтами, руки изодраны, а по длинным волосам сочилась кровь. Увидев «призрак» одногруппницы, Джульетта вскочила с пола. Бокал выпал из её руки, лицо стало мертвенно-бледным. — Меня спасла мать, — фраза Николь эхом прокатилась по комнате. — А зря. Если бы я умерла, смерть моя была бы на твоей совести. — Не надо, п-пожалуйста, — взмолилась Джульетта и внутренне сжалась в комочек. Слёзы катились безостановочно, но она не вытирала их, ощущая себя настолько виноватой, что и самой уже не хотелось жить. — Я тоже часто так молила: тебя, Жозефину, Джереми, Питера и других, — холодно ответила Николь, и в её руках из ниоткуда возник кинжал. И она угрожающе добавила: — Ты кровью смоешь грехи, Джульетта Богарнэ. И кинулась с кинжалом на Джульетту. Та, охваченная паникой и отчаяньем, бросилась бежать. Спотыкаясь о мебель, коробки и другие предметы, которые были разбросаны по всему дому, Джульетта неслась к соседке — старой, овдовевшей француженке — мадам Фонтанель, которая периодически помогала девушке и навещала её, угощала пирогами и пирожками. И относилась к ней как к дочери, ведь своих детей у старушки не было. С ней даже Джульетта нашла общий язык. И сейчас девушка надеялась найти убежище именно у мадам Фонтанель. — Чего удрала, сладкая, как общажный таракан от тапка? — смеясь, бросил ей в спину уже вполне реальный Гавриил. — А как же фокусы? Веселье? Оставь бабку в покое, и пошли тусить!

***

— Здравствуйте. Агент Картер, ФБР, — огласил Дин Винчестер, предъявив фальшивое удостоверение агента ФБР мадам Фонтанель, когда неожиданно наведался к ней в гости. — А это мой напарник — агент Хэмилл. Не ответите на пару вопросов? — О том, что произошло ночью, — встрял Сэм, также показав липовое удостоверение и поправив галстук. Как только рассвело, Гейнсвилл сотрясла ужасная новость: на окраине города кто-то зверски расправился с местным донжуаном, бабником и повесой Майклом Хёссом, расплющив его. От Майкла осталась лужа, в буквальном смысле. А посередине, в этой луже, лежало его вырванное из груди сердце. И записка, что с ним сделали то же, что обычно он делал с местными красавицами — разбивал им сердца и бросал. — Я ничего не видела, — весьма холодно ответила мадам Фонтанель, отмахиваясь от Винчестеров, как от назойливых мух. — Быть может, вы были знакомы с Майклом Хёссом? — мягко продолжил Сэм. — Нам важна и поможет любая деталь. — Я уже ответила, агенты, — мадам непреклонно покачала головой. В её голосе промелькнуло раздражение, и она дополнила: — Но если хотите, то спросите у Джульетты. Хотя вряд ли она вам что-то новое расскажет, ведь она… больна, если можно так выразиться. Винчестеры переглянулись, и Дин, войдя в образ агента, для пущей убедительности, полюбопытствовал: — Джульетта — ваша дочь? — Пройдите в спальню, — пригласила пожилая дама и жестом руки указала, что Дин и Сэм могут проходить в дом. — Спасибо, — благодарно улыбнулся младший Винчестер. Сама же Джульетта, сидя посередине широкой кровати, монотонно раскачивалась из стороны в сторону, как сумасшедшая в психушке, что-то шепча потрескавшимися губами. Её полубезумный взгляд блуждал по комнате, — от визита призрачной Николь она всё ещё не отошла. — Здравствуйте. Разрешите вам задать несколько вопросов касаемо мистера Хёсса и его гибели? Агенты… — Сэм замолчал, поскольку девушка никак не реагировала на его слова. — С вами всё хорошо, мисс? — Сэмми, ну, естественно, с ней не всё хорошо! Она представляет великую пьянку с Пина Коладой и кучкой негритосов, пляшущих под зажигательные пляжные песни! — съязвил Дин и осуждающе покрутил у виска. — Агент Картер, Вы идиот, — обиженно бросил Сэм, чуть тише добавив: — И заткнись. — Сам заткнись. — Козёл. — Утырок. Дин закатил глаза, помотав головой. Сэм же осёкся и, прочистив горло, тоже решил сыграть в агента ФБР. — А всё-таки? Что с вами, Джульетта? Девушка судорожно вдохнула побольше воздуха и процедила: — Оставьте меня. — Расскажите, что случилось? Вы что-то видели? Что-то… сверхъестественное? Необъяснимое? Паранормальное? Что вас так потрясло? Вы вся дрожите. Младший Винчестер аккуратно присел рядом с Джульеттой и деликатно прикоснулся к её руке, чтобы привлечь внимание и расположить перепуганную девушку к диалогу. Вздрогнув от его прикосновения, Джульетта безжизненно взглянула на Сэма, но не смогла понять по выражению лица, о чём он думал. — Вы всё равно не поверите в мою сказку, — тихо сказала она. — Вы расскажите сказку, а мы послушаем, — парировал Сэм. — Обещаю, что ваше признание останется здесь, в этой комнате. Разговор будет только между нами. — Хочешь, чтобы люди сочли тебя психом — скажи правду, — попытался разрядить напряжённую обстановку Дин. Эта беседа оказалась самой тяжёлой для Джульетты, и той теперь требовалось собраться с мыслями. Настраивалась она довольно долго, но ни Сэм, ни Дин ей не мешали. В конце концов, девушка начала рассказ: и о галлюцинациях, и о фокусах невидимого учителя-мучителя. Только про Николь умолчала. — Гавриил, сукин сын! — воскликнул Дин, когда Джульетта завершила рассказ. — Ты в этом уверен? Что это был именно он? — поднявшись с кровати, уточнил Сэм. — Вспомни, Сэм, аллигатора в канализации и пришельцев. — Впрочем, да. Бывшая Майкла сказала, что бедолага был… — Ходоком, Сэмми, любящим сисястых и очень сексуальных тёлочек. Ублюдок получил по самые яйца. Из них сделали омлет. — Дин! Джульетта достала из коробочки три таблетки успокоительного, запила их водой и уточнила: — Вы сказали Гавриил? — Архангел который. Да, красавица, ты ему дорожку перебежала. — Архангел? — поставив стакан на прикроватную тумбочку, изумлённо переспросила Джульетта, и её брови поползли на лоб. Она верила в существование святых, даже когда-то пыталась осилить Библию, но чтобы святые измывались над простыми людьми, прикалывались над ними с помощью чёрного юмора, доводя до психиатрической клиники, о таком она и подумать не могла. События, связанные с Гавриилом, были уж совершенно из ряда вон выходящими. Впрочем, после зомби-пиратов и убийственной белладонны архангел уже не казался чем-то нереальным. — А вы ведь не мусора, — как само собой разумеющееся заметила Джульетта. — Но кто ж вы тогда? — Я — Дин Винчестер, а это мой братишка — Сэм, лютый ботан и задрот, — представился Дин и, похлопав недовольного его шуткой Сэма по плечу, продолжил: — Мы — охотники за сверхъестественными тварями. Спасать людей, истреблять нечисть — семейный бизнес. Последнюю фразу Дин произнёс с неподдельной гордостью, чем заставил Джульетту усмехнуться. Она смекнула: охота была для него не просто работой, а истинным призванием, делом всей жизни. — Ладно, я вас поняла, — уже ощущая действие лекарства, подытожила Джульетта, — доводил до ручки меня архангел. Теперь надо переварить это, поэтому… Давайте, парни, оревуар. Я хочу спать. Охотнички на нечисть, ёб твою мать… — Ну, мы это… — Пойдём, Дин, — прервав брата и пригладив свои лохматые волосы, понимающе проговорил Сэм и дополнил: — Спасибо тебе за откровения, Джульетта. Вместо ответа девушка зарылась лицом в подушку, накрылась одеялом, которое ничуть не согревало её, и притворилась, что засыпает. А в это же время, стоя под окнами, за ней и Винчестерами наблюдал сам Гавриил.