Глава 1 — продолжение — «Первые уколы и общие цели»

Такахиро внимательно осмотрела разбитое стекло, склонившись над осколками и изучая угол выстрела. Стэнли стоял рядом, пытаясь не смотреть на неё слишком долго — её холодная уверенность раздражала и одновременно завораживала. — Странно, — сказала она, не отрывая взгляда от витрины. — Выстрел был точно рассчитан — кто-то хотел, чтобы стекло разбилось, но ничего больше не пострадало. — Значит, либо стреляли для устрашения, либо стрелок просто решил повеселиться, — ответил Стэнли, поднимая бровь. — Вам не кажется, что играют не по правилам? — спросила Камонохаши, глядя на него. — Мне кажется, что сегодня мы с вами будем работать вместе, — он сдержанно улыбнулся. — Хотя я бы предпочёл избежать лишних нервов. — Вот именно. Моя миссия — проверить, кто из нас первый сдастся под давлением, — она хмыкнула, и в её взгляде мелькнул вызов. Стэнли почувствовал, как напряжение между ними растёт — но это напряжение было куда больше обычного рабочего стресса. — Ты обычно так встречаешь всех новых партнёров? — спросил он, насмешливо. — Обычно да. Сразу задаю тон, — ответила она с хитрой улыбкой. — В конце концов, нервные срывы — это интересная часть работы. Стэнли пожал плечами. — Ну, по крайней мере, у меня нервы крепче, чем у большинства. — Это мы ещё проверим, — сказала Хиро и вытащила из папки фото подозреваемого. — А кто у нас в меню? — спросил он, беря снимок. — Человек, который любит драму не меньше нас, — ответила она с улыбкой. Они обменялись взглядом — предчувствуя, что это будет не обычный рабочий день. — Ну что, агент Снайдер, — Такахиро сунула ему под нос фотографию подозреваемого, — вот наш «герой». Любит шум, любитель эффектных выходок. Вполне может быть, что он устроил это шоу с витриной. — Шум — это его второе имя, — ухмыльнулся Стэнли. — Только вот как нам с ним работать? Прямо сейчас? — Вот тут и начинается веселье, — она засмеялась. — Нам нужно проверить камеры поблизости, поговорить с продавцами, найти свидетелей. — Звучит как вечеринка, — буркнул он, но уже шел вслед за ней. В камере видеонаблюдения они нашли запись: подозреваемый, с явной издёвкой, стрелял по витрине и громко смеялся. — Слушай, — сказал Стэнли, — ты точно не с нами, а против нас? — Ой, я с тобой, — усмехнулась она, — просто мне нравится держать тебя в тонусе. Блин, этот чувак под наркотой 105%! — М-м… — он задумался, — выглядит так, будто ты придумала это, чтобы проверять мои нервы. — Это ты сам напросился, — ответила она с лукавой улыбкой — Лучше анализируй камеры, придурок) Пока они обходили свидетелей, Стэнли заметил, как она легко и непринуждённо общается с людьми, заставляя их раскрывать нужную информацию. Его собственный подход был строже, почти военный. — Ты слишком мягкая, — тихо сказал он. — А ты слишком... прямолинейный, — парировала она. — Но знаешь что? Это хорошо. Нам придётся учиться друг у друга. — Не знаю, готов ли я к твоим урокам, — усмехнулся Стэнли. — Тогда я готова поднажать, — подмигнула она. И в тот момент, когда их взгляды встретились, Стэнли понял: эта «операция» будет сложнее любых миссий — и намного интереснее. Стэнли и Такахиро, как два кота, которые одновременно хотят остаться хозяевами одного дивана, шли по улице, споря. — Ты серьёзно собираешься допрашивать свидетеля вот так? — Стэнли покачал головой, когда она с улыбкой завела беседу с пожилой продавщицей соседнего магазина. — А ты, между прочим, не думал, что люди открываются, когда им улыбаются? — девушка приподняла бровь, глядя на него. — Я предпочитаю делать это с оружием в руках, — усмехнулся Стэнли. — Ой, да брось, ты же не снайпер из боевика, — рассмеялась она. — У тебя и холодный взгляд мягче моего кофе. — Говоришь, мой взгляд холоднее кофе? — он сделал театральное выражение лица. — Ну, ты меня уже заинтриговала. В этот момент свидетеля окликнули по имени, и она подошла к ним, слегка смущаясь. — Я видела того мужчину в кафе вчера вечером, — сказала женщина. — Он выглядел нервным и постоянно оглядывался. — Спасибо, — поблагодарила Хиро. — А вы любите сладкое? — вдруг спросила она, улыбаясь. Женщина растерялась и слегка улыбнулась: — Да нет, не очень. Стэнли невольно посмотрел на Такахиро с интересом. — Похоже, у вас с ней что-то общее, — заметил он. — Только в этом, — усмехнулась детектив. — Ты правда не ешь сладкое? — спросил Стэнли, когда они уже отошли. — Нет. И не пытайся меня подкупить конфетами. — Как же тогда я тебя подкуплю? — он наклонился ближе. Она оглянулась, улыбаясь, и тихо сказала: — У меня слабость к честности. Стэнли замер на секунду, словно пытаясь придумать остроумный ответ. Потом рассмеялся. — Тогда у нас есть дело, — сказал он. — Я в последний раз соглашаюсь работать в паре, — пробормотал Стэнли, парковав служебную машину в десяти метрах от кафе, где видели подозреваемого. — Да не ври, тебе нравится, — беззаботно ответила она, уже выходя из авто. — Ты просто не привык, что рядом кто-то умнее. — Я не привык, когда рядом кто-то щёлкает жвачкой во время слежки, — парировал он, глядя, как она, будто с подиума, идёт по тротуару, щёлкая розовой жвачкой. — Это клубничная. Мозгу нужна глюкоза. Извини, ты просто не в теме. — Ты же говорила, что не любишь сладкое. — Я вру незнакомым мужчинам, чтобы они не расслаблялись. Он открыл рот, но ответа не нашёл. Она выиграла. Они заняли позиции у входа в кафе. Стэнли — в тени, с планшетом и настроенным распознаванием лиц. Она — на скамейке через дорогу, притворяясь, что читает газету (вверх ногами, к слову). — Ты вообще когда-нибудь проходила курс маскировки? — спросил он в наушник, наблюдая, как она пересела и чуть не уронила газету на лицо. — Нет, но я отлично делаю вид, что делаю вид, что делаю вид. — Гениально. Если нас заметят, я сделаю вид, что тебя не знаю. — Тогда я сделаю вид, что ты — мой бывший. Объяснит твоё лицо. Пауза. Он не успел сдержать смешок. Она это услышала и ухмыльнулась. Два-ноль в её пользу. Опять. И тут — дверь кафе открылась. Тот самый подозреваемый вышел, накинув капюшон. Секунда — и оба сорвались с места. — Вперёд! — бросил Стэнли. — Я в каблуках! — крикнула она, всё равно мчась за ним. — Ты серьёзно? — У меня стиль! Не мешай стилю! Погоня длилась две минуты, и закончилась, как ни странно, на парковке. Подозреваемый поскользнулся о пролитое кофе и вырубился об бампер чьей-то машины. Такахиро, запыхавшись, подошла к нему, наклонилась — и, не удержавшись, пробормотала: — Всё, ради чего он старался, разбилось о Toyota Camry. — Символично, — сказал Стэнли, подходя. — Только ты не поверишь, он был не один. — Что? — У него в кармане пропуск в ночной клуб и две разные SIM-карты. Вряд ли стрелял он один. Она посмотрела на него. Он — на неё. — Выходит, мы только начинаем, — сказала она, и щёлкнула жвачкой. — А я уже думал, ты устанешь, — усмехнулся он. — Агент Снайдер, если бы я уставала от упрямых мужчин, я бы давно ушла в библиотекари. — Ты уверена, что это хорошая идея? — спросил Стэнли, выходя из машины и оглядывая ярко освещённый вход в клуб "Plasma". — Не просто хорошая. Отличная, — с ухмылкой ответила Такахиро, закладывая за ухо выбившуюся из хвоста прядь волос. — И не забудь — ты сегодня мой парень. — Что? — Ну, — пожала плечами она, — клуб закрытый, пускают по приглашениям и парам. А «пара» — это ты и я. Не вздумай испортить легенду. Стэнли взглянул на неё сверху вниз. Бежевый плащ сменился на облегающее платье чёрного цвета с вульгарным вырезом на ноге, от чего у Стенли на секунду стало тесно в штанах, но сразу же опомнился, подмечая, что на обычно прямых волосах были видны пышные локоны— она не успела выпрямиться.  Каблуки остались. Легенда была безупречна. И совершенно ему не нравилась. — Ты это спланировала? — спросил он. — А ты думал, я приду в клуб в своём обычном плаще и с протоколом допроса? — Немного надеялся. Перед входом охрана сканировала всех, и когда они подошли, девушка у стойки смерила их взглядом и спросила: — Приглашение? Хиро без тени смущения положила на стойку карточку, которую добыла по своим «детективским каналам». — Пара. На имя «Мисс Нервная и её парень, у которого нет выбора». Охранница прыснула от смеха и пропустила их. Музыка гремела, неоновый свет переливался, и отовсюду пахло дорогими духами, коктейлями и лёгким безумием. Народ танцевал, официанты несли подносы с сияющими напитками, а Камонохаши уже вплеталась в толпу. — Мы ищем кого-то конкретного? — спросил Стэнли, идя за ней сквозь шум и людей. — Того, кто контактировал с нашим «стрелком из витрины». Снимал с ним стол в VIP-зоне. — И ты думаешь, он выйдет на контакт, если мы будем изображать… это? — он указал на их сцепленные пальцы. — Ему нужны были понты. Мы — понты. Доверься мне. — Это звучит, как начало беды, — буркнул он. Она внезапно резко повернулась к нему, улыбнулась, взяла за лацкан пиджака и подтянула ближе. Громкая музыка скрывала её слова: — Если хочешь, чтобы тебе поверили, делай это с выражением лица влюблённого идиота. — Лицо я уже сделал. Теперь покажи, как быть идиотом. Она рассмеялась. Настояще. И в этот момент он впервые подумал, что эта странная, весёлая, упрямая детектив с глазами цвета зимы — чертовски заразительна. VIP-зона Они устроились в углу, и вскоре к ним подошёл тот самый человек с фотографии — стильный, уверенный, с бокалом в руке. Он сел напротив. — Я вас раньше не видел. Но ты выглядишь… знакомо, — сказал он, глядя на Хиро. — У меня такое лицо. Его трудно забыть, но легко перепутать, — ответила она, делая глоток воды. — Мы с бойфрендом ищем деликатные развлечения. — Развлечения? — подозреваемый прищурился. — Ну, например, тир. С настоящим оружием. Ты же в курсе, где стреляют красиво? Стэнли держался молча, глядя на подозреваемого, как на мишень. А потом, совершенно не по сценарию, обнял девушку за плечи и сказал: — Она у меня прям фанатка стрельбы. Особенно когда попадает в точку. Хиро повернулась к нему, прищурилась, и тихо — так, чтобы слышал только он — прошептала: — Ты импровизируешь? — Ты же сказала — влюблённый идиот. Работаю по ТЗ. Подозреваемый усмехнулся. — Есть одно место. Завтра ночью. Но не каждому доверяют. Девушка улыбнулась: — Тогда доверяй мне. — А ему? — кивнул тот на Стэнли. — Он молчит, но стреляет точно. И держит язык за зубами, — сказала она. — Иногда. Взгляд подозреваемого стал чуть острее. — Значит, завтра. Принесите с собой всё, что у вас есть. Он ушёл. Когда они вышли на улицу, Стэнли только сказал: — Я всё ещё не уверен, что ты не получаешь удовольствие от этих заданий. — А я уверена, что ты тоже. Просто не умеешь это признавать. Она щёлкнула каблуками по асфальту и добавила, уходя вперёд: — Кстати, ты классно выглядишь, когда ревнуешь к подозреваемому. — Я не… ревновал, — ответил он, догоняя. — Ага. Конечно. Это просто твоё лицо «профессионала». Оно же — «боже, уйди от неё, ты подозрительный флиртующий тип». Он ничего не ответил. И всё равно шагал рядом, параллельно куря сигарету.  Квартира, выданная под временную штаб-квартиру, была одновременно слишком чистой и категорически неуютной. Пахло дезинфекцией, будто в неё кто-то уже успел проникнуть и смыть всё человеческое. На стеклянном столе — разбросанные файлы, фото, два бокса с наушниками и один пакет с проводами, который явно кто-то зажал в командировке в 2009-м. Такахиро стояла у доски и, поджав губы, клеила вырезки и фотографии. Каблуки она сняла — теперь на ней были мягкие белые носки с узором в виде крошечных утконосов. Никто не знал, зачем, но никто и не спрашивал. Бежевый плащ висел на спинке кресла. Стэнли сидел на подоконнике, разматывая провода и сверяя передатчики с планшетом. — Это ж надо, — пробормотал он. — У тебя беспорядок даже в плане, где должна быть система. — Это творческий хаос, — отозвалась она, не поворачиваясь. — Мне так видно связи. — Мне видно только то, что ты шлёпаешь фотки на доску без логики. — Зато у меня есть фотографии. А ты два часа возишься с одним микрофоном, будто собираешь спутник. — Потому что ты воткнула его в зарядник от зубной щётки! — Это было экспериментально! — рявкнула она и повернулась. — Вдруг это повысило бы дальность! Наука, агент Снайдер, наука! Он отложил планшет, спрыгнул с подоконника. — Мы идём на операцию с вооружёнными подозреваемыми, а ты здесь играешь в детективное бинго! — О, прости, что не ползал по полу, проверяя угол освещения и влажность пола, чтобы «отразить профильные тени», как ты на прошлом задании. — Это был профессиональный подход! И откуда ты знаешь?! — Это была истерика по поводу одной лампы. Мне рассказал Дэвид. — Вот он козёл! Ты меня выбешиваешь, — сказал он сдержанно, почти спокойно. — Ты не следуешь протоколу. — Потому что я не робот, у которого на лбу написано: «выполняю только инструкции по пунктам». Они замолчали. В помещении повисла тишина, если не считать мерного жужжания холодильника и едва слышного гудения городского вечернего трафика. Хиро уставилась в глаза Стэнли. Он — в её. Секунды тянулись, как карамель (которую она, к слову, терпеть не могла). — Я не хочу тебя подвести, — вдруг сказала она. Он моргнул. Это было неожиданно. — Тогда… почему ты действуешь как комедия ошибок? — Потому что, — она вздохнула, — если я всё делаю правильно, мне становится скучно. А когда скучно — я теряю хватку. Это мой способ держать себя в тонусе. — Странный способ. — Эффективный, — поправила она. — И ты, между прочим, ни разу не ошибся — значит, система работает. Моя система. Он отвернулся к столу. Сделал вид, что проверяет наушники. Голос стал тише. — Просто я не хочу... чтобы ты подставилась. Под этим всё может рвануть. Она удивлённо посмотрела на него, смягчилась. — А я думала, ты просто не перевариваешь мой характер. — Я не перевариваю твой характер, — сказал он честно. — Но теперь... он мне уже снится. Она рассмеялась. Громко. Чисто. Без яда. — Ну всё, ты обречён. Это началось. Сначала снится характер, потом — каблуки. Потом ты приносишь цветы и страдаешь. Он улыбнулся впервые за вечер. Искренне. Поднял один из передатчиков и протянул ей: — На. Работает. — Спасибо, — взяла она. — Надеюсь, не через зубную щётку? — На этот раз — через нормальный провод. Она надела его, прикрывая волосами устройство. Подошла к доске, повернулась снова к нему. — Слушай… после операции… — Да? — Можно будет нажраться без протокола? — Можно будет многое, — сказал он. — Если мы оба останемся целы. Они стояли рядом. Он — в своей чёрной тактической футболке и тёмных штанах, она в белой футболке и шортах— в носках с утконосами. Напряжение было, но другого рода. Того, что возникает, когда кто-то из них вот-вот подойдёт ближе. Но вместо этого она резко сказала: — Пошли. У нас свидание с преступником. Он только кивнул. А потом, проходя мимо, сказал: — Если ты снова возьмёшь улики и приклеишь их на холодильник магнитами в виде ежей — я увольняюсь. — Это были коты. И не вздумай увольняться. Ещё кто будет спасать меня, когда я импровизирую? Он хмыкнул. — Только если ты начнёшь заранее предупреждать об импровизациях. — Нет. Где тогда веселье? И дверь за ними закрылась. Операция началась в 00:02. Клуб «Plasma» работал по особому расписанию — ночью его закрывали «для своих». И «свои» приходили — неона много, слов мало, у каждого своя цель. Стэнли и Такахиро были внутри. Опять как «пара». На этот раз — как пара, которая слишком долго встречается, чтобы притворяться, будто у них всё спокойно. Она была в чёрном, с плотной тканью, облегающей точно по фигуре, с заправленным микрофоном за ворот, на губах — помада «ни шагу ближе». Он — в костюме, натянутом с неохотой, но уверенно, с холодным взглядом и лёгкой ухмылкой, в которой можно было услышать «я профессионал, но мне интересно, как ты вывернешься на этот раз». — Внимание, наш контакт у бара, — пробормотал Стэнли, будто не дыша. — Чёрная куртка, борода, серьга. Имя — Томо. Любит длинные монологи и короткие сделки. — Обожаю мужчин, которые компенсируют монологами внутреннюю пустоту, — отозвалась девушка в наушник. — Займу позицию рядом. — Слушай, на этот раз — без импровизации. — Я просто флиртую, — её голос был как мед с лимоном — сладкий, но жгучий. — Это часть метода. — Это часть нервного срыва. Моего. Она подошла к бару. Томо повернулся. Их разговор был типичным — он начал снисходительно, она — обаятельно и с огоньком. В какой-то момент Томо наклонился ближе, и Стэнли уже готов был выскочить — но она плавно положила руку на плечо Томо и что-то прошептала. Тот откинулся назад, удивлённый. Через тридцать секунд — уже смеялся. — Что ты ему сказала? — сквозь зубы спросил Стэнли в микрофон. — Что ты — мой нарциссичный и одержимый оружием парень, который следит за мной из-за ревности. — Что? — Он сказал: «Это мило. Напоминает меня и мою бывшую». Я в деле. Слушай дальше. В этот момент что-то пошло не так. Дверь бокового входа открылась. Вошёл кто-то, кого никто не ждал — фигура в длинном пальто, лицо наполовину скрыто. Томо увидел его и резко встал. — Чёрт, — пробормотал Стэнли. — Это не часть сделки. Томо повернулся к Такахиро: — Ты привела за собой хвост? — уже без улыбки. Рука — к внутреннему карману. — Тихо, Томо. Мы просто пришли поговорить. — Я ненавижу, когда мне врут. Он выхватил пистолет. За секунду до выстрела девушка пригнулась, и пуля ушла в потолок. Клуб рванул в хаос, кто-то закричал. Стэнли среагировал моментально — бросился через столы, бар, полки с бутылками. Через пару секунд он оказался у неё, схватил за запястье и потянул к выходу: — Бежим! — Я же говорила, что флирт — не универсальное оружие! — выдохнула она, перепрыгивая через стул. — Не сейчас, гений! План «Б»! Они влетели в подсобку, за ними — шум, шаги, ругань. Она хлопнула дверью, он встал у стены, вслушиваясь. — Они разделились, — прошептал Стэнли. — Три человека. Нам нужно отсидеться. — Где? Здесь метра два! Он не ответил. Просто схватил её за талию, притянул к себе и прижал к стене. Буквально. Грудью к спине. Она замерла. — Что… — начала было она, но он прошептал прямо в ухо: — Они за дверью. Ни звука. Тишина. Тёмный склад. Ящики, запах кофе и железа. Они стояли так — в странной, почти нелепой позе — её дыхание ровное, его — сосредоточенное. Его рука лежала на её талии, её пальцы сжали край куртки. — Ну… — прошептала она спустя десять секунд. — Это… интимно. — Держу позицию. Тактически. — Ага. Особенно с учётом того, куда ты положил руку. И куда упирается мой зад! Он сдвинул её чуть выше. — Профессионально. Не отвлекайся. И мне нравится твой зад. — Мне неудобно. У меня на шее провод, а у тебя… тело. — У меня вообще-то очень удобное тело, — прошептал он. — О, Господи, ты правда это сказал? — она не сдержала хихиканье. — Ты в стрессе флиртуешь? — Я в стрессе спасаю твою жизнь. — С лёгким налётом романтики. Они оба замолчали. Голоса за дверью стали тише. Шаги ушли. — Чисто, — прошептал он, отступая. Через пару минут они вышли из подсобки и начали оглядывать клуб. Пусто. На потолке дыры от пуль. Чёрт. Упустили — Аргх! Твою мать!  — Успокойся уже, в следующий раз.  — Этот следующий раз сейчас! Пригнись!  В окно начали стрелять и напарники кинулись на пол. Такахиро сильно ударилась об пол ребром, но адреналин в крови не дал ей почувствовать боль.  — Стрелять нет смысла! Я вызвал полицию! — Красавчик! Если не сдохнем-напомни мне тебя поблагодарить!  — Пошла ты!  Выстрелы на время прекратились и они смогли пересесть за барную стойку. Девушка достлала из выреза платья пистолет  — Очень интимно.  — Потом подрочишь на эту ногу. — Боже.. тихо!— Стэнли закрыл рот рукой и прислушался.  5 человек зашли в бар, проверить трупы двух людей, но ничего не увидя, один из них крикнул. — Они живы! Обыскать бар и отрезать бошки!  Стэнли и Хиро разделились, каблуки девушки будто пропали по звукам, и она ловко убегала от них. Вскоре приехала полиция и помогла детективу и её «военному дружку».  Они поймали Томо утром, когда тот пытался сбежать через крышу дешёвой гостиницы с рюкзаком налички и лицом, полным тоски. Такахиро заблокировала ему путь, вынырнув из технического пролёта с фразой: — Привет! Надеюсь, у тебя не аллергия на сарказм!  Томо успел только выругаться. Потом на него упала сеть. Физическая. Стэнли закинул её с соседней крыши с меткостью, достойной олимпийца. И с криком: — Готово, детка!  — Никогда не называй меня деткой! — крикнула она снизу, но при этом улыбалась.  Позже, в участке, Томо скулил что-то о ловушке, нелепых спецагентах, и как он «знал, что это женщина не просто красива — она опасна». На что Хиро сказала: — И всё равно ты предложил мне выпить. Твой радар — мусор. Вечером они сдали дело. Отчёты сданы, дела закрыты, документы подписаны. Стэнли даже дал пять её напарнику с оформлением (который, похоже, влюблён в героиню, и потому отчётливо не любил Стэнли). Атмосфера в отделе была праздная — дело сложное, результат блестящий. Один из лучших перехватов года. Стэнли подошёл к Хиро, когда та складывала папки в ящик. — Свободна на вечер?  — Если ты про "поужинать и обсудить тактику задержания под вино" — то да.  — А если просто ужин и никакой тактики? Она посмотрела на него с прищуром:  — Только если ты дашь мне выбрать десерт. Да, я не люблю сладкое, но люблю выбирать.  — Это звучит как шантаж.  — Это флирт. Привыкай. — Он усмехнулся. И хотел уже уйти, как дверь в кабинет распахнулась, и вбежала лейтенант Саэгуса с красной папкой в руках и фразой, убившей романтику на корню: — У нас новое дело! Пропала статуэтка. Музейная. И, внимание — всё произошло внутри полностью закрытого помещения. Ни следов, ни записей, ни доступа. Камеры — пусто. Как будто призрак украл. Стэнли хмыкнул:  — Призраки теперь в нашей юрисдикции?  — Нет, — мрачно ответила Саэгуса, — но один журналист уже пишет статью "призрак с золотыми руками". И, увы, руководство хочет, чтобы вы... выяснили, кто этот призрак. — Только не говори, что нас двоих снова ставят вместе, — простонал Стэнли.  — Вас двоих снова ставят вместе, — с удовольствием сказала Саэгуса. Камонохаши хлопнула ладонью по столу:  — Отлично! Я всегда мечтала о деле с элементами мистики. Призраки, тайны, арт-кражи. Всё моё.  — Конечно. Потому что всё, что нелогично — твоё, — пробормотал он — А всё, что взрывается, — твоё. Мы сработаемся, как «логика» и «хаос», — отозвалась она с неприлично широкой улыбкой. Стэнли ничего не сказал, просто взял папку и направился к выходу. Хиро пошла следом — в своём бежевом плаще, как будто только что вышла с обложки нуарного романа.